Не дождетесь, буркнул Драко и поспешил ретироваться. В гостиной разгорался жаркий спор старшекурсники увлеклись расчетами.
В гриффиндорской девичьей спальне негромко щебетали две подружки Лаванда Браун и Парвати Патил. Кэтрин Аддерли сидела по-турецки на своей идеально, по линеечке застеленной кровати и что-то внимательно читала.
Аддерли! в комнату с грохотом ворвалась Гермиона Грейнджер. Есть разговор!
Я читаю, ответила та, не поднимая глаз от книги.
Потом дочитаешь, нам нужно поговорить! выпалила Грейнджер и плюхнулась на кровать Аддерли.
Та медленно опустила книгу и смерила однокурсницу таким взглядом, что кто-нибудь с более тонкой душевной организацией немедленно устыдился бы. Увы
Грейнджер, негромко сказала Аддерли, и Браун с Патил притихли. Я не знаю, где ты воспитывалась, но, по-моему, без приглашения садиться на чужую кровать по меньшей мере невежливо. Пожалуйста, встань и поправь покрывало. Меня нервируют складки.
Та задохнулась от негодования, но все же поднялась и кое-как расправила покрывало.
Да, девочки, произнесла Аддерли, снова углубляясь в книгу, моя вина: я забыла озвучить вам правило номер один. Моя кровать это мое личное пространство. На нее нельзя падать, бросать вещи и так далее. Увижу на своей постели чужие колготки, расчески и прочее выкину в окно. В лучшем случае.
А правило номер два? спросила любопытная Патил.
Не отвлекать меня, когда я читаю.
Кэт, но мне нужно с тобой поговорить! Грейнджер устроилась на своей кровати и смотрела на Аддерли с укоризной.
Правило номер три: называть меня Кэт или Кэти имеют право только родители. Для всех остальных я Кэтрин. Или Аддерли, как угодно. А теперь дай дочитать главу, Грейнджер. Потом поговорим.
С этими словами она попросту задернула полог, отгородившись от остальных.
Эти слизеринцы ее совершенно испортили, сказала Грейнджер, глядя на двух других девочек.
А по-моему, она с самого начала такая была, пожала плечами Браун. Ты вспомни, она же ни с кем толком не разговаривала. Да или нет, вот и все ответы!
Тем более мы должны поговорить и убедить
Полог раздернулся.
Вот теперь можно и побеседовать, сказала Аддерли, положив заложенный линейкой пухлый том на тумбочку. Что там у тебя, Грейнджер?
Ты даже не учебник читала?! воскликнула та, взглянув на обложку.
Нет. Мой отец считает, что мне нужно ознакомиться с классикой мировой литературы. Я с ним полностью согласна, потянулась Аддерли. Так чего ты хотела?
Ну просто просто ты постоянно ходишь с Малфоем и его компанией, и это ужасно, это недостойно гриффиндорки!
Да ну? усмехнулась та. Где это написано? В каком своде правил?
Но
Пока ты мне не покажешь параграф школьного устава, в котором сказано, что студенты Гриффиндора не имеют права общаться со студентами Слизерина, я буду считать твои слова голословным утверждением, выдала Аддерли. А теперь, девочки, я иду в душ, если очередь еще не занята. Нет? Ну и отлично
Она взяла полотенце, умывальные принадлежности (которые почему-то хранила в запертой тумбочке, а не в ванной комнате, как все остальные) и ушла.
Она ужасная, сказала Патил, надув губы.
И злющая, добавила Браун.
Лучше бы ее распределили на Слизерин! закончила Грейнджер. Пусть бы там и общалась со своим Малфоем!
Они переглянулись и вздохнули. Привычка Аддерли просыпаться в шесть утра (хронометр звякал тихо, но достаточно отчетливо), делать зарядку и принимать холодный душ уже стала притчей во языцех на первом и не только курсе. Сама она объясняла это суровым флотским воспитанием, но, похоже, ей просто нравилось доводить соседок по комнате. Когда она заявила «Скажите спасибо, что я по утрам не пою гимн Британии, как мой отец», все дружно ответили «Спасибо!» и постарались больше не замечать мелких странностей однокурсницы. Кроме одной приятельства со слизеринцами.
Не радует меня это протянула Аддерли, разглядывая потрепанные метлы.
Но это же так здорово! воскликнула Патил.
Не знаю, меня перспектива сидеть верхом на палке как-то не очень воодушевляет.
Попробуешь передумаешь, заверила Браун.
Угу, о сексе то же самое говорят, вздохнула Аддерли, и парочка подружек поперхнулась холодным утренним воздухом.
Ну, и чего вы ждете? сурово спросила мадам Хуч. Протяните руку и скажите «Вверх!»
У Аддерли получилось со второго раза, и она с интересом посмотрела по сторонам. Поттер пялился на метлу с искренним восторгом, у Грейнджер она вообще укатилась, а Малфой уже красовался в обнимку с потрепанным помелом, будто снимался для обложки «Плейбоя».
Дальше последовал краткий инструктаж и непосредственно полет. Он Аддерли не понравился. Было что-то неестественное в том, чтобы сидеть на тонкой палке верхом да еще выполнять какие-то фигуры высшего пилотажа. Это в двадцатом-то веке! Вот Малфой искренне ловил кайф, мечтал взлететь, пока мадам Хуч не приземлила его, фигурально выражаясь, прочитав нотацию о том, что у него, видите ли, посадка неправильная! Можно подумать, она у всех одинаковая Центр тяжести расположен по-разному, да мало ли что еще! Наверно, особенности метлы тоже влияют на это, тем более, это потрепанные школьные швабры, а не что-то там гоночное, о чем мечтал Драко Аддерли перехватила обиженный взгляд Малфоя и ободряюще подмигнула ему. Тот шмыгнул носом, но перестал хмуриться.