Две тысячи футов… Тысяча пятьсот футов…
Он выдергивает подушку отцепки на левой стороне, отцепив таким образом основной парашют. Затем другой рукой хватается за кольцо запасного парашюта с правой стороны и выдергивает его.
Перед мысленным взором Ферджи мгновенно пролетают картины прошлой жизни. Его бывшая невеста и товарищ по команде «Сорвиголовы» Диана – роскошная брюнетка, разбившаяся при падении с высоты 14 000 футов.
Ферджи внутренне содрогается. Нет! Мое время еще не пришло… Мое время еще не пришло… Мое время еще не пришло…
Внезапный рывок обрывает мантру – купол запасного парашюта раскрывается, замедляя падение.
Значит, мое время еще действительно не пришло… Спасибо тебе, Ди.
Еще мгновение – и он приземляется, ноги и позвоночник принимают на себя основной удар. Несколько секунд он лежит на асфальте, задохнувшись от боли, затем перекатывается на бок и садится, улыбаясь собравшейся толпе. Стреньга вытяжного парашюта, спутанная с основным парашютом, по-прежнему висит у него на запястье.
Даниэлла прижимается лицом к иллюминатору в тщетной попытке хоть что-нибудь разглядеть.
– Думаешь, он сделал это?
– Может быть. Ну что, малявка, готова по-настоящему повеселиться?
И прежде чем Дани успела запротестовать, Дженни Арнос направляет самолет круто вниз, сделав мертвую петлю перед сближением с землей. Дани валится набок, на сорок секунд забывая обо всем, кроме жуткой тошноты и дикого страха. Ее отчаянный крик задушен приступом неукротимой рвоты, фонтаном забрызгавшей кабину самолета.
Щурясь от полуденного солнца, Джонас неотрывно смотрит на маленький самолет, который, описав умопомрачительную петлю, с оглушительным рокотом идет на посадку.
– А вот и наша Дженни, – комментирует Эрик. – Настоящая оторва.
Джонасу от одного только вида кувыркающегося самолета становится не по себе.
– Я почему-то сразу вспомнил, как Терри впервые прокатила меня на одном из этих легкомоторных самолетиков.
Терри радостно смеется:
– Наш Супермен тогда всю кабину заблевал своим завтраком.
– Миссис Тейлор, Сорвиголовы тоже люди. Именно за это их так и любит публика. Потому что они не идеальны.
– И не бессмертны.
Продюсер пропускает замечание Терри мимо ушей:
– А в каком отеле вы, ребята, остановились?
– Э-э-э… в «Бед энд брекфаст» у шоссе номер сорок один. Но мы еще не успели зарегистрироваться.
– И не надо. Я поселился в «Сэндбар бич резорт», прямо на берегу залива. Мы заняли все люксы. Кстати, зарезервировали номер и на ваше имя тоже. И не стоит меня благодарить, за все платит телеканал. Вселяйтесь, расслабляйтесь, встретимся в холле перед обедом около девяти. Пропустим по стаканчику, наедимся от пуза, а потом я посвящу вас в детали нашего мероприятия. Ну как, неплохо?
– Замечательно.
– Хм, Джонас, можно тебя на минуточку? – Терри отводит мужа в сторонку. – Ты ведь не собираешься принять его предложение?
– Сто пятьдесят штук? Грех от такого отказываться.
– Значит, ты планируешь жить на борту судна бог знает сколько недель, а меня оставляешь с детьми, да? Нет, я так не думаю.
– Терри, нам нужны деньги.
– Твоя книга будет продаваться.
– А если нет? Терри, мы не можем упустить столь выгодное предложение.
– Я ему не доверяю. Вся эта история какая-то мутная.
Эрик, подслушавший разговор, вмешивается в спор супругов:
– Миссис Тейлор… Могу я называть вас просто Терри? Хорошо. Терри, я понимаю, что мое предложение застало вас врасплох, но подобные вещи именно так и случаются. А что касается денег, то, когда речь идет о том, чтобы попасть в горячую десятку, поверьте, сто пятьдесят штук – просто капля в море. Если присутствие вашего мужа поможет нам удержать рейтинг, а еще лучше – занять первое место, эта сумма сторицей окупится.
