— Прямо сейчас?
— Ты ж всегда авантюры любил!
— Не могу!.. бросить тут.
— Не верю! Единственное, что может удерживать тебя, — это другая баба!
— Да!
Откинувшись в креслах, мы расхохотались.
— А голову не потерял?
— А когда я ее терял?
— Тоже верно.
— ...Господи! — проговорила она. — Сколько лет чуть ли не каждый вечер я «простреливала» насквозь Невский в надежде встретить тебя!
— И я!
— Ну, ты, наверное, с какой-то другой целью?
— Я? Нет.
Она посмотрела на часы, потом на официанта.
— Ванюша! Вызови такси. Ну... будет тебе нужна помощь, звони.
...Знал бы я, что так скоро!
— Такси прибыло, Алена Дмитриевна.
Мы жарко обнялись.
Коридор ей не нравится! А кому он нравится? Огромный, темный и полквартиры съедает! Вот он-то как раз и останется тебе, после суда, если срочно меры не примешь, — и в этом коридоре ты и сойдешь с ума. Надо срочно принимать меры, а то полный пролет, а ты все за мини-юбками носишься! Но не просто за мини-юбками, лишь за теми, которые носят служащие суда — и только живущие рядом, наверху. Может, там много ног стучит... Но, говоря грубо, уже две ноги там — в твоих руках... Но где же она, таскательница двух юных ног? Почему до сих пор тащится?
Работать буду. Мне колонку для «Обозрения» надо писать
Заводясь на эту статью, названивал самым умным, одаренным своим друзьям с одним и тем же вопросом: «Можешь придумать название для новой улицы?»
В советское время было хуже, но проще. Давали, не спрашивая, черпая из идеологии. Лучшие годы я провел на улице Белы Куна. Пытка! Мало того, что палач, — еще и не выговорить. Словно специально душили язык. Кто не мог ничего понять, называли «улица Белой Кони». Безграмотных из нас делали, безъязыких!