Всего за 159 руб. Купить полную версию
- Я не ковать собрался. Секрет не скажу. Но если поможешь – тебе продам этот уклад. Али откажешься?
- Мню я сказки ты сказываешь. Потому дать просто так ни крицы доброй, ни угля тебе не могу.
- Дирхам? – Произнес Ярослав, доставая из кошелька серебряную монету.
- Два.
- Это ведь сильно дороже. За то, что я прошу и один дирхам – много.
- Может и дороже, да кто еще тебе в том поможет? К Кенту пойдешь – он за один возьмется. Но сделает лишь по будущей весне.
- А ты?
- Дней через десять у тебя будет первая треть. Еще через десять – остальное.
- Родичи помогают? Заготавливают крицу с углем и тебе подвозят по надобности?
- Так, - кивнул Мал.
- Хорошо. Два дирхама за три большие корзины доброй крицы и тридцать – хорошего угля. Одну – вперед, одну – после поставки.
- Годится, - кивнул кузнец, вставая и протягивая руку, чтобы скрепить рукопожатием сделку.
И, судя по довольному лицу – обманул он Ярослава крепко. Ну и пусть. В эти времена очень высоко ценился материал – а вот труд – нет. Поэтому даже один брусок стали килограмма в полтора из всего этого вороха окупит не только все затраты, но вчерашнюю прогулку «по магазинам» в изрядной степени перекроет. За добрый уклад, из которого можно славный меч сделать удачные вожди викингов могут по весу серебра дать. Не факт, правда, но могут. А вот полвеса – вполне наверняка.
Также удалось сговорить с Малом о ремонте обоих кольчуг. Дело непростое. Проволоки требовало, которые в здешние времена не так-то и просто тянуть. Однако кузнец взялся. Потребовав в уплату один из мечей. Поторговались. Сошлись на боевом топоре. Тоже дорого за добрый сшив нескольких железных колечек. Но эта наглая, ухмыляющаяся морда чувствовала себя уверенно. Да и как иначе? Считай монополист, хотя такого слова он и не знал…
- Опять ты гадишь где попало?! – Воскликнул Ярослав, заметив, что Любава опять игнорирует спешно возведенный туалет класса сортир . Не так, чтобы она именно что гадила где попало, но утрирование в таком деле было нелишним.
- Отстань! – Раздраженно воскликнула она.
- Кошка бездомная и та – следит за тем, где оправляется! А ты?
- А что я?
- Опять гадишь где приспичит! Иди в сортир!
- Ох… - застонала Любава, раздраженная этой опекой и трудновыговариваемым словом .
Так уже сложилось, что туалета класса сортир в здешних местах не было, как и ничего аналогичного. Малая скученность не требовала таких вещей. Да и общий низкий уровень развития общественных институтов до государственного уровня накладывал свой отпечаток. Люди «не парились» наслаждаясь «единением с природой». А когда так поступать было нельзя – гадили во всякого рода кадушки, которые потом выплескивали где ни попадя.
И это еще неплохо. Ярослав как-то читал статью, описывающую быт первобытных людей на своих стоянках по данным археологии. Так там вообще ад был. Стоянка быстро превращалась в помойку от всякого мусора и испражнений. Копролиты и уролиты находили ровным слоем по всей стоянке. Даже в кострищах имелись. А далекие предки, быстро все загадив , шли дальше, к следующему стойбищу, ожидая, когда это проветриться.