Всего за 17.06 руб. Купить полную версию
Хотя нет, для постороннего человека никаких необычных обстоятельств в их смерти не было, но опытный взгляд профессионала сразу замечал несколько странностей.
Все погибшие не занимались ничем таким, чтобы их можно было бы отнести к группе повышенного риска. Никакого особого криминала, не олигархи, не дети богатых родителей, ничего, связанного с политикой. Самые рядовые люди, таких миллионы вокруг.
Ведь нет ничего удивительного, что люди гибнут. Происходят разные случайности, от обрушения зданий до пьяной драки, все давным-давно к этому привыкли и воспринимают, как часть городской жизни.
Но как можно объяснить смерть восемнадцати человек при обстоятельствах, непосредственно указывающих на заказное убийство? Как объяснить практически одинаковый «почерк» убийц? И то, что все убийства произошли буквально один за одним, в течение нескольких десятков дней? Странность? И ещё какая.
Сотников весь вечер просидел в своём кабинете, непрерывно пил чай с мятой и морщил ум, пытаясь хотя бы наметить направление расследования. Заказное убийство вообще сложно раскрыть, даже если есть чёткий мотив, что же делать в случае, когда мотива просто нет? Нет мотива, значит, нет и отправной точки, той самой печки, от которой стоило бы начинать плясать.
Ночью Анвар долго не мог уснуть. Конечно же, он отлично понял намёки начальства. Ему посоветовали слишком сильно в этом деле не копать, а потянуть время и постараться спустить всё на тормозах. Он так бы и сделал, но привычка вникать в детали и идти до конца оказалась сильнее. Сначала нужно отработать принятую схему, а уже потом решать, что же докладывать.
Вчера он отправил условное сообщение, а ночью пришёл ответ.
Встреча была назначена на утро, местом её обозначался берег Канонерки, со стороны залива. Анвар с трудом себе представлял, как туда добраться, но решил ориентироваться на месте, по обстоятельствам.
С утра постарался выехать пораньше, чтобы избежать жутких пробок, которые всегда скапливались в направлении порта — люди ехали на работу, длинные тяжёлые фуры готовились к разгрузке и погрузке, в общем, можно было застрять намертво, если не повезёт. Проехав вдоль всей заставленной машинами Двинской улицы, Анвар обогнул бывшее трамвайное кольцо, уже забитое автобусами, и припарковался у самого тоннеля. Из чёрного провала, подсвеченного пунктиром ламп дневного света, уже поднимались клубы выхлопных газов, вентиляция в тоннеле, как всегда, не работала. До встречи ещё оставалось около часа, поэтому Анвар решил пока вздремнуть в машине, благо информатора он в лицо не знал, так что следить за проезжавшими машинами не было никакого смысла.
Только он задремал, как его разбудил стук в боковое стекло. Анвар открыл глаза и выругался. Снаружи на него уставился немалых габаритов представитель ГИБДД, постукивая полосатой палочкой по стеклу. Выражение лица у инспектора было самое что ни на есть радостное. Стоянка в этом месте запрещалась, поэтому можно было стрясти с нарушителя рублей пятьдесят, а то и сто, если повезёт. Развод клиента на деньги — это настоящее искусство, не всем оно даётся одинаково хорошо.
Анвар открыл дверь и вышел из машины. Он всегда выходил из машины, а не беседовал с инспекторами через опущенное стекло. Почему-то, сидя в машине и разглядывая собеседника снизу вверх, он чувствовал себя как-то неуютно.
— Инспектор Гришечкин, доброе утро, — не спеша протянул инспектор, вскинув руку к виску.
— И вам доброе. С самого утра трудитесь? — следователь тоже никуда пока не торопился.
— А как же! Пожалуйста, ваши документы.
Анвар решил немножко поиграть с инспектором, проснуться, так сказать. Достав из внутреннего кармана специальный бумажник с правами, он протянул его Гришечкину.