Всего за 149 руб. Купить полную версию
Что же, остается только надеяться, что рано или поздно, но мне хватит духа поведать ему эту историю. Потому что я не хочу, чтобы между нами оставались хоть какие-то тайны.
В этот момент в дверь настойчиво постучались.
– Я открою, – торопливо проговорила Оливия, осознав, видимо, что я без особой необходимости и шага не сделаю.
Отправилась в прихожую.
– Тетя Агата, а ты станешь моей мамой? – в этот момент подала голос Ривия, которая вместе со мной покинула спальню и сейчас сидела на диване, баюкая несчастного Йорка в лифчике.
– Чего? – ошарашенно переспросила я, едва не усевшись мимо стула, поскольку как раз в этот момент решила немного отдохнуть.
– Ну, папа сказал, что хочет на вас жениться, – честно призналась Ривия. – Но тогда получается, что ты станешь моей мамой. Второй. Пока моей настоящей мамы рядом нет.
Я метнула гневный взгляд в сторону спальни. Ну Ричард! Не может, что ли, язык за зубами держать? Вообще-то, я еще не ответила ему согласием!
– Как интересно, – в этот момент послышалось позади. – Ричард хочет на тебе жениться, Агата?
Я обернулась на звук знакомого голоса, чувствуя себя как-то виновато.
Фарлей стоял на пороге, небрежно привалившись плечом к косяку. К слову, он тоже подготовился к предстоящему балу. Лацканы строгого черного камзола неярко серебрились шитьем, сапоги были так тщательно начищены, что слепили глаза блеском. В вороте белоснежной рубашке виднелась цепочка, на которой висел какой-то амулет.
При виде меня Фарлей удивленно округлил глаза, а на его губах затеплилась довольная улыбка.
– Ого! – так же, как и Ричард недавно, присвистнул он. – Агата, ты ли это? Не смею поверить своим глазам!
– Я, я, – мрачно подтвердила я. – Только, боюсь, домой я босиком возвращаться буду.
– Ты восхитительна, – продолжил рассыпаться в комплиментах Фарлей. Но почти сразу его взгляд посуровел, и он уже тверже повторил недавний вопрос: – Так Ричард сделал тебе предложение?
– А это не ваше дело, любезнейший! – донеслось гневное из спальни. Там что-то грохнуло, как будто Ричард что-то уронил в спешке. И через мгновение он сам выскочил в гостиную.
При этом он смешно прыгал на одной ноге, пытаясь втиснуть другую в сапог.
– Ну почему же? – прохладно не согласился с ним Фарлей. – Мне интересно все, что касается Агаты. И на какую же дату назначена ваша свадьба?
Ричард побагровел и рухнул на диван, продолжая натягивать чуть трясущимися руками сапог. Я принялась с демонстративным вниманием пялиться на противоположную стену, как будто рассмотрела там нечто чрезвычайно любопытное.
– А когда моя мама вернется – у меня так и останется две мамы? – в этот момент подала голос Ривия.
Ее вопрос остался без ответа. В комнате повисла тягучая пауза, которую никто не смел первым прервать.
– Так, ясно, – первым проговорил Фарлей, проницательно глядя поочередно то на меня, то на Ричарда. – Сдается, все не так просто.
– Детонька, пойдем на кухню! – обратилась Оливия к девочке, которая даже перестала баюкать череп. – Я приготовлю тебе горячего шоколада.
– Но я хочу знать! – воспротивилась Ривия. – Тетя Агата, так ты будешь моей мамой?
– Мама может быть только одна, – сухо проговорила я и встала, осознав, что не имею ни малейшего желания продолжать столь тяжелый разговор. Кинула застывшему в напряжении Фарлею: – Идем, что ли.
Тот вежливо склонил голову и протянул мне руку.
На сей раз я не стала по своему обыкновению отказываться от его помощи. Напротив, вцепилась в его локоть со всей силой. Все-таки терзало меня смутное подозрение, что я не удержусь на каблуках и загремлю по лестнице кувырком. Эх, и почему Ричард живет не на первом этаже?
– Подождите, – в этот момент окликнул он нас.
Фарлей нехотя обернулся. Выжидающе вскинул бровь.
– Я буду очень благодарен вам, господин Икстон, если вы захватите на бал и меня, – процедил Ричард подчеркнуто вежливо, но таким тоном, будто в любой момент был готов разразиться самыми грязными ругательствами.
