Академия Уэстон располагалась на холмистой окраине города, среди густого клубка вечнозеленых растений, больше напоминающая кафедральный собор, чем школьное здание. Узкая, вымощенная булыжниками дорожка, усаженная сосновыми деревьями по обе стороны, простиралась до трехэтажного здания пепельного цвета. Мы ехали за подобными машинами, с такими же школьниками, одетыми в одинаковую форму. Казалось, что мы на похоронах молодых и перспективных людей.
Густые тёмные облака окутали всё небо, как только мы въехали на территорию школы. Их жуткая тень обволакивала величественное здание и перекрывала доступ к любым попыткам пробиться солнечному свету.
— Кажется, скоро пойдёт дождь, — заметила я, вглядываясь сквозь затемнённое окно. Это было худшим предзнаменованием.
— Здесь часто такое, — произнёс Генри, наш водитель, которого я всё больше узнавала по пути сюда. — Вы привыкните.
Это вряд ли. Я ещё и дня здесь не провела, а уже пропустила солнце.
Чем больше я разглядывала окрестности, тем сильнее сжималось всё внутри. Всё было таким величественным, таким устрашающим. Я не была уверена, что впишусь сюда. Пришлось собрать всё свое мужество в кулак, чтобы не закрыть дверь и не забаррикадировать себя на заднем сидении автомобиля, как маленькому ребенку.
К счастью, Генри, распахнувший дверь для меня, ничего не заметил.
— Спасибо, — поблагодарила я, в то время как мои ноги дрожали.
— Не за что, мисс Блэкберн. — Его аккуратные седые волосы, казалось, исчезают в окутывающем тумане.
— Просто Джемма, — напомнила ему я.
— Конечно, — кивнул он. — Удачного первого дня.
Я снова поблагодарила его, поправляя на себе форму (черная юбка в складку, лёгкая белая блуза и чересчур стильный пиджак) и направилась вперёд по лепным дощечкам, чувствуя, как в животе начинает появляться сковывающее чувство. Я закинула на плечо свою полупустую сумку и толкнула перед собой большие двойные двери, как только прозвенел школьный звонок.
Шумная толпа быстро рассасывалась по мере того, как я шла по коридору, заполненному хлопками школьных шкафчиков, возбуждённой болтовней и спешащими школьниками. К тому времени, как я дошла до приёмной директора и открыла дверь, все уже исчезли. Из-за стойки регистрации на меня взглянула круглолицая женщина, которой было далеко за сорок, с короткими волосами цвета корицы и очками на кончике носа.
— Здравствуйте, — произнесла я, дойдя до её стола, держа сумку в руках. — Не подскажите моё расписание?
— Ваше имя?
— Джемма Блэкберн. Я новенькая.
— О, да, конечно, — улыбнулась она, — племянница Карла. Добро пожаловать в Академию Уэстон, дорогая. Мы рады, что ты присоединилась к нам.
— Спасибо. Я рада, что попала сюда, — соврала я, понимая, что, вероятно, это то, что она хотела услышать.
— Я Кэндис Тейт, но ты можешь звать меня Мисс Тейт, или Кэндис, или Мисс Ти, как пожелаешь, — легкомысленно махнув рукой, сказала она. — Кажется, я видела твои документы о переводе секунду назад, — произнесла женщина, роясь на своём столе, поднимая стопки бумаг и папок.
Я терпеливо ожидала возле стеллажей, водя по ним пальцем и притворяясь, что меня интересуют научные плакаты и объявления, обклеенные по всей желтоватой стене.
Позади меня распахнулась дверь, из-за которой показалась высокая блондинка со стопкой книг в руках. Её длинные распущенные волосы были аккуратно уложены набок. Казалось, что она сошла прямо со страниц журнала.
— Доброе утро, Кэндис. Мне необходим пропуск в класс для опоздавших. Мистер Брэдли меня не пускает.