Мастер Виноградинка молча почёсывал шилом сначала за правым ухом, потом за левым и уходил в свою мастерскую.
А кум Тыква думал-думал и в конце концов решил работать побольше, а есть поменьше. Так он и сделал.
Теперь ему удавалось покупать по три, по четыре кирпича в год.
Он стал худым, как спичка, зато груда кирпичей росла.
Народ говорил:
«Посмотрите-ка на кума Тыкву! Можно подумать, что он вытаскивает кирпичи из собственного брюха. Каждый раз, как у него прибавляется кирпичик, сам он худеет на килограмм».
Так шёл год за годом. Наконец наступил день, когда кум Тыква почувствовал, что становится стар и не может больше работать. Он снова пошёл к мастеру Виноградинке и сказал ему:
— Будь так добр, посчитай мои кирпичи.
Мастер Виноградинка, захватив с собой шило, вышел из мастерской, посмотрел на груду кирпичей и начал:
— Шестью семь-сорок два… девять долой… Словом, всего у тебя теперь сто восемнадцать штук.
— Хватит на дом?
— По-моему, нет.
— Как же быть?
— Не знаю, право, что тебе сказать… Построй курятник.
— Да у меня ни одной курицы нет!
— Ну так посели в курятнике кошку. Знаешь, кошка — зверь полезный. Она мышей ловит.
— Это-то верно, но ведь кошки у меня тоже нет, а правду сказать, и мыши ещё не завелись. Не с чего да и негде…
— Чего же ты от меня хочешь? — засопел мастер Виноградинка, ожесточённо почёсывая затылок шилом. — Сто восемнадцать — это сто восемнадцать, ни больше ни меньше. Так ведь?
— Тебе виднее — ты арифметике учился.
Кум Тыква вздохнул разок-другой, но, видя, что от его вздохов кирпичей не прибавляется, решил без лишних слов начать постройку.
«Я сложу из кирпичей совсем-совсем маленький домик, — думал он, работая. — Мне ведь дворца не нужно, я и сам невелик. А если кирпичей не хватит, пущу в ход бумагу».
Кум Тыква работал медленно и осторожно, боясь слишком быстро израсходовать все свои драгоценные кирпичи.