Стоило мне начать резать палец у его основания, как пленник всё же заговорил. Правда, не то, чего я хотел.
— Тебе всё равно не уйти. Ты бездарь. Мы тебя поймаем и убьем. Лучше застрелись, мясо.
— Значит, вас несколько, — усмехнулся я, — Говори сколько вас! Фамилии! Адреса проживания!
— Катись в жопу, мразь.
— Как скажешь…
Не вступая с ним в дебаты, я продолжил резать. Мужчина же, пытаясь освободиться, начал дергаться, удивив меня. С пулевым ранением в живот он умудрялся ещё и сопротивляться. Либо у этого урода очень высокий болевой порог, либо он под наркотиками. Ни чем другим его живучесть и упертость было не объяснить. Кровь пленника уже залила мне руку, когда он, издав стон, вновь заговорил:
— Убьешь меня, и тебя будут пытать очень долго, — явно сдерживая боль, прохрипел мужчиа…
— Да? А так бы не пытали? — усмехнулся я, — Сколько вас? Где остальные? Фамилии! Адреса, мразь!
Однако, мужчина предпочел не отвечать, всё так же пытаясь освободиться. В конечном итоге, отрезав палец, я отбросил его в сторону и попросту сломал следующий, заставив пленника издать новый стон.
— Я тебя тут на части порежу, но узнаю кто вы такие и что творите! Ты понял? — спросил я, ударив мужчину ножом в плечо, — Говори или пожалеешь, что я тебя не убил.
Времени на сантименты не было. Возможно, что его послали за мной другие и сейчас они уже идут сюда, услышав грохот выстрела. Мне же требовалось узнать от пленника максимум и уйти. Ведь, Милла, скорее всего, мертва. Если мои глаза меня не обманули, то эти маньяки убивали тут девушек десятками. И не факт, что это началось недавно. В городе всегда есть нераскрытые дела о похищениях и пропавших без вести людях. Молодых девушек среди них очень много. И кто знает скольких из них убили маньяки, грабители, бездомные, наркоманы, а скольких — эти ублюдки, в подземельях которых я оказался.
— Не хочешь говорить — будет больно, — произнёс я, решим перейти к кардинальным методам, — Но, в начале…
— В начале, ты умрешь, — перебил меня раненный.
Вскочив и, пока пленный не опомнился, я ударил его ногой в пах. Видимо, попал очень удачно, поскольку мужчина охнул так же, как при моём удачном выстреле. Однако, в следующую секунду произошло странное. Его кровь вдруг начала мелким туманом подниматься в воздух, заполняя его собой. Дышать стало очень тяжело, а тело наполнила слабость. Руки стали казаться чугунными и почти не слушались. Воздух, казалось, затвердел, превратившись в бетон.
Вспомнив то, как этот человек был невидим и лишь отбрасывал тень, я, сделав над собой усилие, пднял руку с пистолетом и, наведя на него ствол, выстрелил в голову. Первая пуля завязла в тумане из крови у самого лица моего противника, вдруг оказавшегося на ногах. Вторая оказалась чуть ближе, а третья достигла цели — аккуратная дырка появилась во лбу мужчины, а сам он завалился на пол. Одновременно с этим, кровь, висевшая в воздухе, так же рухнула обычной алой жидкостью, залив и меня с ног до головы.
Дышать сразу же стало легче, а воздух уже не казался каменным.
— Что за чертовщина? — ошеломленно спросил я пустоту.
В наступившей тишине были слышны лишь как где-то капает вода… Впрочем, учитывая ситуацию, это может быть и не она, а кровь.
Вздохнув, я взмахнул руками, из которых пропало ощущение тяжести. Дышать вновь было легко. О случившемся тут напоминала лишь кровь, залившая пол и меня с ног до головы.
— Магия, черт возьми, — фыркнул я, — Не может такого быть. Не бывает.
На меня накатил отходняк. Руки тряслись, а сердце едва ли не выскакивало через горло, сдавливая его спазмом. Усевшись на покрытый кровью пол, я стал делать глубокие вдохи, стараясь успокиться.
— Так не бывает, — вновь вырвалось у меня.