Ее кузина приподняла брови, но возражать не стала. В конце концов, она здесь всего пару дней, а Гессия находится со своей тетей в более теплых отношениях.
— Не дожидайтесь меня, кузина, — улыбнувшись, та легко взбежала по ступенькам и скрылась за поворотом.
Норма пожала плечами и отправилась к себе. Поворачивая за угол, она замерла на месте, едва не налетев на шедшую ей навстречу темную фигуру. Та тоже остановилась.
Девушка окинула ее пристальным взглядом и открыла было рот, но фигура опередила ее:
— Не обижай их, — прошипела она зловеще, — это божьи создания. Не смей их обижать.
Норма со смешком подумала, что Гессии, пожалуй, не удастся увидеть тетю в это время. Вслух же она сказала:
— Хорошо, тетя, не буду. Но кого именно я не должна обижать?
— Ты знаешь, — и женщина, развернувшись, удалилась.
— Понятно, — буркнула девушка ей в спину, — понятно, что ничего не понятно. Хотелось бы мне, чтоб тетя была менее загадочной. Интересно, кого я тут исхитрилась обидеть за столь короткое время? Да так удачно, что сама не заметила, кого и как?
Первое, что бросилось Норме в глаза, когда она вошла в комнату, были осточертевшие ей летучие мыши.
— Черт побери! — выругалась она громко, — да она свихнулась!
Утренняя злость показалась ей добродушным и миролюбивым настроением по сравнению с тем, что ее обуяло сейчас. Норма фурией метнулась к мышам и не церемонясь, посрывала их со стен и швырнула в растопленный камин.
— С меня хватит, — прошипела она, наблюдая, как мыши корчатся в огне.
Помешав кочергой для верности, девушка отступила на шаг назад и полюбовалась делом рук своих.
Вошедшая Энни успела заметить лишь фрагменты настенных украшений. Но ее лице появился испуг:
— Мисс, — пролепетала она.
Норма не желала ничего слышать.
— Довольно, — оборвала она служанку, — эти твари у меня уже поперек горла стоят. Пусть они висят где угодно, но только не здесь.
Горничная вздохнула.
— Хорошо, мисс. Будете ложиться?
— Конечно. Не думаешь ли ты, что я всю ночь буду оплакивать эти идиотские чучела? — она хмыкнула, — сколько лет ты тут работаешь, Энни?
Служанка призадумалась.