Всего за 459.9 руб. Купить полную версию
До недавнего времени бытовало заблуждение, что до революции куранты на Спасской башне Кремля играли царский гимн «Боже, царя храни!». На самом деле они вызванивали другую мелодию – «Коль славен наш Господь в Сионе», написанный М.М. Херасковым для ритуальных масонских трапез. На протяжении долгих лет этот духовный гимн являлся духовным гимном российских вольных каменщиков и неофициальным гимном Российской империи.
Вокруг московских масонов XVIII столетия витает немало тайн. Легенды возводят истоки масонства к библейским временам, к строительству храма царя Соломона. Его строители, разделенные степенями посвящения в тайные знания, и явились прообразами «вольных каменщиков».
В масонских легендах основателями масонства в России часто называют Петра I и его соратников Франца Лефорта и Патрика Гордона. Эта версия, однако, не имеет документального подтверждения. Первое достоверное известие о начале масонства в России относится к 1731 году, когда английский гроссмейстер Великой Лондонской ложи лорд Ловель назначил капитана Джона Филипса провинциальным Великим Мастером «для всей России».
Н.И.Новиков. С литографии, сделанной с портрета В.Л. Боровиковского
Новый этап в развитии русского масонства связан с именем Н. И. Новикова. Вместе с Иоганном Шварцом Новиков развернул широкую просветительскую деятельность в Москве, куда сместился центр деятельности русского масонства. По примеру Западной Европы Москва обзавелась тайными ложами, в которых собирались сливки высшего московского общества. Именно здесь, в доме Херасковых, в екатерининские времена происходили тайные масонские собрания, осуществлялись сложные ритуалы посвящения в ложу. Ходили слухи о подземных ходах и тайных комнатах херасковского дворца.
По воспоминаниям современников, избранных гостей на полутемной лестнице встречал таинственный человек в черной маске и приглашал пройти внутрь. Во время заседаний братства вольных каменщиков на всех этажах особняка плотными черными шторами занавешивались окна, чтобы любопытные глаза не смогли заглянуть внутрь.
Согласно ритуалу, прежде чем войти в дом, всякий новопосвящаемый брат оставлял за его порогом все металлические предметы (в том числе и деньги), так как должен был войти сюда нищим и безоружным. К нему подходил человек в кожаном фартуке – запоне (символ созидательного труда), плотно завязывал глаза и долго вел из помещения в помещение. Повязку снимали в особой, обитой черным бархатом комнате, освещенной лишь магической лампой-черепом, символизирующей череп прародителя Адама.
На «шахматном» полу был расстелен черный ковер с нанесенными на нем символами: пеликаном, кормящим птенцов своим телом (картина ассоциировалась с Христом, спасающим человеческий род своей кровью); розой, символизировавшей тайную мудрость; акацией, отождествлявшейся с бессмертием. Особое значение имел цвет. Черный – цвет тайны, белый – истины и чистоты помыслов.
Посвящение в масоны. Со старинных английских гравюр
Масонские запоны
Посреди ковра стоял черный гроб, на крышке которого лежала «мертвая голова» (череп с двумя перекрещивающимися костями); скрещенные циркуль и наугольник, напоминающие о необходимости соизмерять свои поступки. Циркуль изображает Небесный Свод, а угольник – Землю. Земля – место, где человек выполняет свою работу, а Небо – символически связано с местом, где чертит свой план Великий Строитель Вселенной. Взаимное положение циркуля и наугольника имеет для масона большое символическое значение. Важнейшим символ любого масонского храма является Всевидящее Око, или Лучезарная Дельта, напоминающая о том, что у каждого масона есть его собственная масонская звезда, которая светит ему в трудах и направляет в поисках.
В восточной части просторного зала сидел за столом верховный магистр, Досточтимый мастер ложи. Перед ним на алтаре лежали три великих светоча масонства: «Книга священного закона», содержащая планы «Великого Архитектора Вселенной», наугольник и циркуль, и два главных инструмента: молоток – символ земной власти и пламенеющий, то есть с изогнутым лезвием, меч – символ власти духовной.
Вокруг собирались братья по ложе, одетые в черные костюмы (символ свободы и равенства) и белые перчатки (символ чистоты помыслов), фартуки из овечьей шкуры – запоны, которые издревле были знаком чести. Раздавались сакральные слова: смерть, любовь, таинство, добродетель… Кандидата посвящали в члены тайного братства.
В заседаниях ложи участвовали сам Херасков, Тургенев, Черкасский и знаменитый просветитель, писатель Николай Новиков, известный среди московских братьев под розенкрейцерским именем «брат Киновион». В 1792 году Новикова арестовали за то, что он напечатал в своей типографии опальную книгу Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву», кстати, тоже масона. Кружок был разогнан.
После этого М.М. Херасков отошел от дел, купил себе дом неподалеку от реки Яузы, где стал жить безвыездно, разочаровавшись в своих мечтах об улучшении окружающего мира.
Такой запон носили члены Ложи Скорби
Ковер степени мастера. Из собрания Музея религии
Знаки и символы масонства
Гонения на масонов задели М.Хераскова лишь косвенно, однако долго после этого его обходили в чинах и не выпускали из-под постоянного полицейского наблюдения. От преследований его избавило заступничество Державина.
Граф Леон
С 1806 г. владельцем роскошного дворца на Тверской становится масон и «светский лев» – граф Лев Кириллович Разумовский (Леон), племянник знаменитого Алексея Розума, так понравившегося императрице Елизавете, что из простого придворного певчего превратился в графа и первейшего из вельмож. Льва Кирилловича ожидала блестящая карьера. Семнадцати лет от роду он ездил с посольством князя Н.В.Репнина в Константинополь. По возвращении поступил на военную службу в лейб-гвардии Семеновский полк – один из самых блестящих в столице. По словам современников, юный граф был достаточно храбрым воином, сражался под началом самого Суворова, однако нездоровье не позволило Льву Кирилловичу продолжить военную карьеру. В 1796 году он вышел в отставку, некоторое время путешествовал по Европе, а потом осел в Москве.
Сертификат (диплом) мастера-масона. Подобные документы выдавались (и иногда выдаются сейчас) после возвышения члена ложи в 3-ю степень
Водворившись в доме на Тверской, Лев Разумовский или, как обыкновенно звали его в обществе, Le comte Leon [граф Леон], перестроил его по своему вкусу, по последней парижской моде. Тогда же, говорят, на воротах дома и над окнами первых этажей появились изображения львов, намекающих тем самым на имя владельца. Здание сохранило ампирный облик с симметричным фасадом и белокаменным дорическим портиком. Внутри сохранились мраморные колонны, роскошная парадная лестница с коваными решетками и изысканная нарядная лепнина.