И теперь кочевники промышляли набегами исподтишка, грабя одиноких путников и мелкие группы торговцев, избегая нападать на большие, богатые и хорошо охраняемые караваны.
Мерк всмотрелся в ущелье, утыкающееся теперь в эту странную полосу, и, не заметив пока ничего опасного, спустился вниз. Там уже вовсю шла подготовка к предполагаемой осаде Сторожевой башни. Кобольды и люди дружно закатывали внутрь заранее подготовленные бочки с водой, заводили на первый этаж брыкающихся лошадей, тащили вязанки дров на второй этаж и на смотровую площадку.
К командиру Сторожевой башни подошел встревоженный хозяин караван-сарая.
– Что случилось, уважаемый Мерк? – обеспокоенно спросил он. – Вы готовитесь к штурму?
Мерк понимающе и с сочувствием поглядел на стоящего перед ним Юсуфа. По слухам, он был откуда-то с юга. То ли что-то не поделил с одним из городов Морского братства, то ли перешел дорогу кочевникам. Юсуф не привык рассказывать о своем прошлом. Но в результате он однажды оказался на здешнем перевале с лошадью, на которой сидела закутанная в чадру женская фигура. Решив отдохнуть, Юсуф разбил в стороне от Сторожевой башни палатку. Только отдых его несколько затянулся. Проходящим караванам требовались постоянно какие-либо услуги. Вот и решил Юсуф задержаться в этих местах. За оставшееся теплое время года он накосил травы в окрестных ущельях и свез готовое сено на своей единственной лошади к палатке. По весне сена у Юсуфа уже не было, но на вырученные деньги, а останавливающиеся на ночевку караванщики хорошо платили за кормежку и уход за лошадьми, он начал строить конюшню и хижину для купцов. Только на третий год, когда были готовы основные помещения, Юсуф пристроил к ним хибару для семьи, до того времени ютившейся в выцветшей и потрепанной палатке. Сейчас у Юсуфа было шесть сыновей, достигших, как он говорил, возраста мужчины, и две прелестные маленькие девочки-двойняшки.
– Вот что я тебе посоветую, Юсуф, – произнес Мерк. – Уходил бы ты отсюда со своими от греха подальше. Неизвестно, что из той штуки вылезет.
– Мне некуда идти, – покачал головой Юсуф. – Все, что я успел сделать, здесь. А внизу меня никто не ждет.
– Так отправь отсюда семью, – посоветовал кобольд.
– Куда? – печально переспросил Юсуф. – У меня не осталось родственников. А у нашего народа такой закон: где глава семьи, там и весь его род. Мой род весь здесь.
– Значит, уходи отсюда всем родом, – у кобольда был очень серьезный вид. – Иначе ты рискуешь лишиться всего.
– Но ты же не уходишь, – возразил хозяин караван-сарая, – хотя тоже рискуешь всем.
– Я солдат, – ответил Мерк. – И послан сюда защищать мир, который за моей спиной.
– Тогда и я останусь на защиту своего мира, – произнес Юсуф.
– Как знаешь, – покачал головой кобольд. – Я тебя предупредил.
К обеду, когда гарнизон приготовился к предполагаемой осаде, вернулась посланная разведка. Вернее, вернулся один кобольд. Второй разведчик из десятка людей стал первой жертвой Дороги.
– Он ступил на полосу и пропал, – кобольд оглядел собравшихся вокруг него солдат.
– А ты что же? – спросил у кобольда Дэнк. – Где ты был в это время?
– Я ничего не успел сделать, – кобольд расстроенно развел руками. – Когда мы подъехали к этой Дороге, Клеро сказал, что попробует перейти ее, а мне посоветовал наблюдать и в случае чего прикрыть…
– Ну и? – Дэнк требовательно посмотрел на кобольда.
– Над Дорогой прошла волна, и он исчез, – кобольд в отчаянии ударил древком топора в землю. – И все! Я даже не успел пошевелиться!
– А что с караваном Кобрина? – вмешался в расспросы Мерк.
– Я сообщил им, что произошло с моим напарником, но Кобрин все равно повел людей вперед. Он сказал, что, может, они пройдут…
– И?..