Он захлопнул дверь и стремительно побежал вниз, перепрыгивая через две ступеньки.
Когда Санчо выбежал на улицу, у подъезда школы стояла машина, а рядом нетерпеливо ходил Па и курил сигару.
- Я тебя жду целых пятнадцать минут! - недовольно сказал Па. - Едем!
- Я... не могу, - сказал Санчо, - я буду играть в... снежки!
- В снежки? Это, конечно, очень важное занятие... Садись в машину!
- Па, но я же обещал товарищам...
- Товарищам... - Па оторвал ото рта сигару и пустил облако дыма. - У нас сегодня гость... с родины, сеньор Крэдо. Я надеюсь, что снег не растает до завтра. - Па посмотрел на часы и заторопился. - Мы и так опаздываем. Запомни: когда приезжает представитель компании, семья должна быть в сборе, должна оказывать уважение... Или ты забыл обычаи нашей страны?
- Но я же обещал...
- Без разговоров в машину! - строго сказал Па, и Санчо нехотя открыл дверку.
Когда машина, скрипнув шинами по снегу, помчалась по мостовой, дверь школы распахнулась и на улицу выбежали ребята.
- Где твой Санчо? - крикнул Рите долговязый Абрикос.
- Где твой Санчо? - закричали ребята. - Куда он делся?
- Он струсил! - крикнул кто-то.
- Позвал играть в снежки, а сам... смылся! - засмеялся Абрикос. Испугался иностранный подданный!
- Нет! - сказала Рита. - Он не боится!
- Где же он тогда? Что-то его не видно! - загалдели ребята. - Может быть, он играет не в снежки, а в прятки? Ищи его, Рита! Тебе водить!
- Ха-ха! Белые камни!
- Он не мог струсить! - крикнула Рита.
Но ребята уже не слушали ее. Они шли гурьбой по тротуару, толкая друг друга, бросаясь снежками, скользя по ледяным дорожкам, которых всегда много возле любой школы.
А Рита стояла на месте. Она ждала своего друга Санчо. Все надеялась, что он придет.
4
Гость с родины, один из владельцев банановой компании, был маленький, толстый и необыкновенно подвижный человек. То ли от полноты, то ли от непрерывного движения ему было все время жарко. И даже в зимний день у него на лбу блестели бисеринки пота. В его поредевших черных волосах, как маленькое розовое озерцо, поблескивала лысина. Время от времени он проводил по ней рукой, словно не терял надежды, что "озерцо" вдруг да зарастет "камышом". Он был веселым человеком, этот сеньор Крэдо с родины, и только глаза его всегда оставались серьезными, сосредоточенными, внимательно изучающими собеседника. Даже когда лицо расплывалось в улыбке, глаза не переставали просверливать, изучать окружающих его людей.
Вся семья сидела за обеденным столом, вся семья была занята мыслью о госте. Казалось, ни Па, ни Ма не чувствуют вкуса блюд и их только интересует - нравится ли гостю, вкусно ли гостю, не горячо ли гостю?
Санчо же не думал о госте. Его мысли занимали ребята, которых он пригласил играть в снежки, а сам ушел. Наверное, они считают его болтуном или, что еще хуже, трусом.
А гость ел, пил, сверлил всех своими глазами-буравчиками и говорил:
- В России любят бананы! Хорошо, что на русских елках растут шишки, а не сочные, золотые плоды. - Тут сеньор Крэдо повернулся всем корпусом к Санчо: - А ты что думаешь на этот счет?
- Не знаю, - сказал Санчо. - Рита любит сок манго.
- Опять Рита! - воскликнул Па.
- Рита? Кто? Кто? Сеньора? Сеньорита? - Гость впился своими буравчиками в Санчо. - Кто она?
- Она сидит со мной на одной парте, - ответил мальчик.
- Ты был у нее дома? Знаком с родителями? Кто ее отец? - Гость буквально забрасывал Санчо вопросами.
- Ее отец испытывает военные самолеты, - с гордостью ответил Санчо. Это интересно! У них в столовой стоит винт, обожженный огнем. Самолет погиб, а летчик остался жив, - сказал Санчо и для убедительности повторил Ритины слова: - "Теперь на боевых машинах винтов нет".
- О! Ты, однако, разбираешься в авиации.