Ценой большой помощи и любви.
— Допускаю. Но были еще другие. Кам Солюсар, например, не следует забывать и вашего собственного отца…
— О чем ты говоришь, Кип? Что вернуться с темной стороны легко, и это оправдывает риск?
Кип пожал плечами:
— Я говорю, что граница между тьмой и светом не столь резка, как вы пытаетесь представить, и определенно она проходит не там, где вы хотите ее расположить. — он сплел пальцы под подбородком, затем в раздумъе помахал ими в воздухе. — Мастер Скайуокер, если кто-то нападет на меня со светомечом, могу ли я защититься своим собственным клинком, чтобы он не снес мне голову? Не будет ли это слишком агрессивно?
— Конечно, можешь.
— А после того, как я отобью удар, могу ли я атаковать? Могу ли я вернуть удар? Если нет, зачем тогда нас, джедаев, обучают технике боя на светомечах? Почему мы не учимся только обороняться и отступать, пока враг не загонит нас в угол и наши руки устанут, пока, наконец, удар не проскользнет сквозь нашу защиту? Мастер Скайуокер, иногда единственная защита — это атака. Вы знаете это, как и все.
— Это правда, Кип. Я знаю.
— Но вы отказываетесь от боя, мастер Скайуокер. Вы блокируете, отражаете, но никогда не возвращаете удар. В то же время клинков, направленных против вас — множество. И вы начинаете проигрывать, мастер Скайуокер. Один упущенный момент! И вот Дешара'кор мертва. Еще один промах в вашей обороне, и Корран Хорн оклеветан как разрушитель Итора и вынужден уединиться. Еще пропущенная атака — и Вурт Скиддер идет следом за Дешере'кор. И вот теперь шквал разрушения, словно миллион клинков, направлен на вас, и дальше гибнут Дорск 82, Сеййерин Итокло и Суилджа Фенн, и кто может сосчитать тех, о ком мы еще не знаем или кто умрет завтра? Когда вы атакуете, мастер Скайуокер?
— Это нелепо! — зазвенел женский голос в метре от Энакинова уха. Это была его сестра Джайна, ее лицо раскраснелось от внутреннего жара. — Может быть, ты не слышал всех новостей, резвясь и играя в героев со своей эскадрильей, Кип. Может, ты почувствовал себя таким важным, что решил, что твой путь — это единственный путь. Пока ты был там, паля из своих пушек, мастер Скайуокер действительно тяжело трудился, чтобы уберечь все от развала.
— Да, и посмотрите, как это у него получилось, — сказал Кип. — Дуро, например. Сколько джедаев там было? Пять? Шесть? И все же ни один из вас — включая мастера Скайуокера — не почуял явной измены в этой ситуации, пока не стало слишком поздно. Почему Сила не вела вас? — он сделал паузу и для выразительности ударил кулаком в ладонь. — Потому что вы действовали как няньки, а не как воины-джедаи! Я слышал, что один из вас даже отказался от использования Силы. — он многозначительно посмотрел на близнеца Джайны, сидевшего с каменным лицом в середине зала.
— Оставь Джесина в покое, — зарычала Джайна.
— По крайней мере твой брат был честен в своем отказе использовать свою мощь, — сказал Кип. — Неправ, но честен, и в конце концов, когда ему пришлось использовать ее, он сделал это. Остальным в этой группе нет извинения за их двуличие. Если спасение галактики от йуужань-вонгов — не достаточно хороший повод пустить в ход нашу истинную мощь, пусть им будет самосохранение!
— Джедаи ради джедаев! — крикнула Окта Рэмис, все еще охваченная новым горем утраты Дешара'кор.
— Я пытаюсь уберечь и галактику, и нас самих, — сказал Люк. — Если мы выиграем битву против йуужань-вонгов ценой использования мощи темной стороны, это не будет победой.
Кип повернул глаза и скрестил руки:
— Я знал, что прийти сюда будет ошибкой, — сказал он. — Каждая секунда, которую я теряю, разговаривая с вами — это торпеда, которую я мог бы выпустить в йуужань-вонгов.