У воровки хватило дерзости вернуться на место своего преступления. Но что всего удивительнее — преступница бросилась прямехонько к Дженарино.
Мальчишка из пекарни поднял палку и полетел к ней.
— Вот и хозяин собаки. Отлупим и его! — кричал мальчишка.
Хорошо, что Дженарино вовремя вспомнил про мелочь, данную ему господином.
— Сколько стоит пирожок? — поторопился он спросить.
— Три копейки, — ответил мальчишка.
— Прекрасно. Вот вам пять. На сдачу дадите еще пирожок и для меня. Вот мы и поужинаем с товарищем.
У Дженарино это вышло так смешно, что гнев пекаря, как рукой сняло. Доброта Дженарино его тронула. Оттолкнув монету, поданную ему мальчишкой с палкой, он дал Дженарино пирожок ценою в четыре копейки.
— Да здравствует синьор Винченцо! — кричали кумушки.
Дженарино с собакой отправились дальше.
Пирожок подбодрил Дженарино.
«Ничего! Не так уже плохо дело», — подумал он.
Собака больше не скулила. Она повеселела и подпрыгивала рядом с мальчиком.
Дженарино опять стал подумывать об увлекательном путешествии.
«Попасть в Швейцарию! Всегда находиться возле синьора Калондроне, придумывать для него все новые и новые развлечения, избавиться от нищеты! Повидать новые страны!»
— И тебе, «Прыгун», не худо бы поглядеть на швейцарских собак. Боюсь только, что вы не поймете друг друга…
Дженарино поднял глаза. Третий этаж дома, перед которым он остановился, был ярко освещен. Там был бал. Оттуда доносилась музыка.
Дженарино совсем повеселел. Ему захотелось прыгать и кувыркаться.
Цветные фонарики освещали балкон третьего этажа. Дженарино разглядел на нем двух мужчин во фраках. Жестикулируя, они горячо говорили между собой. Вдруг до мальчика долетел звук пощечины, в ту же минуту к его ногам свалился цилиндр.
Один господин дал другому такую пощечину, что цилиндр слетел у того с головы и полетел через решетку балкона. Дженарино подхватил на лету цилиндр и со всех ног помчался с ним вдоль улицы.
Хотя Тотоно и был изобретателем гениального плана отправиться на поиски синьора Калондроне, но это его не веселило. Как только он очутился один, его стали мучить сомнения. Он терялся, не зная, с чего ему начать. Ночь была самая обыкновенная, как вчера и какой, наверное, будет и завтра. Следовательно, ничего особенного от нее и ждать было нечего.
Когда Тотоно вышел на улицу Толедо, была уже полночь, и редкие фонари уже усиливали его грустное настроение. Было душно и жарко. Уныние овладело мальчиком. Но итальянские оборвыши изобретательны по части добывания денег. И у Тотоно мелькнула мысль попытаться извлечь какую-нибудь пользу из своего грустного настроения. В это время, как раз мимо него проходила компания веселой молодежи, очевидно, возвращавшейся с бала. Тотоно с плачем подбежал к ним и наскоро принялся рассказывать только что придуманную им историю про свою несчастную семью, которой у него не было.