Всего за 249 руб. Купить полную версию
Больше почтен будет тот, кто мир презрел, чем тот, кто последовал его коварству и лживым обещаниям. Лучше тебе будет в оный день, если ты покаялся во грехах, нежели когда в сию кратковременную жизнь угождал своим плотским желаниям и потом ввержен будешь во огонь гееннский. Рассмотри самого себя и изочти: сколь много угождал ты миру и сколь мало употребил ты сей жизни, дарованной тебе Богом, на служение Ему? Куда ты потратил столько лет, которые протекли без всякого плода? Какую корысть получил ты за то время, в которое служил миру? Прошедшее время невозвратно, дни твоей жизни протекли без всякого благоразумия, и приблизилась внезапно смерть: что имеешь ты от дел твоих? В друзьях не нашел ты верности; от тех, коим ты много благодетельствовал, чувствуешь неблагодарность и во всех людях находишь столь много лжи и лицемерия. Размысли же ныне, как погубил ты все, что ни сделал. Это малое познание человеческой природы и все прочее, на что раздаются твои жалобы, беспрестанно вопиют тебе, что ты должен был Единого Бога любить и почитать.
Для твоей же пользы и самый мир по попущению Божию ненавидит тебя, чтобы ты к Богу Единому обращался. Если не служишь Единому Господу Иисусу Христу, то напрасно лишь тратишь все труды свои. Только то время, которое ты употребляешь на служение Богу, приносит тебе пользу, а все прочее суетно и погибельно. Если ты внимательно рассмотришь человеческую неблагодарность и размыслишь, что большую часть жизни ты истратил на суетные услуги людям, то как не будешь сокрушаться сердцем о времени, бесполезно потраченном? И после этого неужели не приложишь старания послужить своему Творцу? О, когда бы то, что остается делать при конце твоей жизни, без возврата прошедшего времени, ты творил и в юности своей, посвящая свой век служению Богу, и лучшие года твоей жизни благовременно для Него употреблял! Великая суета – тратить жизнь только на то, чтобы угодить людям, жить только для внешнего, которое мгновенно исчезает, и предавать забвению невидимое, пребывающее вечно. Итак, раскрой свои душевные очи, чтобы тебе не остановиться на ложном пути и не избрать себе вместо истинного отечества – заточение. Закрывай свои очи, если их привлекает грех, и раскрывай, когда они отвращены от греха. Удержи свои вожделения, совлекись страстей – и тогда за ничто будешь считать то, что ныне кажется тебе столь значительным.
Глава 5
О суетном конце мирских пристрастий
Многие, о которых я часто говорил вам, а теперь даже со слезами говорю, поступают как враги креста Христова. Их конец – погибель, их бог – чрево, и слава их – в сраме, они мыслят о земном (Флп. 3,18–19), – говорит апостол. Конец миролюбцев, по свидетельству апостола, есть смерть и погибель. Не прилепляйся к тому, что мир тебе представляет, – иначе ты внезапно можешь впасть в его пагубную прелесть. Роскошества мира сего суть предтечи смерти (вечной): избегай лукавства мира, если не хочешь быть уловленным; рассуждай не о настоящем, а о будущем. Прилежно размышляй о конечных последствиях греха – и тогда возненавидишь роскошества и суету, которыми мир соблазняет твои очи. Жизнь наша подобна реке, текущей в море смерти. Речная вода, бесспорно, сладка, однако в конце концов она втекает в горькие морские воды. Сладкой кажется жизнь земная, кто любит ее, но как горька она будет тому же, когда он станет приближаться к смерти… При впадении реки в море вкус горек: так и конец человеческой жизни не иное, как самая горесть. Суетная жизнь миролюбцев несомненно окончится скорбью и печалью; лишь обманчиво представляется, что она имеет доброе начало, но кончится она смертно; вступление в таковую жизнь представляется радостным, но исход из нее прискорбен. И если ты познаешь, сколь суетные земные пристрастия более приносят мучения, чем наслаждения, – то добровольно предашь презрению эту суету мира сего и тем избавишься греха и еще более тяжких угрызений совести. Слишком маловременно то, что тебя веселит и привлекает, и вечно то, что тебя так мучит. Не позволяй, чтобы эта суета, которою тебя лукавый мир соблазняет, привлекала тебя к себе, но углуби душевные очи твои на конец сей суеты. Господь говорит: Превращу праздники ваша в жалость и вся песни ваша в плач (Ам. 8, 10). Ко веселием не примешивается печаль: последняя же радости в плач приходят (Притч. 14,13). Кумир Навуходоносоров имел голову золотую и ноги глиняные (см. Дан. 3,1).
