— Стычки с ними шли издавна, но именно тогда началось массовое вторжение. Война охватила весь Айдахейм, все двенадцать планет Асгарда, и вынудила уцелевших покинуть родину. Оталийцы перебрались в соседнюю галактику, такой же карлик в Сфере Мидхейма…
Морос ничем не выдал своих эмоций, но одно странное совпадение его изрядно насторожило. Примерно в то время он и его команда окончательно разругались с Остальными, настаивавшими на невмешательстве в дела "примитивных" рас. На самом деле, Амелиус и его подпевалы просто опасались лишиться пищевого ресурса. Контроль над поступлением жизненной энергии вполне могли перехватить излишне инициативные одиночки вроде Орлина или Омы. Их мнимая забота о примитивных созданиях вызывала у людей всплеск религиозного поклонения. И молились они не абстрактным богам (тут подпитка шла бы Остальным), а только Орлину Маниту и Оме Десале. Естественно, Амелиус не мог не реагировать на подобное безобразие, и потому в наказание Остальные уничтожали "неправильные" народы, нации и даже целые миры, как садовник пропалывает огород от сорняков.
Естественно, они наказали и Ому, и Орлина, лишив их доступа к общим резервам жизненной энергии и "заперли" провинившихся в тех самых мирах, которые попали под опасное влияние: Орлина — на Велоне, опустошённой войной, Ому — на планете Кхеб. Но и тот, и другая действовали по одиночке.
С Моросом и сплочённой вокруг него командой "бунтарей" Остальные долгое время ничего сделать не могли и вынужденно терпели их фронду. Когда же Морос, Янус и их единомышленники нащупали альтернативу вознесению, противостояние перешло в открытый конфликт. Команду Мороса общими усилиями Остальных отрезали от пуповины, удерживающей их в состояние вознесения в подпространстве, и тем самым низвергли в материальный мир. Всем "бунтарям" перекрыли путь к вознесению. Навсегда. В подпространство Лактеа Фиаллум, конечно. Амелиус наверное решил, что победил. Ха-ха!..
— …сколько сородичей погибло — не счесть! Среди них были и Один и, похоже, мои сыновья…
— И Бальдр?
Локи отрицательно покачал большой головой, и Морос едва сдержал рвущуюся наружу улыбку. Пока он спал, оталийцы стали выглядеть ещё гротескнее. Вырождение расы идёт полным ходом.
— Что стало с ним?
Не то, чтобы Мороса всерьёз интересовала судьба этого оталийца. Бальдр — забавный экземпляр разумного существа, но его любопытство, ум, постоянное стремление познать что-то новое вызывали симпатию у Мороса и его товарищей. Не настолько, чтобы помнить и спрашивать об обстоятельствах гибели этого примитивного создания. Но слова Локи зацепили какую-то струнку в памяти альтерай, высветили какое-то несоответствие.
Неужели Остальные всё же вмешиваются в дела примитивных рас?! Ну и ну!
— Странная история. Ты знаешь, друг Морос, у нынешних оталийцев почти не осталось ни привязанностей, ни увлечений. Их с успехом заменили ритуалы. Одним из них является традиционное соревнование по стрельбе из древнего оружия, метающего снаряд за счёт энергии, выделяющейся при очень быстром горении. Таким оружием мы не пользуемся давным-давно, пять или шесть десятков тысячелетий…
Локи так забавно размахивал своими ручками, пытаясь сделать свой рассказ интереснее и убедительнее. Полагая, что в этих обстоятельствах смех неуместен, Морос опустил голову, пряча растянувшую губы улыбку.
— …по древним образцам изготавливаются полностью аутентичные копии и небольшое количество боеприпасов. По окончанию стрельб победитель получает себе в награду ту копию, что принесла ему успех, и немного боеприпасов. Прочие новоделы уничтожаются. Награда очень почётна, является бесспорным поводом для гордости, так что любой оталиец хотя бы раз в жизни принимает участие в традиционном празднике. В тот раз соревновался Бальдр Одинсон. Я организовывал мероприятие и готовил копии древних метателей и боеприпасы к ним.
— Ты всегда подходил ответственно ко всему, за что брался, друг Локи. Если что-то и случилось, это произошло не по твоей вине!
Локи был полностью поглощён переживанием происшедшего, — иногда абсолютная память становится наказанием! — из фразы Мороса он услышал лишь слово "случилось" и неуверенно пожал узенькими плечами.
— Метатель Бальдра взорвался. И надо ж так случиться, что именно в этот момент машина переноса сознания, постоянно страхующая всех оталийцев на предмет внезапной смерти, дала сбой. — Локи тяжело вздохнул. — Бальдр погиб безвозвратно. Нелепейшая случайность с ничтожной вероятностью. Искины оценили её в десять в минус сороковой степени… но невозможное произошло и привело к трагедии.
Ого! Морос хорошо знал тех, кто умел легко манипулировать вероятностями. Для него не представляло проблемы указать на виновных в этой трагедии.
— Не ожидал я такого от Остальных, м-да, — тихо пробурчал себе под нос насупившийся древний.
Конечно, Локи понял это по-своему.
— Да-да, друг Морос, ты прав! Остальные во всём обвинили именно меня. Разве что брат Один меня ни в чём не упрекал, но был безутешен и на время отошёл от дел, целиком отдавшись своему горю. Высший Совет назначил расследование. В этот момент произошло то самое вторжение репликаторов. Никто из оталийцев не был готов к полномасштабной войне. Что с того, что мы могли победить практически в каждой битве?..
Морос вздрогнул, вспомнив свою беседу с Янусом перед началом тотальной войны с рейфами. Ситуации очень похожи, и уверенно можно утверждать, что авторы у них те же. Зачем Остальным отказываться от технологии, которая безупречно работает? Лантейцы тоже были не готовы к войне всерьёз, да ещё когда на стороне врага выступили всеведущие и вездесущие мерзавцы, сливающие врагу все планы практически в момент их создания. Увы, лантейцы узнали о предательстве слишком поздно.
— …конунг Один погиб, защищая Оталу. — Локи говорил отрывисто, вспоминать эти дни ему было откровенно тяжело. — Выжившие покинули Айдахейм. После эвакуации расследование продолжили. Расследование, ха-ха! Совет, даже не пытаясь разобраться в происшедшем на состязаниях, признал меня виновным в гибели Бальдра! "Преступная халатность" при подготовке соревнований.