– Моя родина там, где хорошо моим друзьям и мне, – я улыбнулся. – И ты знаешь, Ян, чем больше мне приходится скитаться, тем больше я убеждаюсь в правоте этих слов.
– Твой друг, видать, мудрый человек, – криво усмехнулся Дейк.
– Да нет, – на этот раз расхохотались мы с Ледой. – В чем, в чем, а в этом качестве он не сильно блистал.
Природа при спуске с возвышенности изменилась кардинальным образом. Заросли, покрывавшие склоны гор, практически полностью состояли из лиственных пород. Хвойные почти не встречались. И в этих местах все еще царствовала золотая осень. Вверху уже начинало вступать в свои права предзимье с его утренними заморозками и пронзительными холодными ветрами. Здесь же солнце ласково согревало наши обветренные и задубевшие лица. А осенний наряд кленов, берез и многочисленных кустарников настраивал на какой-то торжественно-радостный лад.
У каждого человека в соответствии то ли с чертами характера, то ли со складом ума, а может, и с какими-то физиологическими особенностями организма, есть любимое время года, когда, кажется, горы готов свернуть от неожиданного прилива сил и ни болезни, ни годы ничего не могут в это время поделать. Моим временем года как раз и была вот такая сухая и теплая золотая осень с ее пронзительно синими небесами, чуть подернутыми седой дымкой, торжественно, в полной парадной выкладке застывшими деревьями, с легкими, ласковыми порывами несмелого ветерка. Когда в воздухе смешивается запах сухой, чуть щекочущей горло пыли с ароматами готовящейся отправиться в свой первый и последний полет листвы и высохшим под палящим солнцем разнотравьем, а ночью, под низкими, яркими звездами надрывается хор цикад, которому вторят трели древесных лягушек и вскрики ночных совок.
Багрец и золото берез – Коктейль последний угасающего лета, Природа потрясающе одета В осеннем карнавале грез…
И нам предстояло наслаждаться этой благодатью почти неделю. Именно столько времени занимал переход от развилки на Левит до Экона. А впереди нас ждало еще одно местное чудо, которое настоятельно советовал посетить расставшийся с нами купец. Это были знаменитые Горячие ключи, по легендам и рассказам, способные излечить человека почти от любой хворобы.
На второй день пути определился и порядок следования. Впереди обычно двигались я и Леда, за нами трусил немногословный Бейдар – телохранитель Кривого Чико, потом все еще мрачный и задумчивый Дейк, а замыкал наш небольшой отряд Гейдл – соглядатай от партии Лендла.
В навязанных нам волею обстоятельств спутниках мне были не совсем понятны два момента.
Первый – это поведение Бейдара, старавшегося держаться все время недалеко от меня. Когда меня это начало немного напрягать и я попробовал осадить явно перебиравшего разбойника, меня остановила Леда.
– Не надо, Артем, – улыбнулась она, видя мое возмущение. – Бейдар просто старается как можно лучше выполнить свои обязанности телохранителя.
– Ой ли? – усомнился я. – А не ткнет ли этот непрошеный телохранитель, выбрав удобный момент, тебя или меня под лопатку кинжалом?
– Поверь мне – этого не случится никогда, – не поддержала мое сомнение Леда. – Он скорее даст себя убить.
– Ты так уверена?
– А ты разве забыл, что я могу читать мысли? – с лукавым видом искоса посмотрела на меня Леда. – Хочешь, скажу, о чем ты сейчас думаешь?
– Ну, скажи, – я оперся о луку седла и с выжидательным видом уставился на мою спутницу.
Она некоторое время пристально всматривалась в мои глаза, а потом ее лицо залил румянец.
– Как тебе не стыдно, развратник?! – возмущенно заявила она.
– Но ты же сама пожелала прочесть мои мысли, – возразил я. – И разве ты их раньше не знала?
– Нет, – отрицательно затрясла головой Леда.