Всего за 459 руб. Купить полную версию
Авторы того времени, например ибн Даст, восточный ученый-энциклопедист первой половины X века, писали о традиции языческих погребений славян: «Когда умрет у них кто-либо из знатных, то выкапывают могилу в виде большого дома, кладут его туда и вместе с ним кладут в ту же могилу как одежду его, так и браслеты золотые, которые он носил; далее опускают туда множество съестных припасов, сосуды с напитками и чеканную монету. Наконец кладут в могилу живою и любимую жену покойника. Затем отверстие могилы закладывается, и жена умирает в заключении». Но мы, наверное, так никогда и не узнаем, почему Ольга избежала этой страшной участи.
Месть былинная
Еще Вещий Олег покорил племя древлян, жившее в соседних с Киевом землях. После его смерти утверждать свое право сильного пришлось Игорю Рюриковичу, который вновь обложил их данью. Из года в год князь объезжал подвластные ему территории, собирая зерно, пушнину и деньги. Но осень 945 года стала роковой для Игоря и переломной для Ольги.
В тот год, «возымя дань» у древлян, Рюрикович решил, что подношение было слишком малым. Недолго думая, он повернул коней обратно и вернулся, чтобы собрать дань во второй раз. Древляне же, бывшие племенем вовсе не миролюбивым и мечтавшие скинуть киевское ярмо, терпеть такого бесчинства не стали. Князя схватили, и, как свидетельствует один греческий историк, он «привязан был к двум деревам и разорван на две части». Сыну Игоря, Святославу, в то время было всего три года, и Ольге пришлось взять на себя правление.
К слову, по законам того времени под ее власть переходили все земли, принадлежавшие мужу, и оставались за ней до нового замужества. Женщина с малым ребенком, вдовая и беззащитная, да с таким приданым – какое искушение для древлянского предводителя! И было решено послать к Ольге сватов, двадцать «выборных мужей», со словами: «Мужа твоего мы убили, так как муж твой, как волк, расхищал и грабил нас, а наши князья хорошие, пойди замуж за нашего князя Мала». Послов княгиня приняла и велела сватам прибыть на следующий день к ее терему в ладье посуху. Возрадовались древляне, ведь по обычаю это означало почести, а значит, примет Ольга предложение! Но ошиблись жестоко. Вспомнить бы им, что ладья не только почетной бывает, но и похоронной… За ночь выкопали слуги у княжеского терема глубокую яму, а поутру Ольга велела сбросить туда ладью с древлянами и закопать их живьем.
Кровная месть была в древности делом обычным. Но то, что задумала и, как известно из учебников истории, с блеском выполнила княгиня, было похоже не просто на возмездие, но на политическую акцию. Ольга послала к древлянам своих послов, велев передать: «Если вправду просите меня к себе, то пришлите самых лучших людей, чтобы с великой честью пойти за вашего князя, иначе не пустят меня киевские люди». О судьбе же первого посольства велела никому ничего не говорить. Для вновь прибывших послов Ольга приказала натопить баню, чтобы они могли помыться с дороги. Когда древляне зашли туда, двери заперли, завалили хворостом и сожгли всех заживо.
Храм Святой Софии Премудрости Божией был освящен весной 960 года. Его главной святыней стал крест, который великая княгиня привезла из Византии, ведь крестили ее именем «Елена» в честь святой Елены, по легенде обретшей Животворящий Крест Господень.
Источники XIII века упоминают, что древний византийский крест находился в правой стороне алтаря храма Святой Софии, возведенного Ярославом Мудрым. Но в 1362 году, во время захвата Киева литовским князем Ольгердом, крест святой Ольги был похищен. Его дальнейшая судьба неизвестна.
Помните, как в сказках герою три пары башмаков надо было истоптать, три железных хлеба изгрызть, за три моря сходить? Вот и Ольга решила месть свою совершить троекратно, по-былинному. Снова отправила она людей в древлянскую землю и велела сказать: «Я уж иду к вам; наварите много меду у того города, где убили мужа моего. Я поплачу над его могилой». Придя с малой дружиной, княгиня велела насыпать высокий курган и справлять тризну по супругу. Киевские отроки, сопровождавшие Ольгу, подливали и подливали мед древлянам, пока те совершенно не захмелели. Тогда княгиня приказала дружинникам всех перебить. По словам летописца, в ту ночь было убито пять тысяч древлян.
