Всего за 189 руб. Купить полную версию
Галина Полынская
Перстень отравителя
© Полынская Г., 2018
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018
Глава 1
Начало сентября выдалось солнечным и удивительно теплым. Деревья не торопились желтеть и расставаться с нарядной зеленью. Природа словно извинялась за дождливый хмурый август, радуя чистой синевой неба, безветренным почти летним теплом, вот только в позолоченном солнцем воздухе все равно витал грустный запах осени. В эти прозрачные задумчивые дни, казалось, даже вечно суетящийся мегаполис притих и успокоился. Вопреки прогнозам лето не торопилось покидать город, вот и неделя началась с такой же прекрасной погоды.
Ранним утром понедельника к ограде старого одноэтажного особняка светло-кофейного цвета подъехал синий «Опель». Из него вышел высокий русоволосый молодой человек в темном костюме. Он бережно достал из салона горшок с роскошным цветком диффенбахией, закрыл машину и направился к воротам. Асфальтированную дорожку, ведущую от ворот ко входу в особняк, тщательно подметал связанной из прутьев кустарника метлой старик с пышной седой шевелюрой.
Доброе утро, Никанор Потапович! сказал молодой человек, входя на территорию особняка. Думал, раньше всех приеду!
Добренько, Гера, добренько. Старик приостановил уборку, достал из нагрудного кармана зеленой рубахи мятую пачку сигарет и закурил, поглядывая на парня поверх очков. Раньше всех моя забота приезжать, порядок да красоту наводить. Шикарный на тебе костюм.
Подарок Феликса, Гера машинально разгладил ладонью пиджак, придерживая одной рукой керамический горшок с цветком. Туфли с рубашкой в комплекте приложил.
Дедушка подошел ближе, взял пиджак за лацкан и пощупал материал.
Дорогущий, видать, подарок-то, полувопросительно-полуутвердительно произнес Никанор.
Да, не из дешевых, от «Бриони», с видимой неохотой ответил Гера. Была одна ситуация, надо было прилично выглядеть, вот Феликс меня и выручил.
Герману до сих пор было неловко вспоминать, как он на ночь глядя вломился в дом Феликса в таком далеком от трезвости состоянии, что не мог вспомнить, как туда добрался и какова была, собственно, цель данного визита. К счастью, его будущий директор спокойно отнесся к такому вопиющему поступку, устроил на ночлег, утром помог прийти в себя, выдал вещи из собственного гардероба и отправил по делам стремительно создающегося детективного агентства.
Ладно, проходи давай. Закончу тут приду кофий тебе варить, сказал Никанор Потапович. Старик докурил, бросил окурок на дорожку, затоптал его и смел метлой в общую кучу мусора.
Вот уж не стоит беспокоиться, сам могу.
Кофия тута варить моя забота!
Хорошо, как скажешь, покладисто согласился Гера. Обогнув старика с метлой, молодой человек направился к входу в особняк, над которым красовалась вывеска: «Агентство ЭФ. Частный розыск. Помощь в беде». Открыв еще пахнущую свежим лаком дверь, Герман вошел внутрь. В холле-секретарской за угловым столом сидела внучка Никанора. Положив руки на стол, а голову на руки, девушка дремала. Услышав шаги, она подняла лицо, откидывая упавшие на лоб белые пряди, и сонно заморгала.
Привет, Арина. Не дал тебе дедулька неугомонный выспаться?
Да, мы сюда к шести утра приехали, девушка еле сдерживала зевоту. Он весь офис подмел, везде пыль протер, с жалюзи долго боролся, наконец, понял, как они работают, и победил. Все, говорит, сиять должно. Сверкать и переливаться.
Неделя-другая и это пройдет, а сегодня все-таки первый рабочий день. Я и сам хотел раньше всех приехать.
У тебя почти получилось. Красивый цветок. У него есть имя?
Ага Йозеф.
Хорошее имя, ему идет, зевнув, Арина закрыла глаза и снова уронила голову на руки.
Герман прошел дальше, в главное офисное помещение. Все было в идеальном порядке: на каждом столе красовались компьютеры, сверкала новизной оргтехника, на стене у входа мерцало серебристой глубиной узкое зеркало в человеческий рост, рядом плазменная панель телевизора. А в застекленных стеллажах ожидали своих блистательно раскрытых дел плотные ряды картонных и пластиковых папок. Гера подошел к окну, поставил цветок на подоконник, убедился, что свет на Йозефа падает равномерно, и пошел в сообщающееся помещение кабинет начальства, на двери коего отливала бронзой табличка: «Нежинский Феликс Эдуардович. Директор».
На письменном столе директора пока еще ничего не стояло, за исключением телефонного аппарата. Гера поднял жалюзи, открыл окно, желая выветрить запах краски, и посмотрел на часы. Стрелки показывали восемь двадцать. Ровно к девяти должны были пожаловать остальные члены коллектива, включая Феликса Эдуардовича. Герман волновался. Это волнение было сродни мальчишескому предвкушению необыкновенного приключения. Стоя у окна, он смотрел во двор, но не видел ни деревьев, ни дорожки, ни Никанора Потаповича с метлой. Перед глазами Геры проносились яркие, захватывающие картины грядущих событий: неуловимые злодеи, головокружительные погони, таинственные преступления, которые никто не в силах был раскрыть, пока не появилось их агентство
В восемь сорок к ограде особняка подошел Валентин Сабуркин. Бывший десантник тащил увесистый пакет, в котором без труда угадывались бутылки шампанского. Завидев его, Гера прикрыл окно и вышел из кабинета в главный офис. Вскоре в коридоре послышались голоса: Валентин приближался вместе с Ариной, зачем-то обсуждая с девушкой надежность замков на входной двери здания. Когда они показались в дверном проеме, Герман улыбнулся и невольно повторил фразу Феликса: