— Вот ведь! Совсем забыл, что условно разумную биомассу домой протащить нельзя. Проходят только инициированные пользователи, — моментально определил причину собственной неудачи молодой человек. Упоминание о подобном ограничении встречалось ему в дневнике Шабанова, но собираясь переместить своих незваных гостей в поселение, юноша как-то упустил из виду этот момент.
— Ладно, попробуем по-другому, — произнес он, наблюдая за безуспешными попытками аборигенов подняться.
В следующие несколько минут Геннадий совершил несколько последовательных переходов вдоль реки в пределах собственно видимости, перед этим предварительно закидывая в нужное место аборигенов с помощью формулы "Перемещения". В результате перенос живого груза проходил довольно своеобразно, как постоянная смена переноса и последующего перемещения. Затратив около десяти минут, молодой человек оказался перед воротами поселения.
— Я принес ваших людей, которые пытались на меня напасть, — раздраженно сообщил Геннадий переполошившимся при его неожиданном появлении местным жителям. Вышедшие из ворот поселения люди держались настороженно, но попыток напасть не предпринимали. Один из уже знакомых молодому человеку аборигенов по имени Сальм подошел ближе и осмотрел принесенных им людей.
— Это не наши люди. Это шагасы, они совсем плохие.
Озвученная Сальмом новость стала для Геннадия большим сюрпризом. Он посмотрел на лежавших на земле аборигенов и недоуменно произнес:
— И что мне теперь с вами делать?
Когда Геннадий вернулся домой, на улице стало совсем темно. История с незваными гостями, помешавшими его отдыху, отняла у него довольно много времени. Дальнейшие расспросы Сальма дали ему довольно любопытную информацию. Как оказалось, жители поселения принадлежали к народу "колочи". Их вражда с народом "шагасы" возникла из-за того, что "колочи" не жили изначально на землях по берегу реки, а пришли в эти места с севера, примерно два десятка лет назад, изрядно потеснив прежнее население, которое не смогло силой справится с пришельцами. В результате оставшиеся в живых "шагасы" предпочли отселиться, забившись в самые глухие места, но время от времени продолжали тревожить поселившихся на их бывших землях пришельцев.
Из беседы с Сальмом молодой человек выяснил, что доставленные им в поселок "шагасы" с этого момента являются его персональными пленниками. То есть фактически бесправными рабами, которых при желании хозяина можно было убить в любой момент. При этом из пояснений было очевидно, что просто без лишнего шума отпустить пленных у него не получится, так как. такой поступок не поймут ни жители поселения, ни сами пленные.
Терять уже наладившиеся отношения с местными жителями Геннадий не хотел. Но при этом у него также было никакого желания ни самому убивать аборигенов, ни давать делать это жителям поселения. В результате он решил, что ему придется вынуждено примерить на себя роль рабовладельца. К изрядному облегчению юноши, ему удалось договориться с Сальмом о том, чтобы тот временно пристроил у себя рабов, отговорившись тем, что сейчас не может взять их с собой. В качестве благодарности он подарил аборигену небольшую блесну, завалявшуюся в кармане его куртки, предварительно отцепив от нее тройники. В таком виде блесна очень походила на необычное украшение, и очень понравились Сальму.
Пристроив пленников, Геннадий поспешил вернуться на остров. Так как он всерьез опасался, что за время его отсутствия там могут появиться еще какие-нибудь незваные гости, то под "Скрытом" переместился незаметно на берег реки рядом островом, и далее пользуясь способностью "Наблюдение" осмотрел весь остров. Однако в этот раз на острове никого не оказалось. Единственной его находкой стала сделанная из какой-то древесной коры лодка. По всей видимости, именно на ней незваные гости и попали на остров.
Найденная лодка Геннадию понравилась, поэтому он постарался ее тщательно спрятать, аккуратно переместив в развилку одного из деревьев на достаточно большом удалении от реки. После этого молодой человек собрал собственные вещи и брошенные аборигенами копья, и, на всякий случай, постарался очистить место своего отдыха от любых оставленных следов. В течение нескольких минут он старательно перепахал берег острова, буквально выворачивая с помощью "Перемещения" и "Смены вектора" землю, песок и воду, вымещая таким образом раздражение от подпорченного отдыха и несостоявшейся рыбалки.
