Всего за 479 руб. Купить полную версию
Как бы там ни было, она не вернула Оливеру улыбку.
Лейли совершенно не интересовали ненадежные, лживые манипуляторы даже если они заверяли, что встали на путь истинный. Нет, она решительно не собиралась водить дружбу с этим двуличным мальчишкой или девчонкой с розовой ватой вместо мозгов. Лейли распахнула свой красный плащ тогда-то Оливер впервые и увидел ее старинное, щедро расшитое парчой шелковое платье, отстегнула от пояса древний, замысловато украшенный серебряный ломик и принялась за работу. (Также на ее поясе висели: старый латунный молоток; кожаный кнут для усмирения духов; шелковый, тщательно простеганный изнутри кисет со Сверками; пара ржавых щипцов; медная коробочка с ногтями; печать и маленькая визитница.) Лейли молча забралась на телегу и начала вскрывать гробы.
Оливер остановился рядом.
Отсюда им была замечательно видна Алиса: маленькая фигурка маячила у дверей сарая с таким видом, будто сейчас повалится в сугроб. Но что бы вы ни успели подумать о Лейли, знайте: совесть не совсем покинула нашу героиню. По правде говоря, сейчас она грызла ее, как никогда в жизни. Втайне Лейли хотела бы быть обычной девочкой, которая с легкостью заводит друзей, делает глупости и извиняется перед ними по сто раз на дню. Но к этому времени она была уже слишком сломлена и не знала, как исправить вред, который сама причинила. Одна мысль о том, чтобы попросить у Алисы прощения, наполняла гулко бухающее сердце нестерпимым ужасом. Нет, она просто не смогла бы выдавить из себя эти слова
Ведь что, если ее извинения не примут?
Вдруг она обнажится зря и только получит по лицу хлестким перечнем своих ошибок?
Нет, ей было намного безопаснее в коконе злости там, где ее никто не мог достать.
По счастью, Оливер не испытывал таких терзаний.
Хм, сказал он как бы невзначай, но на самом деле тщательно взвешивая каждое слово. Интересно, чего это Алиса там застряла?
Когда Оливер задался этим резонным вопросом, Лейли уже успела снять крышки с нескольких гробов. Поэтому она сперва тяжело отдышалась, спихнула открытые гробы в снег и только затем ответила:
Я сказала, что, если ее не устраивает эта работа, она может убираться.
Оливер так и остолбенел.
Что Но зачем?
Лейли пожала плечами.
Она заявила, будто ее магия не подходит для омовения мертвецов.
Но Лейли
А еще она все время допытывается, что со мной не так. Точно я орех, который надо расколоть. Лейли стащила на землю очередной гроб и резко выдохнула. Но со мной все в порядке.
Лейли пожала плечами.
Она заявила, будто ее магия не подходит для омовения мертвецов.
Но Лейли
А еще она все время допытывается, что со мной не так. Точно я орех, который надо расколоть. Лейли стащила на землю очередной гроб и резко выдохнула. Но со мной все в порядке.
При этих словах она взглянула Оливеру прямо в глаза однако стоило ей на секунду замереть, как отчетливо задрожавшие руки перечеркнули все предыдущие уверения.
Лейли сделала вид, будто ничего не заметила, и быстро потянулась за следующим гробом, но Оливеру хватило здравомыслия ее остановить.
Если с тобой все в порядке, сказал он, что у тебя с руками?
Ничего, отрезала Лейли, сжимая трясущиеся пальцы в кулаки. Устала, вот и все. Длинная выдалась ночка.
Оливер заколебался спорить с правдой было трудно и наконец уступил с горестным выражением лица.
Алиса просто хочет тебе помочь.
Тогда она должна быть здесь и помогать.
Ты же сама ее прогнала.
Когда кто-то действительно чего-то хочет, пропыхтела Лейли, стаскивая вниз новый гроб, он за это борется. Не похоже, чтобы она умела бороться.
Оливер запрокинул голову к солнцу и расхохотался.
Чтобы такое говорить, нужно вообще не знать Алису!
Лейли не снизошла до ответа.
Святые прянички, вздохнул Оливер и покосился на одинокую фигурку у сарая. Могу представить, как ты разбила ей сердце.
На этот раз Лейли удостоила его взглядом. Даже уставилась. После чего со злостью произнесла:
Если мои слова разбили ей сердце, значит, ее сердце слишком легко разбить.
Оливер с улыбкой склонил голову к плечу.
Не все такие сильные, как ты, знаешь ли.
Лейли окаменела.
Ты меня совершенно не понял, сказала она тихо. Я вовсе не сильная.
Оливер мгновенно постиг глубину этого признания, но так и не успел ответить. Он еще подыскивал верные слова, когда Лейли рывком выпрямилась будто шомпол проглотила, и судорожно вздохнула. Ломик с глухим стуком шлепнулся в грязь. У Лейли подкосились ноги, и она начала заваливаться вбок, прямо на Оливера. Тот поспешил ее подхватить. Ему удалось удержать девочку, но Лейли колотило, в серебряных глазах металась паника. Оливер принялся звать Алису на помощь, и Лейли допустила ошибку, на какую-то долю секунды встретившись с ним взглядом. Оливер смотрел в ответ слишком долго и увидел слишком много.
Что-то было отчаянно не так.
Пока Алиса бежала к телеге лицо ее было искажено таким же ужасом, белые волосы развевались по ветру, Оливер опустился вместе с Лейли на землю, пытаясь отыскать признаки ранения.
Для девочки, привыкшей проводить все время в одиночестве, такая фамильярность была любопытным и пугающим ощущением. Однако физическая близость даже не подбиралась к началу длинного списка ее тревог. Дело в том, что Лейли не доверяла этим людям и не могла избавиться от мысли, что время их появления, их абсурдно-настойчивые предложения помощи и ее собственная слабость совпали как-то уж слишком удачно. Как вы наверняка догадались, ее ничуть не тронули их сочувственные лица, и она не сочла ни капли романтичной ситуацию, в которой ее разбил недуг причем на глазах у тех, в чьих помыслах она до сих пор сомневалась.