Всего за 180 руб. Купить полную версию
Как представила себя перемазанную в слюнях и соплях, что мне дурно чуть не стало. Поэтому послушалась и сбавила обороты.
– Ты, кстати, по маленькому не хочешь? – Деловито осведомился Сырник, – так я сейчас судно достану, а то вдруг стесняешься при чужих мальчиках.
– Поспорим на ящик «Туборга», что как только выскребусь из этого дерьма, навалю большую кучу прямо на центральной площади на клумбе перед бывшим Обкомом?
– Оооо, нашу ледяную красавицу потянуло на экзотические виды публичной любви! – Муж веселился вовсю, стараясь отвлечь меня от невесёлых размышлений. Тут мне почудилась, что одна нахальная лапа многообещающе так погладила меня, ну вы сами понимаете, где.
– Алё, гараж, прекрати немедленно! Совсем от рук отбился, ирод плешивый!
– Ну, тебя же надо было протереть влажной салфеткой. Кто ещё кроме родного мужа позаботиться о вашем здоровье, сударыня!
Я насупилась, раздумывая, что бы ответить, но так ничего толкового мне в голову и не пришло, поэтому просто поинтересовалась, что нам делать дальше.
– Выполнять квесты и держаться вчетвером вместе. Поодиночке никуда не ходите. И ещё помни, что сын Макса ещё подросток и ему совершенно не обязательно пялиться на твои формы. Если кого найдёте из интегрантов, сразу сообщи мне. Переданная тебе программа позволяет в любое время отправить мне сообщение. – И тут сырник снова мерзко захихикал, правда, весьма оригинальном способом, – нужно только трижды подпрыгнуть на левой ноге и сказать «Чииз»!
– Нет, всё! – Отчаянно решила я. – Вернусь, получишь у меня тройню и будешь сам их нянчить!
– Это что за грязные намёки? А работать ты пойдёшь?
– Ради такой сладкой мести – легко!
– Это как те работы, где ты дольше одного дня испытательного срока не выдерживала?
– Хам! – Разозлилась я и обиженно замолчала.
– Ладно, пойду, картошечки в Макдональдсе поем. На котлету сегодня Максова очередь.
– Хммм? – Озадаченно спросила и стала ждать ответ.
– Дело в том, дорогая, что ваше содержание в милой белой комнате стоит столько, что даже с подработкой денег хватает на одну трапезу в день из гамбургера и двух порций картошки.
– Эхх, а тут такого не подают! – Пожаловалась я. – Хочу домой! Где мои булочки с вишнёвым повидлом и миндальные пирожные с капучино.
– Опять растолстеешь и вынесешь мне мозги нытьём и диетами. Сама в курсе, что на твою комплекцию ни одна диета не повлияет. Как была в теле, так и продолжаешь молодых ординаторов смущать.
– Это что? Они на меня голую пялятся! Извращенцы поганые! – Тут же выдала вердикт.
– Они ещё тебя лапают и мучают всякими обёртываниями, уколами и кормлением через трубочку. – Позлорадствовал муж и ласково погладил моё тело по коленке.
– Ох, как же мне хочется им вмазать моим половником промеж глаз! Прямо руки зудят!
– Тише, тише! Тебя нельзя так дёргаться, а то капельницы повыдёргиваешь! Ладно, спи давай, а я пойду кушать.
– Мне кусочек принеси! – Тоскливо проныла вдогонку. – Ты же не сможешь слопать всё в одну харю, тебе совестно станет. Вот будешь есть мою любимую картошечку с золотистой корочкой, а я буду у тебя перед глазами живым укором стоять!
– Рождённый лежать, стоять не может! – Сырник отключился, ничего больше добавив.
Сырник с Максом, лениво переговариваясь, без энтузиазма поедали опостылевшую картошку фри с гамбургером в ближайшем от работы «Макдональдсе». Настроение у обоих было, как говорится «ниже плинтуса». У мужа Миланы к тому же уже голова пухла от поиска алгоритмов, которые позволят попавшей в беду четвёрки избежать жерновов госпожи Аллинари и благополучно вернуться в реал. Увы, решение, он чувствовал, было где-то совсем рядом, но в руки даваться никак не желало. Его бывший сокурсник и верный друг никак не мог себя простить, что не уследил за Деном. Беседа скоро оборвалась сама собой, точно нитка, перекушенная острыми кошачьими зубками.
Тут в забегаловку зашёл респектабельный мужчина в дорогущем костюме с благородной проседью в чёрных ухоженных волосах. Пятеро мужчин, судя по манере поведения, были не иначе, как личными телохранителями далеко не бедного человека. Карие глаза с хитрым прищуром лениво обежали залу, и незнакомец целенаправленно затопал к столику, за которым расположился муж Ланы и его уставший от попыток заработать денег на поддержание жизни в теле старшего сына товарищ.
– Добрый день, господа. Меня зовут Семён Антонович Гершман. Специально прилетел из Таганрога, чтобы переговорить с вами по поводу весьма щекотливого и личного дела – Голос был уставшим и надтреснутым. – Я прошу уделить мне время для серьёзного разговора. Уверен, что вместе мы разрешим наши проблемы, возникшие из-за игрового проекта «Ведьмы Аллинари», намного быстрее и безболезненнее.
– Присаживайтесь, уважаемый Семён Антонович.
– Благодарю вас, Сергей Николаевич, но это место мало подходит для столь серьёзного разговора. У меня заказан личный кабинет в элитном кафе «Три шкварки». Это совсем не далеко.
Сырник несколько минут соображал, почему лицо этого бизнесмена так ему знакомо, а потом вспомнил, что это «Колбасный Король», приятель ещё со школьной скамьи отца Ланкиной подруги – Марии.
– Извольте. Я вспомнил, где мы с вами несколько раз виделись: в доме подруги моей жены.
– Да, точно. Простите мою забывчивость, но запамятовал.
– Ничего страшного, в покер я с вами ни разу не садился играть. Терпеть не могу карты. Давайте не будем терять времени даром, раз дело такое срочное и важное. – Сырник никогда не терпел долгих экивоков и расшаркиваний, предпочитая сухие факты витиеватым речам в стиле «хождение за Три моря».