Ужинать юноше пришлось давным-давно остывшим шашлыком. Вполне съедобно, но вкус все же был уже совсем не тот. Впрочем, в холодильнике оставалось еще достаточно много замаринованной осетрины, чтобы устроить повторения отдыха с рыбалкой и шашлыком. Так что Геннадий решил для себя, что на следующий день, после того как закончит все дела с Леликом и его покупателем, обязательно отправится на рыбалку с шашлыками. Хотя после случая с появлением аборигенов на острове, он всерьез опасался, что какая-нибудь неожиданная помеха в самый последний момент расстроит его планы.
Однако все случившиеся на следующий день неожиданности имели вполне приятный характер. Утром позвонил один из его знакомых, которому он позавчера пристроил пару судаков, и интересовался возможностью поставки недорогой свежей рыбы на более-менее постоянной основе. Его отец оказался владельцем небольшого кафе, и был не против расширить ассортимент своего заведения блюдами из свежей речной рыбы.
Еще одну приятную неожиданность принесла последняя пара по английскому языку. На паре проводилась письменная контрольная работа, которую молодой человек сделал всего за несколько минут. Ответив на пару дополнительных вопросов преподавателя и получив честно заработанный зачет, он ушел из института на целых полтора часа раньше. Поэтому, когда ему буквально через минуту позвонил подъехавший к институту Лелик и поинтересовался его готовностью отправиться на встречу, он мог сразу согласиться.
Состоявшаяся встреча с покупателем меховой одежды неплохо поправила финансовое состояние Геннадия. Занимавшийся показом товара Лелик сумел почувствовать заинтересованность клиента "аутентичной национальной одеждой староверов Сибири", после чего, не моргнув глазом, назвал цену в четыреста тысяч. Изготовленная аборигенами одежда заметно отличалась от современных меховых изделий, но при этом выглядела красиво и привлекательно, так что после некоторого раздумья и придирчивого осмотра товара покупатель все же согласился с названной ценой.
После получения своих процентов от продажи Лелик чуть ли не в ультимативной форме стал требовать "продолжения банкета". То есть стал просить достать через дядю Пашу еще какую-нибудь меховую одежду на продажу, или, как вариант, организовать ему прямые поставки сразу от "сибирских староверов".
Возможность обеспечить требования Лелика у Геннадия была. В течение следующей недели аборигены должны были изготовить ему еще несколько шапок и шуб. Вот только их ему уже нельзя было объявить ранее сделанным подарком своего дяди. Хотя отказываться от такого удачного канал продажи изделий аборигенов он вовсе не собирался. Поэтому Лелику молодой человек сообщил, что на данный момент у него нет никакой возможности переговорить со своим дядей, так как в тех глухих местах нет не только сотовой связи, но даже обычного проводного телефона. Но он обязательно напишет ему письмо, в котором подробно опишет открывающиеся перспективы по продаже меховой одежды "сибирских староверов".
Однако Лелик успокоился лишь только после того, как юноша на его глазах написал обещанное письмо и затем бросил конверт в ближайший почтовый ящик. Геннадию пришлось прилагать немыслимые усилия, чтобы сохранять самый серьезный вид во время составления письма "на деревню дедушке". Естественно, что придуманного им адреса в природе не существовало, и в итоге письмо должно было вернуться на его домашний адрес. Тем не менее, через пару недель у молодого человека обязательно должна была появиться очень ценная посылка от дяди Паши, "пересланная с оказией через знакомых".
Удачное завершение сделки, дополненное проделкой с письмом, неплохо подняли настроение Геннадия. Поэтому запланированный на вечер отдых он отправился с твердым намерением отметить эти события. Бутылка краснодарского брюта, купленная по дороге, очень хорошо подошла к черной икре и шашлыку из осетрины.
В этот раз для отдыха молодой человек отправился в другое место — еще один из островов на реке, на несколько километров удаленный от прошлого места. Чтобы не прозевать каких-нибудь очередных незваных гостей, он решил никуда не отлучаться с острова, а также время от времени осматривать окрестности. Но за все время его отдыха рядом с островом так никто и не появился. Юношу никто не потревожил ни во время готовки и ужина, ни во время последующей рыбалки.
Вечерний улов Геннадия состоял из десятка крупных окуней и полукилограммовой щучки. Удачно проведенный день, хороший ужин и отличная рыбалка привели его в весьма благодушное настроение. Вернувшись после отдыха домой, он еще раз осмотрел свой улов, а также оценил оставшийся в холодильнике солидный запас замаринованной осетрины.