А дальше все будет так хорошо и прекрасно, что просто дух захватывает.
Знаем, проходили… Вы напрягитесь немного, товарищи, и настанет светлое будущее. Вот только напрягаться приходилось каждый раз не тем, кто обещал это будущее, а другим. Обещающие же устраивались на период этих временных трудностей в наиболее на тот момент комфортном месте и с максимальными удобствами, отводя себе роль наблюдающей и направляющей составляющей успеха. Ну и, соответственно, в случае достижения искомой цели, распределителей свалившихся благ. А как же иначе? Быдло – оно и в светлом будущем быдло. Без мудрого управления не поймет, что очутилось в раю.
Я бы еще согласился с данной постановкой вопроса, если бы указующие на выход из тупика шли впереди и с развернутым знаменем. Однако этого почему-то никогда не наблюдалось. Разве только в наше, земное Средневековье, когда правитель бился в первых рядах своего войска или ополчения.
Ну, а позже появились благословляющие крестом, полумесяцем или кодексом строителя коммунизма на тяжкий труд. Эта хорошо пьющая и жрущая когорта словоблудов ни в коей мере не была заинтересована в частой смене руководителя. В первых рядах, знаете ли, очень большой процент потерь… А новая метла, в смысле – хозяин, еще неизвестно, как повернет. Вот и отодвинулось постепенно руководство в стратегически важные тылы на заранее подготовленные позиции. Оттуда руководить и направлять гораздо удобнее. Быдлом-то.
Рядом заворочалась Леда, отрывая меня от ночных мыслей, и сонным голосом спросила:
– Ты собираешься сегодня спать? Или так и будешь терзаться размышлениями о несправедливом устройстве мира?
– Что-то сон меня покинул этой ночью, – я приподнялся на локте и посмотрел на свою любимую. – Не знаю, как дальше поступить.
– А я знаю, – вдруг заявила Леда.
– Да ну?! – удивился я.
– Ты же себе потом места не найдешь, если не попытаешься помочь нашему рыцарю. Даже если он сейчас очутился в положении марионетки.
– Ты так в этом уверена? Я почему-то не испытываю такого всепоглощающего желания попахать во славу здешнего главы города. Тем более что все это напоминает банальную мышеловку.
– Уверена, – категорично заявила Леда. – Дело-то тут не в главе, а в Дейке. Он очутился в таком положении, и не важно, кто его туда загнал.
– Может быть, ты и права, – согласился я. – Хоть все во мне и противится такому развитию событий с плохо прогнозируемым концом, но если я не предложу сейчас своей помощи Дейку, то действительно буду чувствовать себя подлецом.
– Так за чем же дело стало? – Леда подвинулась поближе и обвила меня руками. – Я думаю, он будет рад твоему предложению.
– Меня только одно останавливает, – я с трудом вынырнул из ее желанного, благоухающего плена. – Как я смогу оставить тебя здесь одну…
– А с чего ты решил, что я останусь одна? – промурлыкала Леда, еще теснее прижимаясь ко мне. – И вообще останусь?
– Не понял, – я отодвинулся от Леды.
– А что тут понимать, – улыбнулась она. – Куда ты, туда и я.
– Ну, это резко меняет положение дел, – ее слова окатили меня ушатом холодной воды. – Плевал я и на Дейка, и на его проблемы. Я не могу подвергать тебя риску этого путешествия.
– Можешь, можешь, – Леда была непробиваема. – Все равно нам надо выбираться из этих краев. Я же вижу, они тебя совершенно не устраивают. Поход Дейка – это наш шанс.
– Ну почему? Мы можем просто уйти по Дороге…
– И куда мы попадем? – возразила Леда. – Да даже очутись мы в мире нашей знакомой драконессы, не все там могут оказаться такими же покладистыми, как наша красавица. А если мы случайно попадем в мир, откуда сюда прет вся эта нечисть? Вот тогда я посмотрю, если успею, конечно, как ты оценишь наши шансы.