Всего за 129 руб. Купить полную версию
Мужчина сильно картавил, но горошинка, перекатывающаяся во рту, не делала его речь отталкивающей или непонятной, а очень даже интересной, придавая дополнительный шарм. Еще некоторые звуки отличались от тех, которые мы произносим. Иногда вместо звука «в», в его разговоре проскальзывало английское «W». То есть, как мы не можем полностью перевести на русский имя знаменитого писателя Шекспира, величая его то Уильямом, то Вильямом, так и мужчина иногда терялся и не произносил правильно обычный звук, превращая его в «ув».
Дамы тут же загалдели, засыпая Олега Генриховича вопросами различной тематики, явно с психологией не связанными. А Васька сначала решила, что он, похоже, иностранец и родной язык у него не наш, а потом ее просто передернуло от отвращения:
– Вот же козел, – подумала девушка. – Сразу сообщает про жену и дочерей, и тут же заводит речь про любовниц. Слава богу, что с Вадиком рассталась. Он, вероятно, превратился же в такого же копытного со временем.
А мужчина, ответив на вопросы любопытствующих сотрудниц отдела финансирования и бухгалтерского учета, интерес которых не пропал даже после факта наличия жены, подвел итог беседы:
– Дамы, для улучшения микроклимата в нашем коллективе, я буду проводить собеседование с каждой из вас индивидуально. Завтра вам выдадут график таких бесед. Прошу всех являться в строго указанное время, чтобы не заставлять ждать других и не тратить мое и ваше время зря.
***
Настроение у девушки все эти дни было в состоянии, которое можно описать расхожей фразой «ниже плинтуса». Все резко, словно снежная лавина, нахлынуло на нее: и предательство Вадика, и смерть Пьянкова, и неприятности на работе. Никак не шел квартальный отчет. И тут еще над головой висело ожидание собеседования от нового психолога. Оно вроде бы ничего плохого не предвещало, но почему-то вызывало в душе тревогу. В итоге она уже несколько ночей спала плохо, что не преминуло отразиться на ее внешнем виде. Лицо резко осунулось, а под глазами залегли синие круги.
Очередь на собеседование дошла до Василисы лишь через два дня. О чем беседовал с работниками Олег Генрихович, никто не знал. Прошедшие его только загадочно улыбались, остальные были просто не в курсе.
В назначенный час Вася подошла к двери, на которой красовалась новенькая щеголеватая вывеска: «Левингстоун О.Г. Психолог. Социолог». Девушка постучалась и зашла, не дожидаясь ответа. Где-то давно она читала, что это жест решительных людей. Вот и придумала показать себя решительной особой. Но в следующую секунду уже пожалела об этом. В кабинете кроме Левингстоуна была Людмила Семеновна. Она стояла непозволительно близко к мужчине и кокетливо крутила пуговичку на его пиджаке. Щеки знаменитой сплетницы заливал яркий румянец.
– Простите, я, кажется, не во время! – тут же решила ретироваться Василиса.
– Нет, нет! Сейчас как раз ваше время! Людмила Семеновна уже уходит! – тут же отозвался мужчина. Девушке показалось, что его голос даже зазвучал радостно.
Когда она вышла за дверь, Олег Генрихович продолжил:
– Присаживайтесь! А на Людмилу Семеновну не обращайте внимание. Она неверно истолковала мои слова про любовниц.
– И как их можно было неверно истолковать? – усаживаясь в кресло и удивленно приподняв брови, задала вопрос Василиса. Она постаралась расслабиться, но ее фигурка все равно выглядела напряженной.
Хозяин же кабинета наоборот тут же уселся в кресло и расслаблено на нем развалился, но после вопроса девушки вновь собрался.
– Она решила, что я в индивидуальном порядке приглашаю женщин стать моей любовницей! – возмущенно произнес он.
– А разве нет? – еще больше удивилась посетительница.
– И вы туда же? Я просто имел в виду, что интересующимся объясню в индивидуальном порядке, почему не завожу любовниц и не изменяю жене.
– Извините, но из ваших уст слова прозвучали именно как приглашение!
– Надеюсь, вы на эту роль не метили?
– Естественно, нет, – возмущенно фыркнула Василиса.