Мир во главе своей, так сказать, предлагает человеку всякого рода изобилия и излишества, на которые и устремляются миролюбцы, но не видят они ног мира, то есть что конец и предел его презренны и плотяны – тленны. Помышляй о конце нескончаемом – и будешь жить бесконечно. Посмотри не на то, что ты ныне, но на то, чем имеешь быть. Не обращай внимания на настоящее благолепие, но памятуй о том страшном для взгляда тлении, которое сменит это благолепие и положит ему предел. Внемли не тому, чему ныне научает тебя мир, но грядущему, чему поучает Христос. Уверь самого себя в той несомненной истине, что все зло происходит оттого, что при самом начале греха мы не памятуем о его конце и последствиях. И при всем том едва успеем вкусить кажущегося его наслаждения, как в глубине души является к нему естественное, невольное омерзение. Плакал, и ненапрасно,
Иеремия о Иерусалиме, восклицая: Нечистота его пред ногама его, не помяну последних своих и низведеся пречудно (Плач. 1, 9). Ноги наши как бы влекут за собою последнюю нечистоту беззаконий, душа наша забывает о своем конце, вспоминая лишь начало суетной земной жизни, взирая на тщетное украшение своей главы земными благами и пристрастиями, но не потрудившись размыслить о конце сего мира. Скажи, почему Господь плакал об Иерусалиме? (см. Мф. 23, 37). Потому, что он не познал своего злострадания, имеющего постигнуть его, ибо он настоящему должен был внимать, а не взирать на будущую скорбь, которая есть спутница радости, – поистине слез достойно, – почему и плакал Христос об Иерусалиме, который, наслаждаясь суетными радостями настоящего, не помышлял о грядущих скорбях. Поистине должно скорбеть, что ты попускаешь себе настолько быть прельщенным, что не видишь гибельного конца, которым прекращаются все земные пристрастия и удовольствия. Не рассуждай о себе по делам в их начале, поразмысли об их последствиях. Не покоряйся суетному вожделению более, нежели разуму, ибо все, что вызывается хотением прежде, чем разумом обсуживается, – ложно. Коль скоро тебе известно, сколь горестен конец мира, то ни во что вменяй его (кажущиеся) блага; ничего не желай, прежде чем рассмотришь, полезно ли то, и после наслаждений – скорби и горькое раскаяние. Правило мира состоит в том, чтобы не предлагать доброго обеда без того, чтобы не представить и злой вечери. Всякий человек подает сперва хорошее вино, а когда напьются, тогда худшее (Ин. 2, 10), – говорит архитриклин, и это вполне понятно, ибо обыкновенно мир начинает с радостью и кончает с плачем. Но на пиршестве Христовом бывает наоборот – доброе вино предлагается там в конце. Там сначала предлежат скорби, а за ними последуют утешения. Подобным образом Бог народ Израильский сначала наказывал в пустыне многими скорбями, а потом даровал ему утешение и изобилие Земли обетованной. По испытании тебя Бог напоследок умилостивляется над тобою. То же самое Бог говорил Иакову в доме Лавана (см. Быт. 29) и Иосифу, сыну его, в Египте, Давиду (см. 1 Цар.) и многим другим.
Начатки мира скрывают в себе зло, конец же открывает оное. Когда будут говорить: «мир и безопасность», тогда внезапно постигнет их пагуба (1 Фес. 5, 3). Конец определяет существо вещей: каков конец, таково в своей сущности и то, чем ты наслаждаешься. Конец роскошеств и земных пристрастий – мучение; конец утонченных яств – болезни; конец и предел сей жизни, которую ты безмерно любишь, не иное что, как только червь и прах; конец и заключение смертного греха – наивеличайшее и притом бесконечное мучение.