- Стоит тебя одного оставить, как ты уже к двум женским подолам прилип.
Незнакомец оглядел неспешно и оценивающе сначала Боргу, а затем Асвейг. Её рассматривал дольше и внимательнее. А может, просто показалось: уж больно тяжёлым грузом ложился на плечи его взгляд, и не смотреть на него 8 ответ было невозможно. Помалу сердце начало гулко колотиться, и Асвейг упёрла глаза в землю.
- Так вот, - нарочито тяжко вздохнул Эйнар, - услышал, как девушки говорят, что ты, Инголье, больше на волка похож, чем на человека.
Тот приподнял бровь.
- Да ну? - и почему-то вновь на Асвейг посмотрел. - И как? Похож?
Она помотала головой, чувствуя, что у неё начинает печь щёки. И ясно представила, как они покрываются неровным румянцем. Вот уж красота неописуемая! Её капризной коже большого повода не надо, чтобы краснеть. И так вся в веснушках, а теперь и вовсе на клюкву походит, небось. Да под таким взором и вовсе хочется сквозь землю провалиться. Будто и правда Асвейг, а не Борга, о нём сплетни плодила. Но Инголье о подруге будто бы вовсе позабыл. А та, обычно скорая на язык, тут не нашлась, чего и ответить.
Воины переглянулись.
- Ну пойдём, что ли, - вздохнул Эйнар.
- Пошли. Нас только ждут, - буркнул Ингольв.
Развернулся и пошёл прочь. Скоро они оба затерялись среди снующих по торгу людей. И тут же схлынул жар с лица, Асвейг даже прижала ладонь к щеке, словно проверяя, не сгорела ли совсем.
- Вот, о чём я и говорила! - после короткого молчания Борга указала ладонью в ту сторону, куда ушли мужи. - Страшный ведь, жуть! Точно волк, по-другому и не скажешь.
Она отошла от прилавка, на котором разочарованный торговец снова раскладывал разворошенные ею бусы. Похоже, покупать что-то даже у неё - неслыханное дело!
- пропало желание.
- Почему страшный? - Асвейг коротко обернулась, словно воины ещё могли их услышать. - Всего-то из-за чёрных волос?
Подруга развела руками.
- Так по нему сразу видно, что нечистая кровь. Матушка его была южанкой, как говорят. Её конунг Радвальд купил в Уппсале…
- Хватит! - раздражённо оборвала её Асвейг, поддёрнула подол и перешагнула через лужу. - Не страшный он вовсе. Человек как человек.
Та фыркнула.
- Добрая ты душа. Это ты от учения Рунвид так раскисла? Или от взглядов, что он на тебя бросал? Точно сожрать хотел, - Борга пихнула её в бок локтем, но, не дождавшись ответа, заговорила о более приятном: - А вот тот, второй. Эйнар. Красив, верно, как Бальдр[3]. Как думаешь, он тоже сын конунга? Может, доведётся с ним ещё где увидеться…
Она мечтательно уставилась вдаль, сощурившись, как сытая кошка. И как легко голову теряет - разве так можно? Видно же, встреться сейчас снова Эйнар за тем поворотом да замуж позови - побежит, не споткнется ни разу.
- Ты бы поостудила пыл, - мстительно одёрнула её Асвейг. - Будь он и впрямь сыном конунга, в твою сторону вряд ли посмотрит. Таким вон Диссельв, дочь Фадира, подавай. Вот уж сцепятся за неё нынче, чую.
Борга помрачнела вмиг Мало кто из девиц Гокстада не завидовал Ясноокой Диссельв: и не только лишь из-за того, что той посчастливилось родиться дочерью конунга. Тут, надо сказать, и не вдруг поймёшь, чего в этом больше: радости или забот. Не всякого жениха отец к обожаемой дочери подпустит. А больше печалила всех красота Диссельв: и волосы точно медом по спине струятся, и высокая, ладная, приятная лицом. Кажется, изъяна не сыщешь, хоть весь день вокруг ходи.