— Мне восемь.
Он нахмурился, словно раздосадованный моей холодностью.
— Ты что, забыла меня?
— Ты — старший лейтенант Дагер.
Скосив взгляд на свои погоны, он присвистнул.
— И правда. Тебя брат научил разбираться в звёздочках?
— Папа. — Я повернула голову к Свену. Услышав об отце, они с мамой примолкли. — Тебе лучше не ходить туда. Он сказал, что убьёт тебя, если ещё раз увидит.
От моей непрошеной откровенности, пущенной им в лоб, все почувствовали себя неловко. Но внезапно Свен усмехнулся.
— Ну-ка, посмотри на меня. — И я посмотрела, но не в глаза, а на его плечи, грудь, руки. На его пистолет. — А теперь взгляни на Гарри. Ну, что скажешь?
Я поняла его неправильно.
— Дагер больше.
Они рассмеялись, переглянувшись.
— Почему она зовёт меня по фамилии?
— Ты не мог бы… н-ну… поставить меня на землю?
— Зачем? Нравится, когда на тебя смотрят сверху вниз? — спросил Свен, и я покачала головой. — Хочешь смотреть на всех сверху?
— Я ещё слишком маленькая для этого. — Уже через мгновение я сидела у Дагера на плечах. — А для этого уже слишком взрослая.
— Никому больше не позволяй садиться тебе на шею, Гарри, дружище, — посмеивался полубрат. — Эй, Пэм. Прямо как в цирке, да?
— По-твоему, я похож на скаковую лошадь? — уточнил Дагер.
— Не на лошадь, — сказала я, воображая самое больше животное в мире, — а на… на кита.
— Ты когда-нибудь видела сухопутных китов? — пробормотал Свен.
— Кит больше твоего папы? — Дагер не увидел, как я кивнула. Почувствовал. — Тогда нам нечего бояться, верно?
Мама рассмеялась и поцеловала Гарри, оставив на его щеке алый след помады. Она пригласила друзей в дом, и я услышала, как Свен шепнул покрасневшему другу: «даже думать об этом не смей, ублюдок». Тот в ответ толкнул его локтем под рёбра. А мама украдкой улыбнулась: она всё слышала. От этой улыбки мне стало не по себе.