— Офигеть, — прозвучал чей-то голос в полной тишине, — сколько живу, впервые такое вижу.
— Зайчик, — со смешком осведомился Олег, — почему ты выбрала такую странную цель?
— Ничего я не выбирала, — с досадой отозвалась Лера, кусая губы и бросая кий на стол, — сама не знаю, как вышло.
Все громко расхохотались, даже Ирина, до сих пор считающая, что замечать эту сопливую девчонку — ниже ее достоинства. Она демонстративно отворачивалась и смотрела сквозь Леру, но здесь не смогла сдержаться и дала волю смеху.
Когда шум и смешки улеглись и люди перестали во все глаза пялиться на Леру, которая была вовсе не рада столь усиленному вниманию, Ирина подсела к Олегу и поинтересовалась:
— Ты меня удивляешь, Олег, — проговорила она, закуривая сигарету, — у тебя кардинально изменились вкусы? Помнится, раньше молодые и зеленые тебя не привлекали.
— Она забавная, — пояснил тот, сунув в рот дольку апельсина, — никогда еще так не веселился. А главное, невозможно предугадать, что она отколет в следующий момент.
— И это все? — Ирина пожала плечами, — как легкомысленно с твоей стороны. Раньше я этого за тобой не замечала, хотя должна была. Ведь все-таки два года прожили вместе. Связаться с этой девицей только потому, что она забавная…, - последнее слово она выделила, — не ожидала от тебя.
Олег хмыкнул и тоже закурил.
— Ты тоже забавная, киса. Особенно, когда пытаешься казаться великосветской дамой.
Ирина вспылила, подскочила со своего места, уронив стул, метнула в него недокуренной сигаретой, но, как водится, не попала. Это разозлило ее еще больше.
На звук упавшего стула обернулись Игорь и Лера, которые все еще пытались сыграть хоть одну партию так, чтобы она не казалась отвратительной.
— В чем дело, дорогая? — спросил Игорь удивленно.
— Свинья, — припечатала Ирина, обращаясь к Олегу и развернувшись, гордо прошествовала к выходу.
— Дорогая, — повторил Игорь, оставляя свое занятие, — ты куда?
— Раны зализывать, — фыркнул Олег.
Игорь Михайлович побежал за своей разгневанной дамой. Лера пожала плечами, напоследок попыталась загнать шар в лузу, минуя все правила, но даже этого у нее не вышло. Она только поцарапала ладонь и тут же бросила кий.
— Черт, — прошипела она, осматривая руку и царапину, не слишком сильную, но достаточно противную.
— Брось ты это, — заметил Олег, — еще ненароком в глаз кому-нибудь попадешь.
Лера скорчила гримасу.
— Ничего не понимаю, — сказала девушка, — почему я никак не могу попасть по этому дурацкому шару?
— Почему же? Один раз ты попала и весьма удачно.