Всего за 349 руб. Купить полную версию
Имя Дюма-отца, автора великих историко-приключенческих романов, известно всему миру. Дюма-сын запомнился читателям как автор нескольких по сей день не сходящих со сцены пьес и романа "Дама с камелиями". И лишь знатоки военной истории помнят имя Дюма-деда - легендарного боевого генерала, человека трудной и яркой судьбы. Какова же была преемственность поколений в этой знаменитой семье? Что объединяло столь разных людей? Об этом и о многом другом повествует Андре Моруа в романе-биографии "Три Дюма".
Подготовлено по изданию ЖЗЛ 1962 года.
Содержание:
ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА 1
Часть первая - ВИЛЛЕ-КОТТРЕ 1
Часть вторая - ЗАВОЕВАНИЕ ПАРИЖА 10
Часть третья - АНТОНИ 15
Часть четвертая - БЛУДНЫЙ ОТЕЦ 28
Часть пятая - ОТ "ТРЕХ МУШКЕТЕРОВ" ДО "ДАМЫ С КАМЕЛИЯМИ" 40
Часть шестая - МОНТЕ-КРИСТО 51
Часть седьмая - ОТЕЦ И СЫН 61
Часть восьмая - ШАГРЕНЕВАЯ КОЖА 74
Часть девятая - БОГ-СЫН 87
Часть десятая - ЗАНАВЕС 98
ТРИ ДЮМА И АНДРЕ МОРУА 107
БИБЛИОГРАФИЯ 110
Иллюстрации 111
Примечания 112
А. Моруа
ТРИ ДЮМА
ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА
Мало есть имен более известных миру, чем имя Дюма-отца. В любой стране читали его книги и продолжают их читать. Поэтому мне нет необходимости оправдывать свой выбор. Изучая жизнь Жорж Санд и Виктора Гюго, я натолкнулся в процессе работы на новые документы, - и мне пришлось добавить к моей галерее романтиков портрет Александра Дюма. Критики поколения Думика - Брюнетьера , признавая в нем человека, наделенного недюжинными природными способностями, отказывали в таланте его произведениям. Прекрасная книга господина Анри Клуара возвратила Дюма его законное место в истории французской литературы.
Его обвиняли в том, что он забавен, плодовит и расточителен. Неужели для писателя лучше быть скучным, бесплодным и скаредным? Рубеж, отделяющий в наши дни литературу серьезную, которую только и удостаивают уважением, от литературы развлекательной, в прежние века не существовал. "Мольер вышел из балагана. - пишет Роже Кайуа, - и без труда перешел от простонародного фарса к придворной комедии. Бальзак обычно публиковал свои романы в газетах, позднее так же будут поступать Диккенс и Достоевский. Гюго на протяжении всей жизни умел завоевывать и сохранять любовь самой широкой аудитории". Гомер был поэтом для всех.
Бальзака, Диккенса или Толстого совершенно заслуженно ставят выше Дюма, и я, со своей стороны, их предпочитаю, но это не мешает мне сохранять горячую любовь к писателю, который был отрадой моей юности и в котором я и поныне люблю силу, жизнерадостность и великодушие. Гюго ставил его в один ряд с лучшими писателями своего времени: "Ты уходишь от нас вслед за Дюма, Ламартином и Мюссе", - писал он в "Надгробии Теофилю Готье". Значит, автор "Отверженных" не считал, что писатель унижает себя, если его читают больше пятисот человек. Прибавим, что у самого Дюма в жизни было не меньше приключений, чем в его романах. А это подлинное наслаждение для биографа.
Некоторым читателям, возможно, покажется странным, что я уделил так много внимания в этой работе Дюма-сыну. "Какой Дюма?" - спрашивал Анри Клуар и отвечал: "Единственный", имея в виду Дюма-отца. Я надеюсь, что мне удастся побудить этого столь справедливого критика пересмотреть свою точку зрения. Жизнь Дюма-сына малоизвестна. Я привлек множество ранее не публиковавшихся документов. Его переписка, гораздо более обширная, чем у Дюма-отца, поможет читателю лучше узнать его. Я надеюсь, она позволит понять, что его пьесы, которые изумляют, а иногда и шокируют зрителя наших дней, отвечали самым глубоким потребностям его души.
На самом деле отец и сын вопреки видимости были очень близки. В обоих была "семейная жилка", унаследованная ими от генерала Дюма. Обоим пришлось с ранних лет бороться против жестокой несправедливости. Дюма-отец много страдал из-за расовых предрассудков, Дюма-сын - из-за незаконного происхождения. Обоим пришлось доказывать себе, что они ничуть не хуже, а даже лучше других. Их любимые герои - Вершители Правосудия: мушкетеры у Дюма-отца, моралисты у Дюма-сына.
У отца "очищение от страстей" достигается путем отказа считаться с реальностью. Его называли хвастуном, вралем, но, по-видимому, он, как и Бальзак, не мог отделить реальное от воображаемого. Судьба отца служила постоянным уроком сыну. Расточительный отец породил бережливого сына, отец легкомысленный - сурового резонера. Дюма-сын решил после бурно проведенной юности перестроить жизнь в соответствии со своими принципами Он потерпел неудачу, и в этом заключается драма его жизни. Дюма-сын разыгрывал в жизни одну из драм Дюма-сына. Я постарался нарисовать точный портрет этого раздираемого противоречиями человека.
Я должен выразить свою признательность множеству лиц. Незнакомые мне люди, узнав, что я пишу книгу о семействе Дюма, любезно прислали мне бесценные документы, ранее не публиковавшиеся. Александр Липпман, внук одного Дюма и правнук другого, разрешил мне ознакомиться с дневником его отца. Г-жа Балашовская-Пети, которой меня представил мой любезный коллега и друг Эмиль Анрио, подарившая в свое время Национальной библиотеке бумаги Дюма-сына, великодушно открыла передо мной свое частное собрание, точно так же как и г-жа Сенкевич, г-жа Руссо, г-жа А. Дюмениль, Франсис Амбриер, г-н Альфандери, г-н Альфред Дюпон, г-жа Прива, г-н Даниэль Тиро, г-н Рауль Симонсон, г-н Жозе Камби и десятки других. Люсьена Жюльен-Каин любезно перевела для меня некоторые тексты, опубликованные в России. Национальная библиотека, библиотека Арсенала и куратор собрания Шпельберх де Ловенжуль оказывали мне всяческую помощь. Архивы Суассона, Лаона и Вилле-Коттре дали мне возможность познакомиться с документами, проливающими свет на военную карьеру генерала Дюма. И, наконец, моя жена, как и обычно, была моим вторым я.
А. М.
Часть первая
ВИЛЛЕ-КОТТРЕ
Послушайтесь моего совета: женитесь на негритянке с Вест-Индских островов. Из них выходят прекрасные жены.
БЕРНАРД ШОУ, "Дом, где разбиваются сердца"
Я собираюсь проследить на судьбе трех поколений последовательные изменения необыкновенного темперамента, родившегося от союза французского дворянина и черной рабыни из Сан-Доминго . Три человека, о жизни которых я расскажу, обладали, хотя и в различной мере и в разных проявлениях, одними и теми же достоинствами: силой, храбростью, рыцарственной самоотверженностью, ненавистью к подлецам и одним и тем же недостатком - тщеславием, порожденным мечтой об отмщении. Но мало знать темперамент человека, чтобы понять его судьбу: темперамент лишь канва, по которой вышивают свои узоры события и воля.
Итак, перед вами мой памятник трем Дюма.