Подозреваю, он неустанно открывал в ней множество новых сторон. В прочем, она даже меня смогла удивить.
- Может, того… - выдала Любка, неопределенно мотнув головой.
- Чего того? - разозлилась я.
- По-моему, уважаемая Любовь предлагает по-тихому избавиться от неприятной находки, - с усмешкой сказал Гриша.
- Ты серьезно? - развернулась я к ней.
- Твои мысли? - поинтересовалась она.
- В полицию идти надо, - напомнила я о руке закона, неустанно висящей над нами.
Любка покачала головой, явно поражаясь моей бестолковости и потянула в сторону со словами:
- Отойдем на секунду.
Гриша снова усмехнулся, кажется, вся ситуация казалась ему забавной.
- Василиса, - жарко зашептала Любка, стоило нам уединиться, - если менты начнут копать, то дойдут до моей родословной, уж поверь.
- При чем здесь она?
- При том. Бабуля умоляла меня хранить тайну, что, если менты накопают что-нибудь эдакое?
- Не вижу связи, труп появился только что, а тайна бабушки даже официально уже потеряла актуальность.
- Бабуля на последнем дыхании просила меня молчать, - разозлилась подруга, - наверное, это что-то значит?
- Она просила тебя забыть о письме и о том, что с ним связано, как о страшном сне.
- Забудешь тут, когда жизнь сама стала, как страшный сон.
- И что ты предлагаешь? - воззрилась я на нее.
- Ты про бабулю или про труп?
- Про все сразу.
- Не знаю, - приуныла Любка, - чую я, все дело в том письме, найдем его и все поймем.
- Может, проще найти Родиона, раз он в курсе дел?
- И что с ним делать? Каленым утюгом пытать?
- Отличная идея, - сказала я серьезно, а Любка уставилась на меня с подозрением.
- Слишком жестоко, - вздохнула она и направилась к машине, оставив меня с ворохом невысказанных слов в сторону подругиного милосердия.
- Чего надумали? - поинтересовался Гриша, скрестив на груди руки. Любка только зыркнула на него. - Значит, решили избавляться от трупа.
- Сашка где? - проигнорировала его подруга.
- В машине, сидит там с самого начала вашего совещания.
- Чего ты цепляешься? - вызывающе спросила Любка, а Гриша развел руками с самым мирным лицом.
- Действительно, что такого в том, что две девицы используют тебя в своих махинациях и заставляют избавляться от трупов.
- Нет никаких махинаций.
- Тогда ты можешь поведать, о чем вы постоянно совещаетесь в сторонке?
- Это личное.
- А избавление от трупов, значит, общественное? Мне бы хотелось знать, во что я уже вляпался и какие неприятности наживаю прямо сейчас.
- Тебя никто не просит помогать, - бросила подруга.
Он усмехнулся:
- Если так, то позвольте умыть руки. Дорогие дамы, было приятно общаться с вами, но ситуация вышла за рамки разумного, потому я предпочту уйти в сторону.
- Бросаешь нас? - разозлилась Любка, - вполне в твоем духе. Ничего, мы сами справимся. Втроем.
Сашка словно только и ждал этих слов.
- Я не буду прятать трупы, - заявил он, выскакивая из машины.
Любка возмущенно набрала в грудь воздух, после чего высказала свое мнение, присовокупив к нему несколько ругательств и закончив пожеланиями провалиться сквозь землю.
Я отмалчивалась в стороне, хотя и считала, что дорогая подруга выбрала неверный тон. Влезать я не решилась, махнув на происходящее рукой. Гриша выслушал ее, после чего сделал ручкой.
- Приятного пути, девчонки, успехов вам.
Он зашагал по дороге и скрылся за поворотом, ни разу не оглянувшись, хотя мы и пялились ему в спину до последнего момента.
- Какие теперь идеи? - повернулась я к подруге.
- Вот ведь мерзавец, - покачала головой Любка и набросилась на Сашку, который хоть и отказался участвовать в деле, но уйти не решился, - ты тоже хорош! Не будет он прятать труп!
Я решила вмешаться и объяснить Любови, что Сашка наша последняя мужская опора, потому стоит проявить мягкость, но он вклинился впереди меня, категорично заявив:
- А я и не буду.
Любка не нашлась, что сказать, постояла с открытым ртом, а потом махнула рукой.
- Чего остался тогда? - спросила все-таки.
Он замялся, и мялся полминуты, мучительно размышляя. Потом сказал:
- Ладно, поехали.
- Куда? - не поняла подруга.
- Труп прятать.
- А куда его, собственно, прятать? - озадачилась Любка, а мы вместе с ней.
