– Что же ты, умный, не сидишь дома, а разъезжаешь по проселкам? Да еще комаров и слепней кормишь?
– У меня есть умные подчиненные, но если я им дам волю, то рано или поздно у кого-нибудь из них возникнет мысль: зачем им кормить еще одного умного? Можно его и в сторону отодвинуть. Вот и приходится мотаться по дорогам ради собственного спокойствия.
– Боишься, значит, своих помощников? Да, кстати, что-то я не вижу твоего Ахмеда. Неужели до рудника такая длинная дорога?
– За бывшего мужа беспокоишься? – Он наклонился ко мне, дыхнув винным перегаром. – Теперь он в руках Создателя и горных духов. Пусть они о нем беспокоятся. А ты лучше подумай о том, что у тебя скоро появится новый хозяин, которого ты будешь ублажать. А Ахмед… Ну задержался немного, запил, наверное, в таверне на пристани. Деньги за твоего муженька и его товарищей неплохие должны были на руднике отстегнуть.
Вот тут я уже не слышала моего похитителя. У меня вспыхнула безумная мысль, что ребята с помощью Мориса как-то сумели выпутаться и сейчас догоняют караван.
– А не думаешь, жирная морда, что твой Ахмед не просто так задержался? Вижу по глазам, что думаешь и боишься. Поэтому и выпытывать пришел о нашем путешествии. Так вот знай, все рассказанное тебе – правда. Также правда и то, что это лишь десятая часть пройденного нами. Я тебе советую по нужде одному без телохранителей далеко не отходить. Ненароком может так получиться, что в гарем, который ты с таким вкусом описываешь, придется самому евнухом поступать. Муж у меня злопамятный.
– Нет у тебя мужа! – вскочил караванщик. – Был и весь вышел! С этого рудника на свободу отпускают только вперед ногами. Ахмед нас завтра догонит. Я тебе его лично представлю и деньги покажу, которые мы выручили от продажи.
– Что же ты так сильно разволновался? Переживаешь за пропиваемую Ахмедом выручку? Не бойся, этот доход был незапланированный. Как пришли деньги, так и уйдут. Если пришли…
– Ну-ну, – неожиданно успокоился Аликпер. – Веришь в сказку? Учти, в нашем мире сказок не бывает. Особенно в тех делах, которые я веду. Давай лучше поговорим о пиратах Архипелага. Как ты уже знаешь, они очень ценят северянок. Не часто блондинки попадают на острова. У нас на побережье больше все смугленькие проживают. Поэтому я и берегу тебя. Ты сейчас наиболее ценный товар в моем караване.
– Может, ты уже евнух? Нормальный мужчина никогда не будет пускать слюни по поводу чужих гаремов, а заведет свой. Придется мне попросить друзей выдумать тебе другое наказание, раз с мужским достоинством у тебя туго.
Я сознательно провоцировала караванщика. Гневающиеся люди в гневе, в запале часто выбалтывают то, что в нормальных условиях никогда бы не сказали. Или прекращают общение. Для меня подходил любой вариант. Уж больно достал меня своими разговорами этот работорговец. По словам Алекса, достаточно долго пробывшего на юге в своем мире, жители этих мест очень трепетно относятся ко всему связанному с их сексуальными возможностями. У Алекса на этот счет была своя теория. Муж считал, что такой перекос связан с излишками солнечной энергии, которую мы недополучаем на севере. Причем гипертрофированная сексуальность характерна для всех живущих на южных широтах независимо от национальности. Дети переехавшего на юг северянина будут также созревать в половом отношении намного раньше, чем на севере, и часто могут быть зациклены на всем, что связано с сексом.
Расчет мой оказался верным. Караванщик побагровел, даже пошел какими-то фиолетовыми пятнами от злости, но маячившая впереди возможная выгода пересилила гнев.
– Тебе повезло, что ты слишком дорого стоишь, – прошипел он.