Уметь надо! Ты все равно не поймёшь. Рассказывать только время тратить.
Не очень-то и хотелось! обиделась Лиза. Вот спроси у меня чего-нибудь так же отвечу.
Дупель! А откуда ты в нашей деревне взялся? Где до нас жил? не выдержала Анна и задала вопрос, очень интриговавший всех присутствующих.
Да если бы я сам знал откуда! В себя пришел, то есть стал себя осознавать, когда находился в лесу, метрах в ста двухстах от дороги в Болотницу. Что со мной было до этого совершенно ничего не помню.
Как твое имя помнишь, что знахарь тоже, читать, писать умеешь, даже рыбу ловить можешь! А откуда пришел и где был до этого нет, встряла Лиза. Скажи уж лучше, что говорить не хочешь!
А документы у тебя есть? поинтересовался Сергей.
Нет у меня никаких документов: ни паспорта, ни каких-либо справок. Даже не знаю: Дупель это имя мое или фамилия.
Как же ты без документов жить собираешься? У нас ведь как: «Без бумажки ты букашка, а с бумажной человек!» сказала Анна. Вот приедет Иван Васильевич, это наш участковый, что ты ему объяснять станешь?
Не знаю К тому времени, как он придет, что-нибудь придумаю: «Буду решать проблемы по мере их поступления!»
Человек ты, Дупель, не простой: во как выражаешься, включился в разговор Сергей. Участковый, скорее всего, только весной появится. Вот к тому времени и готовься. А пока я тебе без документов никуда отсюда уходить не советую: попадёшь ты как бомж в кутузку или того хуже в психушку, будут тебе там усиленно «память возвращать», да так, что и последнюю потеряешь.
А что делать? Денег ни копейки нет, зимней одежды тоже, одной рыбой не проживешь. Тем более, что Ниша вскоре встанет, а зимой я рыбу ловить не пробовал.
Деньги ты, думаю, заработаешь: в этих краях врачей нет к ним в райцентр ехать надо. А там очереди жуткие, да и врачей не хватает. Узнают в соседних деревнях, что ты знахарь, да умелый, от пациентов отбоя не будет! Да и я с тобой рассчитаюсь: все деньги, что у меня с собой есть, отдам пять тысяч, да еще в ноги поклонюсь за лечение! Кстати, ты в моем доме можешь жить. Я тебе доверенность оставлю, чтобы никто не привязался. От руки напишу. А весной, в апреле, сюда вернусь. Тогда и решим, что делать будешь. Да и моими зимними вещами можешь пользоваться: вроде мы одной комплекции.
Да и я за лечение рассчитаюсь, добавила Лиза, деньги у меня есть: и пенсия, и дочка оставила на зиму.
Я тоже! сказала Анна. Впереди зима, еще не раз мы к тебе обратимся. И кормиться втроём дешевле будет. Ты за продуктами к дороге в райцентр ходить будешь: там автолавка два раза в неделю останавливается, даже зимой. А то ноги у нас с Лизой плохо ходят!
Ну, бабки, вы даёте: уже расписали, чем я заниматься буду. А меня спросили?
Дупель! Неужто откажешься? Мы тебе делаем хорошее предложение по решению твоих проблем до весны, добавила Лиза. А потом уж сам думать будешь! К тому времени, может быть, голова поправится, что-нибудь вспомнишь. Если про голову не соврал, конечно.
Спасибо, бабоньки! Да и тебе, Сергей, спасибо. Дайте мне время подумать. Нравится мне ваше предложение. Если соглашусь отработаю, не сомневайтесь. А сейчас пора очередные сеансы лечения проводить. Кто первый?
Начинай уж с меня, раз в моем доме обедать собрались, сказал Сергей. Завтра, если с моей спиной все наладится, после обеда уеду в город. Соседи заждались, наверное.
Я следующая в очереди на лечение, проговорил Анна. А ты, Лиза, пока посуду помой, раз уж я обед готовила.
Завершив лечебные сеансы, Дупель возвратился в дом к Сергею. Мужчины улеглись спать, но не спалось, и они проговорили пол ночи.
Сергей, а много деревень и народу в округе?
Справа и слева от Болотницы по эту сторону Ниши километрах в двух трех находятся две деревни: такие же малолюдные, как и наша. Жители оттуда ходят через Болотницу к дороге, где автолавка останавливается. На той стороне пять деревень, одна за другой. Тоже жителей мало. На нашу сторону летом на лодках переправляются, а зимой по льду ходят. Опять же к автолавке. На ней и пенсию раз в месяц почтальон привозит. Этот день всем известен, так что народу у автолавки много собирается. А всего в округе не более пятидесяти человек наберется: одни старики. Молодежи нет.
Расскажи мне, Сергей, чем ты занимаешься?
Пенсионер уже два года. По льготе на пять лет раньше на пенсию вышел: на химкомбинате работал. Инженером химиком. Пятьдесят семь лет. Холост. Живу один. Этот дом в Болотнице мне от приятеля достался: здесь раньше его родители жили. Вот и ездил сюда постоянно в отпуск на месяц каждый год. А сейчас с апреля по октябрь здесь живу.
Помолчали.
Дупель, я думаю, что ты рассказал не все о своей прошлой жизни. Ни в коем случае не хочу лезть в твои тайны, но у тебя концы с концами не сходятся. Например, все умения, которые ты накапливал всю свою сознательную жизнь, остались при тебе. И в то же время ты ничего не помнишь из того, что произошло с тобой до момента появления в лесу, то есть три дня назад.
На вид тебе за сорок лет. Это немало. Обычно к старости люди прекрасно помнят то, что произошло с ними в детстве, и забывают самые последние свои действия.