– Дело не в деньгах, – перебивает его Джонас. – Мы с женой… Нам много через что пришлось пройти за последние несколько лет, и…
– И вас уже неоднократно кидали. Понимаю. В наши дни доверие – чрезвычайно редкий товар. Черт, а в Голливуде его вообще днем с огнем не сыщешь! – Продюсер ждет, пока маленький самолет не приземлится на соседнем поле, затем открывает висящую на плече сумку, достает белый зуб мегалодона и после эффектной паузы протягивает Джонасу. – Профессор, я хочу отдать его вам. В качестве подарка. Без всяких обязательств с вашей стороны.
– Я не могу это принять.
– Конечно можете. Оставьте его у себя. Если хотите, продайте. Вам решать. А взамен я лишь прошу, чтобы вы с супругой отобедали со мной, но без всякой предвзятости. – Он бросает взгляд на часы «Патек Филипп». – Ой, и еще одно. Ваш друг Макрейдс. Вы по-прежнему с ним в контакте?
– Ну да, конечно. Мак вернулся в Калифорнию. Работает у отца Терри.
– Отлично! Телесеть хочет и его тоже. На тех же условиях, что и у вас.
– Но почему Мак? – удивляется Терри.
– Джонас и Мак – одна команда. По крайней мере, публика именно так их воспринимает. И мы хотим на этом сыграть. А что, какая-то проблема?
– Нет, если вам нравится, когда ваши ведущие напиваются до поросячьего визга.
– Терри… – Джонас виновато пожимает плечами. – Я не берусь говорить за Мака, но обещаю с ним потолковать.
– Надеюсь, он узнает твой голос.
Джонас поворачивается к жене, всем своим видом умоляя ее перестать.
Эрик снисходительно улыбается:
– Терри, половина наших спонсоров – пивные компании. Единственное, что их волнует, – это рейтинги и демографические показатели. С другой стороны, телесеть хочет обоих – Джонаса и Макрейдса, в противном случае они могут аннулировать предложение. – Эрик снова смотрит на часы. – Упс! Мне надо бежать. Но сегодня вечером мы закончим с делами. Идет? – Не дожидаясь ответа, он машет водителю своего лимузина и забирается внутрь.
Джонас, теряясь в догадках, растерянно провожает взглядом отъезжающий автомобиль.
Терри поворачивается к мужу:
– Мне все это не нравится. Чертовски не нравится!
– Нам нужны деньги.
– Интересно, у меня есть право голоса или я должна молча отпустить тебя одного в круиз в компании с оторвами и бывшим другом – законченным алкашом?
– Я еду в круиз не один, и Мак по-прежнему мой друг.
– А я не доверяю ему. Уже нет. Папа говорит, он реально спивается…
– Ладно. Кончай. Лучше послушаем, что нам предложит этот человек, а пререкания оставим на потом. – Джонас бросает взгляд через плечо жены. – Кстати, о доверии. К нам направляется наша дочь. И, как всегда, опаздывает.
Даниэлла ковыляет со стороны парковки. Лицо бледное, расстегнутая блузка насквозь мокрая.
– Ты опоздала больше чем на час! – рявкает Джонас. – Где ты шлялась?
– Выблевывала свои мозги, если хочешь знать.
– Ты что, пила?
– Папа, это наши женские дела, но да, спасибо за проявленное сочувствие. Хочешь засадить меня дома еще на месяц?
– Может, стоит сделать анализ мочи…
– Джонас, прекрати. – Терри по-матерински обнимает Даниэллу за плечи. – Мы с твоим папой просто волновались за тебя. Пойдем соберем вещи, зарегистрируемся в отеле и закажем еду в номер.
– Мама, в той дыре, где мы ночуем, даже нет кухни.
– Планы изменились. – Терри бросает на Джонаса многозначительный взгляд. – Сегодня вечером мы остановимся в отеле на побережье.
Глава 4
Мосс-Ландинг, Тихий океан
11 морских миль к северо-западу от Океанографического института Танаки
Залив Монтерей, Калифорния
Национальный морской заповедник залива Монтерей занимает 5300 квадратных миль охраняемой акватории, простирающейся от северного побережья Сан-Франциско на юг до берегов Камбрии. В центре этого богатого питательными веществами ареала расположен залив Монтерей – водоем длиной двадцать три мили в форме полумесяца, врезающийся в сушу от Санта-Круза до Монтерея.