– На бал? – переспросил Фарлей. – Вы тоже собираетесь на бал, господин Эшрин?
Я мученически возвела глаза вверх. О небо, как бы эта парочка не подралась прям в карете. Что от одного, что от другого неприязнью так и пышет.
Интересно, почему они так не любят друг друга? Вроде бы, особо делить им нечего. Или Фарлей никак не может простить Ричарду, что тот обманывал его при расследовании смерти барона Вертона?
– Да вот, решил тоже развлечься. – Ричард холодно усмехнулся и провел рукой по волосам, приглаживая их. – Надеюсь, вы не против?
– Кто я такой, чтобы запрещать вам что-либо. – Фарлей покачал головой. Замер, задумчиво покусывая нижнюю губу и в упор глядя на Ричарда.
Я думала, что дознаватель откажет ему в столь простой просьбе. Но ошибалась. Почти сразу Фарлей пожал плечами и проговорил:
– А почему бы и нет? Вместе веселее, как говорится.
– Премного обязан, – все с той же убийственной вежливостью отозвался Ричард.
Фарлей собирался ему что-то ответить, даже открыл рот, но в этот момент я невежливо потянула его прочь, осознав, что в противном случае еще долго буду выслушивать расшаркивания этой парочки друг перед другом.
– Да хватит уже, – буркнула я. – Фарлей, право слово, идем.
Всю недолгую дорогу до кареты наша троица сохраняла ледяное молчание. Фарлей бережно придерживал меня за талию, следя, чтобы я не навернулась со ступеней. Но мыслями при этом был очень далеко отсюда. На это указывал его отсутствующий взгляд и слабая улыбка на губах. Я то и дело искоса поглядывала на него, гадая, о чем же он думает. Ричард шел позади, поэтому выражения лица своего компаньона я при всем горячем желании не могла увидеть.
Около подъезда дома, в котором Ричард снимал квартиру, стояла карета с уже знакомым мне по прошлым событиям кучером. Сухенький невысокий мужичок, по обыкновению своему комкающий в руках картуз, при виде меня слегка привстал на козлах, приветствуя.
– Добрый вечер, госпожа, – проговорил он. Затем его взгляд скользнул за мою спину, и извозчик изумленно хмыкнул.
– Господин Эшрин решил составить нам компанию, – проговорил Фарлей, предупредив его вопросы. – Полагаю, ты помнишь его по расследованию убийства барона Вертона, его отца.
Извозчик ничего не сказал. Лишь нацепил картуз на голову и лихо заломил его на затылок.
Фарлей без лишних слов помог мне залезть в карету. Сам сел напротив, оставив место рядом со мной Ричарду.
Последний едва успел опуститься на сидение, как карета мягко покатила по вечерним улицам Гроштера, залитым лиловым сумраком.
Никто по-прежнему не торопился начинать разговора. И это молчание начало меня уже тяготить. Казалось, будто воздух между Фарлеем и Ричардом сгустился до предела: щелкни пальцами – и он заискрится, как после грозы.
– Как у тебя на работе? – не выдержав, первой задала я вопрос.
Фарлей медленно перевел на меня взгляд, отвлекшись от процесса изучения Ричарда. В полутьме кареты его глаза знакомо сияли внутренним светом.
– Все по-старому, – кратко ответил он.
– Ясно, – пробормотала я.
Похоже, Фарлей не настроен на разговор. Неужели он обиделся на меня? Но за что? Я ведь ничего не сделала. Напротив, постаралась нарядиться по мере сил и возможностей, чтобы не выглядеть чучелом на предстоящем балу.
– Я действительно сделал Агате предложение, – в этот момент с каким-то непонятным вызовом произнес Ричард, хотя Фарлей его ни о чем не спрашивал. – Раз это вам так любопытно.
– И? – вопросительно протянул Фарлей. – Я не вижу на ее пальцах никакого кольца.
Я торопливо спрятала руки в складках платья. Ишь ты, глазастый какой! И когда только успевает все заметить?
– Агата пока не дала мне ответа, – неохотно признался Ричард. – Ей нужно время на размышления.
– Вот, значит, как, – медленно протянул Фарлей. И опять надолго замолчал.
Я уставилась в окно, игнорируя его внимательный взгляд. Ну и почему он так глазеет? Как будто ждет от меня каких-то слов. Надеюсь, он не потребует, чтобы я дала ответ Ричарду немедленно?