Окружившие нас арахниды приблизились метров на двадцать и неожиданно остановились, словно получили приказ не нападать. Краем глаза я видел, как Стрелок поглаживает спусковой крючок, ожидая нападения, чтобы пустить в ход смертоносное оружие. Но, тем не менее, он понимал, что чем дольше они будут тянуть время, тем быстрее прибудет подкрепление.
При приближении арахнидов прицел моего автомата все время прыгал с одной цели на другую. Ожидая сигнала Стрелка, я не мог выбрать в какого паука стрелять первым, но время шло, а пауки не нападали.
— Что происходит? — озвучил я мучавший всех вопрос.
— Понятия не имею, но ничего хорошего членистоногие нам не готовят, — ответил Стрелок, не сводя перекрестия прицела с головы ближайшего арахнида.
Пауки периодически скрежетали хелицерами, вызывая у меня неприятные воспоминания. На стене у меня не было времени переживать потерю конечностей, а позже в госпитале я старался об этом не думать. Но медленно шевелящиеся хелицеры пробудили в памяти такие подробности, которые сознание попыталось упрятать в самую дальнюю часть сознания.
Металлический вкус крови на губах и звук, отвратительный звук, когда арахнид пережевывает твои ноги. От нахлынувших воспоминаний меня даже передернуло, но сжав зубы, я попытался успокоиться. Правда фэншуй нихрена не помог, а вот злость, обильно приправленная гневом, и сконцентрированная на ближайшем арахниде привела меня в норму.
Лошадиная доза адреналина, выброшенная в кровь, заставила мышцы слегка подрагивать, но пещерный гнев, скинувший тысячелетний налет цивилизаций смял во мне страх подобно бульдозеру, наехавшему на хрустальный бокал. Ненужные мысли исчезли оставив только те, которые были направлены на противника и на его слабые стороны. Гнев с нетерпением ждал сигнала к действиям, и я даже представил, как лопаются глаза паука от попадания крупнокалиберных пуль после короткой очереди, которой я прошью его голову.
В этот момент несколько пауков со стороны Стрелка расступились, пропуская вперед человека. Не буду скрывать, я ожидал чего угодно, но только не этого.
— Суррогат, — прошипел Стрелок.
Мужчина, проходя мимо арахнидов, похлопал одного из них по лапе, словно это была его домашняя зверушка, хотя возможно так оно и было. Оглядев окруживших нас арахнидов, суррогат перевел взгляд и на Стрелка, который цепко удерживал его голову в прицеле.
— Как вы смогли обнаружить логово? — произнес суррогат. — Ведь мы не допускали ошибок, и ваша разведка поверила в наши данные, не без помощи сочувствующих конечно, но все же поверила. Не должно быть вас здесь.
— Жизнь это боль, привыкай суррогат, — ответил Стрелок.
— Меня предупреждали, что с вами будет сложнее, чем с остальными. Ну что же, похоже, они оказались правы. Это займет некоторое время, но я справлюсь, как справлялся ранее.
— Справишься с чем? — не сводя прицела с суррогата, спросил Стрелок.
— У меня сороковое перерождение, но я помню, что люди делятся по национальностям и ваша самая непонятная. Мы убрали данный недостаток у всех, кто к нам присоединился. Я, наверное, мог бы предложить тоже самое и вам, но вы русские всегда поступаете не разумно. Несмотря на то, что весь цивилизованный мир присоединился к новой эволюционной ветке развития, вы почему-то всеми силами стараетесь погибнуть. Вы отрицаете жизнь?
— Нет суррогат, мы любим жизнь, но рабство мы не считаем жизнью, — объяснил Стрелок.
— Глупцы, терраформеры предлагают безграничную вселенную. Эта планета не единственная где они когда-то посеяли семена жизни. Правда на какое-то время их внимание было поглощено другими мирами, и они не уделяли достаточного внимания этой планете. Эволюция шла в заданных ими рамках, поэтому их поведение вполне объяснимо, но что-то пошло не так и эволюционная ветвь развития сделала крутой поворот, создав человека. Теперь они вернулись, чтобы исправить ошибки прошлого. Но терраформеры великодушны и они не стали уничтожать человечество. Некоторые возможности наших тел им понравились, поэтому они модернизировали их, создав нас. Весь мир принял этот дар, и теперь мы можем выживать в агрессивной среде, хотя внешне мы практически не отличаемся от вас.
— Ты на себя в зеркало-то смотрел лупоглазый? — встрял в разговор Танк. — С такими шарами тебе только под землей сидеть и питаться собственными экскрементами.
— Ты думаешь это оскорбление? — Но с такой же легкостью я могу оскорбить и тебя, сказав что твое зрение не позволяет тебе видеть в темноте. Дар терраформеров позволяет нам выживать там, где человек не протянет и пары часов.
— То, что суррогаты считают даром, мы воспринимаем как проклятие, — заметил Стрелок. — А то, что весь мир против нас так нам к этому не привыкать. Цивилизованный мир многие тысячелетия тренировал нас, собираясь против нас в звериные стаи. Но единственное чего они добились, это создали лучших бойцов на планете.
— Наивное заблуждение аборигена, — попытался усмехнуться суррогат. — Какими бы вы отличными воинами не были, мы задавим вас числом. Нельзя вечно противостоять целому миру, со временем он вас поглотит. Просто до этого времени мы на вас не сильно сосредотачивались, но теперь настал ваш час. А когда с вами будет покончено и эволюция войдет в установленное терраформерами русло, некоторые из нас переберутся на следующую планету.
— Суррогат, а ведь ты преувеличиваешь свою роль в истории, говоря, что уже весь мир вами подмят, — произнес Стрелок. — Тебе прекрасно известно что мы лишь одна из четырех цитаделей хотя и самая крупная из них.