– Вот и замечательно! – тут же вновь расслабился мужчина. – Видите ли, русский язык мне не родной. И я, вероятно, не всегда правильно на нем строю фразы. А ваше знаменитое «да нет, наверное» вообще не переводится ни на один язык мира.
Девушка тоже заметно успокоилась. Психолог оказался более порядочным человеком, чем она о нем подумала. Хоть что-то хорошее в эти пасмурные дни.
– А почему у вас такой невеселый вид и тени под глазами? – поинтересовался Левингстоун.
– Личные неприятности, – отмахнулась она от него рукой. – Поверьте, к работе это отношение не имеет и на ее качестве не сказывается.
– Зря вы так думаете. На работу может влиять любой пустяк, которому вы даже не придаете значения. Я же все-таки психолог и могу помочь вам разрешить эту проблему. Отнеситесь ко мне как к попутчику в поезде, расскажите и сами удивитесь, как легко станет на душе.
При этом он хитро улыбнулся в свою рыжую бороденку и пригладил и так идеально лежащие волосы. «Точно психолог! Они все такие скользкие!» – подумала про себя девушка, но вслух ничего не сказала.
– Я жду вашего рассказа, – не унимался мужчина.
– А что там рассказывать?– пожала плечами Василиса. – Если вам так угодно, то, пожалуйста. Меня неделю назад бросил парень, с которым мы пробыли вместе три года. Больно было лишь первые три дня, а потом я успокоилась и решила, что это даже к лучшему. Слава богу, что он так поступил сейчас, а не когда я вышла бы за него замуж и нарожала детей.
– Нет, вы не договариваете всей правды. Ваши жесты свидетельствуют о том, что у вас на душе неспокойно. На вас так действует квартальный отчет или что-то есть еще?
Сказать про отчет? Василиса задумалась. Вдруг это скажется на дальнейшей работе? Поэтому решила рассказать о действительной причине своего угнетенного состояния. К работе она не имела никакого отношения.
– А еще у меня умер сосед. Я всегда к нему очень хорошо относилась, и смерть стала полной неожиданностью. Мы с ним никогда не были особо близки, но сейчас я поняла, что его мне не хватает. Он давал мне какое-то чувство уверенности в завтрашнем дне.
Слушавший до этого в пол уха психолог вдруг резко выпрямился и посмотрел прямо в девичьи глаза:
– А вот это уже интересненько! Скажите, милая барышня, а не приходили в вашу головку странные мысли, когда вы прощались с покойным?
Васька тут же покраснела до корней волос. Откуда он знает? Она же эту фразу произнесла мысленно и никто ее слышать не мог? Или она ошибается, и ее сейчас увезут к психиатру?
– Видите ли, этот мужчина не был женат. Говорили, что у него проблемы, сами понимаете с чем. И я для себя решила, что если до сорока лет не выйду замуж, то сойдусь с ним. Мы возьмем из детского дома ребеночка и будем вместе коротать старость. Это были глупые девичьи мысли. И вдруг он умирает… Разрушилась не то что мечта, а какая-то моя опора в жизни. И да, там, на кладбище я ему сказала: «Прощай, мой несостоявшийся жених!», – Вася испуганно замолчала, удивляясь факту, что выложила Левингстоуну все как на духу. – Надеюсь, это глупость не отразиться на моей должности?
– Нет, что вы! Я благодарен вам за откровенность! Это наоборот будет способствовать вашему повышению! – с еще большим интересом разглядывая девушку, ответил психолог. – У меня к вам есть одно очень заманчивое предложение, но я бы не хотел говорить на эту тему на рабочем месте. Не могли бы вы после работы встретиться со мной, скажем, в кафе?
– Олег Генрихович! – Василиса снова начала закипать. Нашел дурочку!
– Василиса Аркадьевна, вы опять меня неправильно поняли! – правильно уловив ее мысли, пресек возмущение мужчина. – Это просто для того, чтобы рядом не было лишних ушей! Выгляните за дверь. Я более чем на 100% уверен, что в то момент мимо будет проходить Людмила Семеновна! Предложите ваш вариант, где мы можем поговорить. Я заранее согласен.
Василиса быстро встала и резко распахнула двери. От них с визгом отлетела Людочка.