Всего за 319 руб. Купить полную версию
Переводчик Наталья Колпакова
Научный редактор Александр Панчин, канд. биол. наук
Редактор Владимир Потапов
Руководитель проекта Д. Петушкова
Корректоры М. Миловидова, С. Чупахина
Компьютерная верстка А. Фоминов
Арт-директор Ю. Буга
Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека «Династия». Дмитрий Борисович Зимин – основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».
Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».
Подробную информацию о «Книжных проектах Дмитрия Зимина» вы найдете на сайте ziminbookprojects.ru.
Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.
* * *
Посвящается
Винсенту Ричарду Уолтеру Шермеру
Возможно, ты сумеешь найти рай на земле… заглянув в себя
Стало быть, самое ужасное из зол, смерть, не имеет к нам никакого отношения: когда мы есть, то смерти еще нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет. Таким образом, смерть не существует ни для живых, ни для мертвых, так как для одних она сама не существует, а другие для нее сами не существуют.
Пролог
Memento mori
Жизнь коротка и вскоре оборвется;
Смерть приходит быстро и неотвратимо,
Смерть разрушает все и не щадит никого.
Смерти навстречу спешим, больше не грешим.
– Ad mortem festinamus («Смерти навстречу спешим»),
С 50 000 г. до н. э. по 2017 г. н. э. родились примерно 108 млрд человек{2}. Сейчас живут около 7,5 млрд человек. Следовательно, соотношение мертвых к живым составляет 14,4 к 1{3}: всего 7 % когда-либо живших людей живы сейчас{4}. Ни один из 100,5 млрд человек, которые родились и умерли, не вернулся, чтобы подтвердить существование загробной жизни, – во всяком случае, согласно строгим научным критериям доказанности{5}. Это неотъемлемое свойство человеческого бытия. Memento mori – «Помни, что должен будешь умереть».
Жизнь коротка. Благодаря достижениям здравоохранения и медицинским технологиям ее продолжительность увеличилась более чем в два раза и на Западе сегодня приближается к 80 годам, но никому не удалось преодолеть предел долголетия нашего биологического вида – около 125 лет{6}. Действующий рекорд, 122 года и 164 дня, принадлежит француженке Жанне Кальман (1875−1997), но упоминания о еще более долгих сроках жизни, хотя и слабо документированных, заставили меня повысить планку до 125 лет. Пока я писал эту книгу, старейшая представительница человечества умерла в возрасте 116 лет, уступив место следующей, также 116-летней{7}. Долгожители-рекордсмены будут сменять друг друга бесконечно, но в отсутствие революционных медицинских и технологических прорывов в сфере продления жизни (с попытками которых мы с вами познакомимся далее) преодоление 125-летнего рубежа крайне маловероятно. Memento mori.
Жизнь конечна. Поэт Дилан Томас призывал «не уходить смиренно в ночь небытия» – напротив, «яростно противиться, коль свет уходит прочь». Большинство людей, впрочем, склоняются к восприятию смерти Джона Донна: «Короткий сон – и вспыхнет вечный свет»{8}. Однако прежде придется умереть. Memento mori.
Убеждение, что смерть еще не конец, чрезвычайно распространено. С конца 1990-х гг. результаты опросов Института Гэллапа неизменно показывают, что 72–83 % американцев верят в загробную жизнь{9}. Согласно исследованию 1999 г., среди протестантов доля верующих в рай десятилетиями оставалась равной 85 %, а среди католиков и иудеев росла с 1970-х по 1990-е гг.{10} По данным опроса Pew Forum 2007 г., 74 % американцев убеждены в существовании рая, а среди мормонов этот показатель достигает рекордных 95 %{11}. По данным многолетнего исследования общественного мнения Harris Poll, в 2009 г. веру в небеса разделяли в среднем 75 % американцев – от 48 % иудеев до 97 % вновь обратившихся к вере христиан{12}. Показательно, что вера в дьявола и силы ада постепенно слабела среди адептов как либеральных, так и консервативных церквей{13} и во всех опросах веривших в загробные муки оказывалось на 20–25 % меньше, чем рассчитывавших на райское блаженство, – налицо склонность к чрезмерному оптимизму (overoptimism bias){14}. За пределами США доля верящих в загробную жизнь обычно ниже, но тоже велика. Например, в ходе опроса 18 829 человек из 23 стран (Ipsos/Reuters, 2011 г.) 51 % респондентов сообщили, что убеждены в существовании загробной жизни, при этом процент менялся от 62 % (индонезийцы) и 52 % (жители ЮАР и Турции) до 28 % (бразильцы) и всего 3 % жителей чрезвычайно секуляризованной Швеции{15}.
Вера в загробную жизнь настолько мощна и притягательна, что ее разделяет треть агностиков и атеистов. Представляете? В ходе проведенного в 2014 г. Институтом изучения семьи и культуры в Остине исследования 15 738 американцев от 18 до 60 лет из 13,2 % опрошенных, которые отнесли себя к атеистам или агностикам, 32 % утвердительно ответили на вопрос: «Считаете ли вы, что после смерти существует жизнь или сознание в той или иной форме?»{16} Разумеется, это меньше среднего для данного исследования значения в 72 %, но все равно на удивление много. Мы привыкли считать, что мировоззрение атеистов и агностиков строится на предположении, что если Бога нет, то нет и загробной жизни. Возможно, это слишком смелое утверждение: кто знает, чем руководствуется человек, заполняющий подобную анкету? Однако тот факт, что 6 % атеистов и агностиков рассчитывают еще и на телесное воскрешение мертвых (для сравнения: этот показатель среди всех опрошенных составил 37 %), возможно, свидетельствует: вера в Бога и в бессмертие лежит в разных плоскостях. Можно верить в жизнь после смерти, но не в Бога. Можно в то и в другое. Или ни в то ни в другое.