Всего за 149 руб. Купить полную версию
В конце XIX – начале XX в. российская система образования являлась одной из самых передовых для своего времени, однако мусульмане, которые в этот период смогли успешно интегрироваться в российское общество и добиться достойной представленности в различных сферах общественной жизни, в новом тысячелетии оказываются перед угрозой собственной маргинализации, консервативного ригоризма и эксклюзивизма.
«Особенно удручает современное положение дел. Много ли можно вспомнить крупных мусульманских мыслителей нашего времени?», – пишет лидер российских мусульман, муфтий шейх Равиль Гайнутдин15.
Развивающаяся в последние два десятилетия во многих регионах Российской Федерации система исламского образования в России – будь то в Волго-Уральском регионе, центральной и северо-западной части страны – переживает во многом похожие проблемы, некоторые из которых своими корнями уходят в советское исламское образование16.
Так, по оценкам специалистов, уровень исламского образования на Северном Кавказе, «к сожалению, не отвечает современным вызовам»17.
Да и в целом исламское образование в этом регионе, которое, считает А.А. Ярлыкапов, «продолжает дробиться, что становится очевидным в связи с попытками создания в Дагестане салафитской системы образования»18, сохраняет изолированность от современных мировых тенденций, что затрудняет проведение модернизации исламских образовательных учреждений и реформирование исламского образования в Северо-Кавказском регионе.
Исламская образовательная система в России, проблемами которой с начала нулевых годов озаботилась государственная власть19, получила новый импульс к развитию и интеграции в российское образовательное пространство по инициативе Владимира Путина сразу после его встречи в Уфе 22 октября 2013 г. с муфтиями духовных управлений мусульман страны. В условиях острых вызовов и угроз, когда некоторые политические силы, говоря словами национального лидера, «используют ислам… в целях ослабления нашего государства, для создания на российской территории зон управляемых извне конфликтов, внесения раскола между различными этническими группами, внутри самой мусульманской общины, для разжигания в регионах сепаратистских настроений»20, вопросы религиозной безопасности общества, модернизации всей системы подготовки кадров исламского вероисповедания для служения в духовных управлениях мусульман России, приобретают чрезвычайную важность.
Сегодня ислам в России на самом высоком государственном уровне признается важным культурообразующим фактором. В уфимской речи, которая была произнесена президентом 22 октября 2013 г. на торжественном собрании, посвященном 225-летию Центрального Духовного управления мусульман России, об исламе – религии и социокультурной реальности – говорилось, что это «яркий элемент российского культурного кода, неотъемлемая, органичная часть российской истории»21.
Соответственно, любые угрожающие действия против российского мусульманства одновременно направлены и против духовного суверенитета страны, национальной и духовной идентичности России и многоконфессионального общества в целом.
Не случайно Путин, когда говорит об опасности активизации работы с верующими мусульманами со стороны неформальных исламских лидеров, представляющих чуждые России богословские школы, радикальные экстремистские идеи и интерпретации, недвусмысленно подчеркивает, что эти псевдопроповедники через подрыв позиций традиционного ислама в нашей стране стремятся добиться в конечном итоге разрушения сложившегося единства россиян и распада самостоятельного независимого государства.
Обсуждая в Уфе актуальные проблемы взаимодействия государства и мусульманских религиозных организаций, президент выдвинул задачу добиться подъема авторитета мусульманского духовенства страны, воссоздания собственной исламской богословской школы, которая снискала бы широкую поддержку и уважение мусульманских ученых мира, могла бы успешно противостоять новым вызовам, содействовать укреплению суверенитета российского духовного пространства. Для этого, как подчеркнул глава государства, российский ислам располагает всеми возможностями.
Сильнейшим подспорьем в этом должен стать накопленный веками опыт в системе религиозного образования в России и богатейшее наследие отечественных богословов. Золотой фонд отечественной мусульманской мысли составляют просветительские труды Ш. Марджани (1818–1889)22, З. Расулева (1835–1917)23, Г. Баруди (1857–1921)24, глубокие религиозно-философские Р. Фахретдинова (1859–1936)25, М. Бигиева (1875–1949)26, а также крупные работы имамов и мусульманских ученых современного периода – В.М. Якупова (1963–2012)27, Т.К. Ибрагима28 и др.29
Призыв к сохранению, развитию и популяризации мусульманского богословского наследия был высказан практически на всех значимых экспертных площадках, состоявшихся с декабря 2014 по декабрь 2015 г. в различных субъектах Российской Федерации: в рамках X Международного мусульманского форума (10–12 декабря 2014 г., г. Москва)30, на международных научных конференциях «Бигиевские чтения» (17–20 мая 2015 г., г. Санкт-Петербург), «Мусульманская богословская мысль: национальные, региональные и цивилизационные измерения» (8 октября 2015 г., г. Болгар, Республика Татарстан), «Исламское образование в Крыму: исторические вехи и пути возрождения» (10–12 октября 2015 г., г. Ялта), «Идеалы и ценности ислама в образовательном пространстве XXI века» (22–23 октября 2015 г., г. Уфа), на теологической научно-образовательной конференции имени Галимджана Баруди «Коранический гуманизм как фундамент мусульманского образования» (29–31 октября 2015 г., г. Москва), а также конференциях «Вера, этнос, нация в эпоху кризисов и перемен» (4–6 ноября 2015 г., г. Москва)31 и «Ислам в мультикультурном мире» (5–6 ноября, г. Казань) и др.
Одним из важных направлений ныне воссоздаваемой школы должна стать реакция российских религиозных деятелей мусульманского вероисповедания на самые актуальные события в стране и мире в целом, которая содержала бы ясные нравственные оценки как благих деяний, так и действий, имеющих деструктивный, экстремистский, преступный характер. Другим приоритетом исламских духовных лидеров должна стать публичная деятельность самих мусульманских организаций, направленная на выработку «положительного образа традиционного ислама как важной духовной составляющей общероссийской идентичности»32.
Российское руководство придает этому огромное внимание, учитывая значимость воспитания молодого поколения, особенно российской мусульманской молодежи. Важно, чтобы формирование еще неокрепшей мусульманской личности основывалось на традиционных исламских ценностях, а не на чуждых мировоззренческих установках, далеких от подлинного ислама. Как заявил В.В. Путин на церемонии открытия Московской Соборной мечети 23 сентября 2015 г., «государство будет и впредь помогать воссозданию отечественной мусульманской богословской школы, своей системы религиозного образования»33. Такая помощь со стороны государственных структур, безусловно, необходима, однако нельзя не обратить внимание и на самокритичные оценки руководителей задействованных в реализации этой правительственной программы исламских учебных заведений, которые отмечают, что эффективность основных участников ее реализации к исходу первого десятилетия осуществления «заметно упала, а само развитие системы исламского образования вошло в полосу стагнации»34.