Или вы человек принципа и будете стоять до конца? Груз захудалой галеры оцениваете дороже своей жизни?
– Вы не сможете убить безоружного человека, – в принципе правильно оценил мою позицию Медил.
– Зато смогу я! – прорычал Артем, схватив хозяина таверны за грудки. – И постараюсь сделать это как можно болезненней!
Медил шарахнулся от разъяренного Артема ко мне:
– Я согласен! Сколько вы хотите?
Что-что, а просчитывал ситуацию он мгновенно. Я назвал ему полную стоимость товара, добавив:
– Пять минут назад мы согласились бы на половину, но положение коренным образом изменилось.
– Деньги на стол! – рявкнул Артем, продолжая играть роль плохого.
– Сейчас, сейчас! – засуетился Медил. С натугой отодвинув разбитую витрину, он достал откуда-то из углубления тяжелый мешочек и начал отсчитывать золотые монеты. Я вежливо выдернул мешок с золотом у него из рук:
– Не стоит утруждать себя пересчетом, мы вам верим.
– Но там больше, чем мы договорились! – возопил хозяин таверны.
– Это пойдет нам в счет моральной компенсации за причиненные вами неприятности.
Жадность Медила на миг переборола его страх. Он прошипел:
– Далеко вам с этими деньгами все равно не уйти!
– А вот об этом не стоит беспокоиться, уважаемый скупщик краденого, – улыбнулся Артем, наливая вина из уцелевшей бутылки. – Или ты думаешь, мы такие тупые, что не догадались просчитать твою реакцию?
– Заодно подумай, – добавил я, решив охладить напоследок его пыл, – куда делись посланные тобой грабить галеру? И не лучше ли вести сделки честным путем? Это же во сколько для бюджета твоего питейного заведения обошлось маленькое развлечение? – Я подобрал арбалет хозяина и кивнул Артему: – Пошли.
– Может, разберемся с этой мразью окончательно? – с надеждой обратился ко мне мой товарищ.
– Да ладно. – Я посмотрел на съежившегося за стойкой Медила. – Пусть живет.
Осторожно выглянув из дверей таверны, Артем сделал мне знак, что поблизости никого нет, и мы вышли в ночь.
Морис. Борт галеры
Что-то долго Артем с Филом договариваются с местным скупщиком краденого. Или дело идет на лад, или события в таверне начали развиваться не в нашу пользу. Стоящий рядом со мной у борта Шарон вздохнул:
– Не видно ни зги! Ты хоть что-то различаешь в этой темноте?
– Пока никого нет. Но еще немного, и я отправлюсь к ним в таверну.
Шарон еще раз вздохнул. Чувствовалось, что ему неприятно участвовать в таких приключениях. Ну не рожден человек для такого образа жизни. Что тут поделаешь!
Постепенно мои мысли вернулись к недавним событиям. Особенно запоминающимся было наше путешествие через залив, после того как я чуть не отдал душу Создателю при стычке с шайкой Аликпера на горной дороге. Хорошо, подоспел вовремя кобольд. Он повыдергивал из моего тела арбалетные болты и смазал раны какой-то жгучей мазью. Боль была такой, что я провалился в беспамятство. Очнувшись, я увидел рядом моих друзей. К сожалению, я не смог продержаться до их прихода так, как подобает воину. Более того, караванщик теперь настороже, и вызволить Дару станет еще труднее. Для меня самого в тот момент было непонятно, какие раны мучают сильнее – физические или душевные. Пожалуй, и тогда, и сейчас мысль о моем несвоевременном вмешательстве, после которого мы уже не смогли догнать Аликпера, жгла сильнее любого арбалетного болта.
Двигаться самостоятельно я все еще не мог, хотя чувствовал, что процесс регенерации организма идет полным ходом. Пришлось отправляться на галеру, чтобы никого не задерживать. Лучше бы я остался отлеживаться где-нибудь на берегу…
Мне, наверное, до конца жизни будет сниться в кошмарных снах этот ужасный шторм. Мои друзья тоже были уже согласны добираться до города пешком, но по твердой почве.