Всего за 119 руб. Купить полную версию
— Заткнись, дедуля.
Если бы я могла заплакать, то сделала бы это.
— Да я тебя, щенок… — папа начал медленно вставать с серого диванчика, я подняла руку и выстрелила около него в стену. Друг нервно кашлянул, папа остолбенел. Прав был Ромка, я сумасшедшая: как мне теперь в глаза смотреть любимому родственнику? Но об этом подумаю потом, сейчас надо вытаскивать Ромку отсюда. Папуля переживет, а Ромку я тоже люблю и искренне желаю ему счастливо встретить старость. Выстрел немного притормозил папулю, он сел на свое место и замолк, недовольно сверля нас своими зелеными глазищами. От папы у меня только глаза, и мы ой как умели выразить ими все, что думаем.
«Завтра же подарю ему кошелек из крокодильей кожи, что привезла в прошлом месяце» — решила я. Хотела сделать это давно, но все время забывала, а вот теперь и повод подходящий: договор с собственной совестью.
— Семен, займись делом! — рявкнул Ромка и я не сразу поняла, что обращается он ко мне. Фантазии у Ромки кот наплакал, мог бы чуть больше изменить мое имя. Едва бестолково не переспросив «что?!», я все же сдвинулась с места.
Папуля несколько отвлек нас от намеченной цели, но друг ясно дал понять, что отступать не намерен. Я с ним была полностью согласна: а вдруг папа тут и вовсе случайно? В конце концов, какое ему дело до какого-то конверта? Да и стимул у меня был: полгода собственный раб.
Пока Ромка запугивал всех своим автоматом (хотя судя по тому, как дернулась женщина, когда я к ней подошла, боялись больше меня), я обходила граждан. У вышеупомянутой дамочки пришлось отжать сумку. Двух пенсионерок я обыскала только для отвода глаз, в этот момент опасаясь их больше всего: а ну как плохо станет? Такого даже моя совесть не выдержит. Слава богу, обошлось, они картинно охали и закатывали глаза, хватаясь за сердце, но даже такой профан в медицине как я увидел бы, что чувствуют они себя превосходно и уже сейчас планируют, как бы половчее эту историю многочисленным подругам поведать. Я вытащила их кошельки (на сумки посягать не стала, всерьез опасаясь за свою жизнь) и чуть ли не вприпрыжку ринулась подальше, пообещав себе, что их сбережения я «случайно» оброню по дороге прямо в банке.
Я злилась на Ромку, которому досталась самая простая часть: стоять и ничего не делать. И как я только могла упустить этот момент из виду? Аферист недоделанный, а мне тут с бабульками развлекаться. Следующими на очереди оказались двое мужчин чуть за тридцать, оба смутно напоминали моих соседей, такие же невзрачные, так что я безошибочно отнесла их к классу бизнесменов. Отжала небольшой портфельчик у одного, подняла кейс слева от другого, больше у них ничего интересного не было, кроме электроники. Ее я тоже увела, чувствуя себя какой-то сорокой.
Дальше мой отец, самое трудное. Для облегчения задачи я представила на его месте бабульку, но даже это не помогло: бабуля выходила через чур боевая и все время грозила мне лишением автомобиля. У папы с собой была папка с документами, на них я смутно разглядела свое имя. Вопросы так и рвались наружу, но так бы я довольно быстро себя обнаружила, так что одной рукой я сгребла все со стола и запихнула в папку, другой быстро его обыскала. Слава богу, никакого конверта при нем не было, вздох облегчения сдержать не удалось.
Рядом с отцом сидел тип с физиономией афериста и нагло улыбался. Какого черта он здесь забыл? Неужели папулин новоявленный адвокат, либо один из партнеров? Вот уж не подозревала о наличии у него подобного таланта… Хотя, насколько я помнила, у блондина было много талантов. И как только родственника угораздило с таким связаться? Обычно он подобных клоунов даже близко не жалует, аферистов чует за километр, надо бы не забыть и проявить интерес. Хотя о чем я? Уж он точно не даст мне забыть…
— Какой у нас взгляд! — в добавок ко всему ляпнул этот придурок, довольно тихо, но я слышала прекрасно.
То ли от волнения, то ли я просто на секунду перестала контролировать свои руки, я врезала парню по черепушке пистолетом. Перестаралась, потому что парень сразу же обмяк. Раздражающая меня ухмылка исчезла, и я перевела дух. Неплохо бы после всего этого подлечить нервы, как раз давно не посещала своего мозгоправа. Ему не понравится, что я опять била людей безо всякой причины. Краем глаза я могла видеть, как Ромка вытаращил глаза. Судя по всему, к доктору он сам меня и отвезет.
Но опять же, это все будет завтра, сейчас нужно побеспокоиться о том, чтобы было кого лечить. Все пожитки справедливо побитого я стряхнула в рюкзак, повесила его на плечо, подхватила кейс и портфельчик с сумкой и посмотрела в сторону Ромки.
Он едва заметно кивнул.
— Извините, — вдруг услышали мы голос девушки, той самой, которой я в руку стреляла.
— Что?! — рявкнул Ромка, мы вместе с девушкой подпрыгнули.
— Вам тут оставили конверт, — пискнула она.
Если бы я могла еще больше удивиться, то несомненно сделала бы это.
— Какой конверт?!
Девушка зажмурилась и протянула дрожащую ручку. На каждом пальце ее красовалось по золотому кольцу и я некстати подумала, что она смахивает на цыганку и даже хотела сделать ей одолжение и заставить их снять, но вовремя одумалась. Хочется ей выглядеть безвкусицей, так тому и быть, моя добрая и чуткая душа всем помочь все равно не сможет. С пожиткам наперевес я подошла к ней и выхватила дурацкий конверт. Тут и произошло то, чего я меньше всего ожидала: когда я взялась за край конверта, рука моя ударила по столу. До сих пор не могу понять, как это произошло, но пистолет мой выстрелил. Весь зал дружно ахнул, кроме парня, что был без сознания конечно. Кажется, кто-то свалился в обморок. Это я уловила краем глаза, но должного внимание не обратила. Повезло, что выстрелила я в стену, а не в несчастную девушку-цыганку. Она кстати сразу побелела, потом почему-то покраснела и одернула руку.
«Главное, чтобы не посинела» — некстати подумала я.
Вот что такое не везет так не везет. Зал уже отошел от первого шока, бизнесмены тихо матерились, а я боялась даже глянуть в сторону отца. Он подозрительно молчал, наверное, тихо офигевал от тупости грабителей. Ромка, как ни странно, тоже помалкивал, наверняка уже раздумывал, что ему за все это светит.