Да что же со мной такое, мне судьба подарила второй шанс, новую жизнь в молодом здоровом теле. Да еще и способности такие, что многие герои Марвела тихо скулили бы в сторонке от зависти. Тот же Квай-Гон меч бы свой отдал за мои нынешние возможности, а я тут плесень и сырость развожу. Дело, видимо, в том, что я был счастлив там, в той жизни, любимая работа, дети, хобби одно на двоих с женой, мне плохо, потому что потерянное не стоит ни молодости, ни способностей. Счастье оно такое Потерянное
Возвращаясь к моему нынешнему телу. Да оно юное, хрупкое и мелкое, но вот проекция Переходя в Излом-состояние, я выгляжу так, как в последнюю секунду жизни, с той одеждой и вещами, что были на мне в тот момент, за одним исключением. В примерочную я тогда не взял свои рабочее клинки, планировал ими экипироваться уже непосредственно перед вечеринкой, а здесь они есть. За поясом торчат две рукоятки: одна знакомая, от моей любимой реплики Колады Эль Сид, а вот вторая, к ней я никак не привыкну пока Вот совсем никак, потому как не привычная дага заткнута за пояс, а японский вакидзаси, наследие от Изао, его духовный клинок. А точнее, как говорят клерикалы проекция духовного оружия, потому как с точки зрения церкви проекция это не дух, а Излом не Прорыв духовного измерения в мир реальный. И ладно бы только христианская церковь так утверждала, но нет, все религиозные лидеры в этом отношении единодушны. А с учетом того, что главой каждой из религий этого мира является сенс уровня Творящий, то сомневаться в их словах не приходится, знают, о чем судят.
Впрочем, они и не возражают против того названия, которое общество и СМИ налепили людям со способностями, схожими с моими Рыцари Излома. Пафос и еще раз пафос, с другой стороны, я точно знаю, что в данном случае этот пафос оправдан, да и обычным людям так легче. Они куда как спокойнее себя чувствуют, когда при Прорыве их защищают именно рыцари, психология масс, так её в качель. Да какие из этих мальчишек и девчонок рыцари?! Ни одного и ни одной старше девятнадцати, дети по сути, что бы кто не говорил. Впрочем, в отличие от всего остального мира, они это понимают и не зовут себя так.
Если задуматься, то по факту жизненного опыта я старше любого иного рейга более чем вдвое. Да, они называют себя рейгами, и я знаю почему
Так! Хватит. Меньше мыслей Излом коварен. Стоит на чем-то сосредоточиться, и вскоре исключительно это для тебя и остается важным. Надо отучаться думать на посторонние темы, когда ты проекция. Только это кажется простым, выйти из-под наваждения Излома. На деле же я еще не настолько привык находиться в состоянии проекции, чтобы сбрасывать эту зацикленность одним желанием или волевым усилием. Впрочем, есть куда более простой выход.
Выбрав место, свободное от мусора, в один прыжок достиг его и, восстановив равновесие, изменил себя. Мгновение и я снова человек. Подобное изменение впервые применяю вне дома, да и то только потому, что точно знаю, в этом ангаре нет ни одной видеокамеры или иной системы слежения, это проверено мной уже давно.
После обратного перехода из Излома в физический мир всегда накатывают два совершенно разных чувства. Первое, это потеря, ты только что был почти суперменом, а сейчас просто человек. Второе, обратное по наполнению: неземное облегчение, осознание того, что ты существуешь, а не плод чьего-то больного воображения. Нужно дышать, а по твоим венам течет реальная кровь непередаваемое ощущение жизни.
Из-за тусклого освещения в ангаре, а также из-за того, что моё лицо закрывает тонированное небьющееся стекло, на миг чувствую себя полным слепцом. Захотелось поднять забрало мотошлема и развеять это чувство, но я себя пересилил. Пусть здесь нет камер, и никто не заметит меня даже случайно, но однажды разработанные правила конспирации нарушать я не собирался. Помимо скрывающего лицо шлема мое тело защищено «черепахой», полноценной броней для любителей гонок по пересеченной местности, со стертыми надписями, позволяющими её хоть как-то идентифицировать. Своеобразное наследство буйной молодости матери Изао, так кстати найденное мной в одном из многочисленных сундуков, оставленных той в квартире после отъезда. И пусть без мотоцикла рядом такой наряд покажется странным случайному наблюдателю, зато узнать в нем юношу по имени Изао не получится ни у кого. И это очень хорошо, потому как давать кому-то даже малейший намек на то, что Изао Вальян рейг, в мои планы совершенно не входит. По проекции меня точно никто не вычислит, так как пусть моё лицо ничем не скрыто в Изломе, но это лицо того меня, который умер в другом мире, и его никак не связать с Изао.
В который раз ловлю себя на том, что так и не привык, что Изао Вальян это теперь я и есть, все время в третьем лице думаю. К психиатру бы сходить, пусть исправит, но сам понимаю, такую проблему подобным образом не решить, а излечить может только время. Да, и даже если бы психология могла помочь в моем затруднении, разумеется, я бы все равно никуда не пошел лечиться. Появление несколько месяцев назад в этом мире эффекта Прорыва и, соответственно, рейгов в корне меняет давно сложившейся баланс сил. Каждый Рыцарь Излома потенциальная опасность для находящихся на вершине социальной лестницы. Потому как здесь во многом правит культ силы, только немного отретушированный законами и негласными общественными договорами, а рейги Нас убить трудно, очень трудно, а в Изломе вообще невозможно для тех сил, что правят бал в этом мире. А вот рейг рейг может убить любого, бесшумно незаметно неостановимо разрубив своим клинком. Уничтожив не тело, а саму суть человека, его душу. И нет от этого защиты и не спрятаться от создания, способного не только двигаться со скоростью гоночного болида, но и проходить сквозь стены и любые иные физические препятствия. К тому же абсолютно не видимого и неощущаемого, ибо за гранью Излома может что-то видеть только тот, кто сам рейг.