Месть Ольги древлянам за смерть мужа (гравюра Ф. А. Бруни, 1839)
Наверное, заверши Ольга этим расправу, осталось бы в веках сказание о женщине, беспощадно отплатившей виновным за ее вдовство, и только. Но княгиня недаром не один десяток лет правила вместе с мужем: она приняла решение по-державному дальновидное. На следующий год Ольга велела собрать большую рать, взяла с собой сына и двинулась на древлян. Те сдаваться не собирались, выставили против киевлян свои полки и сопротивлялись отчаянно. Перед одной из битв маленький Святослав метнул копье в древлян. Рука ребенка слаба, он никому не нанес раны, но воины, воодушевленные примером малыша, бросились в бой и сокрушили противника. Оставшиеся в живых древляне бежали, чтобы укрыться в городах. Киевская рать осадила древлянскую столицу Искоростень. Войско стояло все лето, но взять город никак не могло. Тогда Ольга пошла на хитрость, предложив Искоростеню откупиться странной данью: по три воробья и по три голубя от каждого двора. Воинам было велено привязать к птичьим лапам пропитанный серой трут, поджечь его и отпустить пернатых. Те разлетелись по домам, и город запылал разом со всех сторон. Бежавших от огня рубили мечами, оставшихся в живых обратили в рабов, древлянскую землю обложили тяжкой данью.
То было невиданное доселе по жестокости подавление подвластного Киеву племени. Но быть может, княгиня желала показать не только мятежникам, но и собственному окружению, кто теперь сидит на престоле? Пришло ее время править.
«И правила, как сильный и разумный муж»
Ольга показала себя воительницей, решительной и безжалостной. Но редко какая женщина решает посвятить себя битвам, вот и княгине ближе было ведение хозяйства, пусть и такого огромного, как русские земли. Через год после сожжения Искоростеня она собралась в долгий путь.
Планомерно и неторопливо Ольга объезжала свои владения, начав с «полуночных земель» Новгорода. Она вершила суды, определяла «уставы» и «уроки», разъясняя, какую работу или дань и к какому сроку должны выполнять ее подданные. По Днепру и Десне ставили сети для ловли птиц, обустраивали места охоты, организовывали перевозы, и даже сто лет спустя людям были памятны места, где бывала княгиня. Ольга велела построить первые каменные здания на Руси – городской дворец в Киеве и ее собственный загородный терем. Именно она учредила становища и погосты – места встреч, торговли и сбора дани. Но погосты, удаленные от Киева на многие и многие дни пути, были еще и маленькими крепостями, защиту которых обеспечивали воины, форпостами, которые с годами становились административными центрами государства.
Житие повествует, что «управляла княгиня Ольга подвластными ей областями Русской земли не как женщина, но как сильный и разумный муж, твердо держа в своих руках власть и мужественно обороняясь от врагов. И была она для последних страшна, своими же людьми любима, как правительница милостивая и благочестивая». Справедливая в своих решениях, Ольга пресекала произвол, смердам более не надо было прятать от княжеских тиунов свое добро, а то и скрываться самим от участи еще более горькой – веревки, которую накинут на шею и потащат за нее в рабство, на продажу в Царьград.
И. А. Акимов «Крещение княгини Ольги в Константинополе» (1792)
Не посылая дружины в дальние походы, да и вообще отдавая предпочтение дипломатии, а не силе оружия, княгиня постепенно расширяла границы влияния своего государства. Со временем под контролем Киева оказались два важнейших международных торговых пути. Один – сухопутный, «из немцев в хазары» – вел из Волжской Булгарии через киевские земли на Краков и Прагу с Подунавьем. Второй – водный, по рекам Луге и Западному Бугу – открывал путь на Балтику. Судя по археологическим находкам, в частности торговым пломбам, обнаруженным на различных раскопках в окрестностях города Дрогичина (Брестская область, Белоруссия), больше 80 % торгового оборота княжества приходилось именно на этот район.