- Можно закопать, - выдвинул идею Сашка, - только лопаты нет.
- Я в лес ни за что не пойду, - категорично заявила подруга.
- Река рядом, - помявшись, сказала я.
- Предлагаешь его утопить?
- Я предлагаю его ментам сдать.
- Поехали топить, - мучительно кивнула Любка, захлопывая багажник и направляясь к водительскому сиденью.
- А с Гришей что? - поинтересовалась я, когда мы тронулись. Любка досадливо вздохнула.
- Подберем по дороге этого негодника. И только в благодарность за былые заслуги.
Мы проехали поворот, но Гришу не увидели, через некоторое время оказались у развилки: наша дорога шла вперед, а направо был проржавевший указатель с названием очередной деревеньки.
- Он, наверное, туда пошел, - предположила я, - решил заночевать в деревне, а завтра ехать.
- Возможно, - согласилась Любка, - и что нам теперь, за ним отправляться?
Я пожала плечами, Любка немного подумала и поехала прямо.
- Сам выберется, немаленький, - прокомментировала она свой поступок, - в конце концов, мы пытались.
Вскоре мы выехали к реке. Места были безлюдные, течение быстрым, и Любка приняла это за хороший знак. Я ее устыдила, после чего мы занялись делом. Любка открыла багажник, и мы с некоторым страхом уставились на бледное тело. Сашка попялился с полминуты и вдруг заявил:
- Что-то мне его лицо знакомым кажется.
Мы с подругой одновременно уставились на него.
- Вы знакомы? - спросила я.
- Нет, - покачал он головой, - но мне кажется, я его недавно где-то видел.
- В Марьино?
- Может, и в Марьино. Не знаю я, просто лицо знакомо.
- Да ты определись уже, - разозлилась Любка, - знаешь или нет?
- Не дави, - одернула я подругу и обратилась к Сашке, - попробуй вспомнить.
Он старательно думал, но так ничего и не надумал.
- И что теперь делать? - поинтересовалась Люба.
- Так а чего? - нахмурился Сашка, - я его лицо уже никогда не забуду, так что если вспомню, то скажу.
- Тогда не будем затягивать, - кивнула Любка, и мы приступили к делу. Втроем вытащили мужчину из багажника и дотащили до склона. Там на счет три скинули его в воду и некоторое время наблюдали, как тело плывет по течению. Когда оно скрыло из виду, мы бойко потрусили к машине, осмотрели багажник на предмет пятен крови, и после расселись.
- Был человек, и нет человека, - вздохнул Сашка, но его слова остались без комментариев.
Почти всю дорогу мы ехали молча, я сменила Любку, меня сменил Сашка. Ехали с редкими остановками возле придорожных ларьков. Слава Богу, гаишники нас не тормозили, дорога была пустая, и на второй день в районе четырех часов утра мы въехали в Марьино. Обессиленные, мы ввалились в дом, изрядно напугав Сашкину бабушку.
- Где тебя носило? - принялась она отчитывать внука, правда, в голосе сквозило облегчение, - я тебе звоню, родители звонят, а ты недоступен. Уехал, и поминай, как звали!
- Бабуля, - Сашка раздевался прямо на ходу, - я так устал, ты даже не представляешь, давай все вопросы потом. С нами все хорошо.
- Что хорошо? Что хорошо? - не могла она успокоиться, - пропал на неделю, ни слова не сказав, и все хорошо.
Сашка снова пробормотал что-то насчет потом и закрыл дверь, а бабуля зашаркала к себе, к счастью, не обратив на нас внимания. Мы залезли на печь, я повернулась на бок, планируя заснуть, но не тут-то было.
- Вася, - позвала Люба, - ты спишь?
Я молчала, справедливо полагая, что так она от меня отстанет.
- Я же знаю, что не спишь, - продолжила подруга.
- Чего тебе? - спросила я, не поворачиваясь.
- Что-то не спится. Все про того мужика думаю, кто он такой. Что скажешь?
- Скажу, что надо идти к Грише, потому что он в курсе трупа и наших дел. Надо держать парня под присмотром, а то, не ровен час, выкинет что-нибудь. Еще скажу, что опасно разъезжать на машине Родиона, если нас поймают, мало не покажется.
Я повернулась к Любке, но она мирно сопела, положив руку под щеку. Я покачала головой и отвернулась обратно. Некоторое время полежав, поняла, что не могу заснуть, и поднялась. Потихоньку выскользнула во двор, Барон посмотрел на меня, подняв голову, и положил ее обратно на лапы.
- Хороший пес, - сказала я и прошла к машине Родиона, которую мы загнали во двор.