Всего за 149 руб. Купить полную версию
Примерно в те времена, когда ангелы и черти служили в общем братстве, произошла такая история. Увидел Господь бедного горюющего юношу, который целыми днями лишь плакал и молился. Посмотрел он на него раз – плачет, взглянул второй – плачет, в третий раз – рыдает, сердечный. Нахмурился Господь и приказал двум небесным служителям спуститься и помочь бедняге. Отправились двое, один был ангел, а другой – черт.
Спустились они на землю, да неудачно, до дома бедного юноши им оставалось не меньше мили. Пошли они по дороге: ангел ступает важно, чтобы не запачкать белых одежд, а черт балуется. С чьего-то огорода луковицу стащил, наломал тростника. Подошли они к дому, ангел и говорит: «Ты, черт, подожди меня здесь, не то еще напугаешь невинного».
Черт остался, ангел вошел в горницу. Встретил его юноша горючими слезами. «Что ты плачешь?» – спросил добрый ангел. «Как же мне не плакать, если у меня на обед ни мяса, ни супа, одна черствая горбушка». «Это легко исправить», – сказал ангел. Хлопнул он в ладоши, и на столе появились самые изысканные блюда.
Юноша стал плакать горше прежнего. «Ах, бедный я, бедный, – причитал он, – нет у меня ни брата, ни свата, чтобы со мной обед разделить!»
«И это не беда», – сказал ангел. Хлопнул он два раза в ладоши, появились на пороге люди. Они стали подходить к юноше, обнимать, целовать и за стол садиться. «Вот добрая твоя семья», – сказал ангел. Смотрит, а юноша рыдает, аж заходится. «Ах, когда я сам был бы достоин этих яств и этих людей! Поломанная моя жизнь!»
Ангел нахмурился. «Жизнь твоя – зреющий цветок, – сказал он. – И никто не ломал его, смотри!» – он трижды хлопнул, и юноша увидел, как его жизнь распускается цветком в саду Господнем.
«Может, и так, – молвил плачущий юноша, – но не дано ни мне, ни тебе познать глубину моей печали. Иди, добрый человек, спасибо, что пытался помочь мне. Прощай и забери свои подарки». Сказав это, юноша сел у стола и зарыдал пуще прежнего.
Ангел, опечаленный, вышел на улицу: «Пойдем, видно есть границы и у добродетели». «Э-э-э, нет, – сказал черт, – теперь, чур, я попробую». «Куда тебе, – возмутился ангел, – кого ты своим грязным видом можешь успокоить? Ну-ка, иди за мной!»
Но черт, не слушая его, забежал за дом и вскарабкался на подоконник. Юноша по-прежнему плакал, склонившись над столом. «Слабо плачешь, – сказал, понаблюдав, черт. – Это не плач, а колыбельная, меня от нее в сон клонит. Сейчас тебе, пацан, подкрепление придет!» Он вытащил из кармана луковицу, разрезал, и сунул половинку парню под нос. Потом пошарил по полкам (и краюху хлеба у бедняка стянул), нашел уксус и прыснул его юноше в лицо.
«Добрый человек! – закричал юноша, отчаянно стирая брызнувшие слезы с лица. – Что вы делаете? Мне не нужны все эти ваши… подкрепления. Мне не нужна ваша помощь! Оставьте меня в покое!»
– В полном покое? – уточнил черт.
– Да, в полном покое, чтобы мог я остаться один со своим горем!
– С радостью, – сказал черт, – а ты говорил, помощь не нужна.
С этими словами он хлопнул два раза в ладоши, и оказался вдруг с юношей в чистом небе. Ни ярко там было, ни темно, не слышно там было ничего и не видно.
– Вот теперь полный покой, – удовлетворенно сказал черт. Сиди теперь, отдыхай. Плакать-то здесь привольней!
Но юноша уже не плакал, он гневно смотрел на черта: «Кем бы ты ни был, таинственный пришелец, – воскликнул он, – знай, твоя помощь неуместна!»
– Да ты расслабься, – сказал черт, – и поплачь. Ты так сладко это делаешь. Даже, – и он зевнул, – спать хочется. Вперед, малыш, пробуй силы на чистом воздухе.
И черт приготовился слушать.
– Злые люди, – сказал юноша, – что ж вы со мной делаете? – Его губы затряслись, а в глазах показались слезы. – Такие, как ты, и сломали цветок моей жизни.
– А-а, цветок, – протянул черт. – А что, это идея.
Откуда-то вдруг он выхватил цветок и стал рассматривать его.
– Нет, знаешь, – сказал черт, – пока он не сломан. Но это всегда легко сделать.
И он стал крутить стебель и листья – до того, что у юноши искры из глаз посыпались.
– Вот теперь это похоже, – приговаривал черт, – на истинные страдания. Значит, сломанный, говоришь, цветок? Так это он еще не сломан, погоди, парень…
– Эй, – завопил бедняк, – что ты делаешь? Перестань немедленно! Отдай! Отдай мне мой цветок!
– У-тю-тю, вот уж нет! – засмеялся черт, – Лучше пойду, скормлю его корове!
И он помчался по воздуху куда-то вдаль, а за ним бросился с горящими глазами и юноша, и разорванная одежда развевалась на его тощей груди.
Знаете, сколько они бежали? Бедный юноша не видел ничего, кроме цветка в чертовых руках, а черт выбирал путь похитрее, и то они бежали по пустыне, одетые как купец и паломник, то по невиданному базару и были точь-в-точь как вор и полицейский. Ух! И до деревни, наконец, добежали. Там юноша изловчился, прыгнул на похитителя и вырвал у него цветок. Черт повернулся и выпустил когти.
– Не подходи, – закричал юноша, – изыди, нечистая сила!
Он вбежал в свой дом, поставил цветок на подоконник – ах, каким чудесным светом озарилась вся его комната! Бедняк подошел к окну, распахнул его и откинул глупые пыльные занавески. Взял ведро, наполнил его водой – и окатил пол своей лачуги. Посрывал со стен тряпки, собрал свои носовые платки – и в помойку!
Черт подошел к ангелу, одиноко стоящему возле дома. Из окна мимо него то пролетала какая-то утварь, то клубами вырывалась пыль. Пойдем дружище, – сказал черт. – Мы ему больше не нужны».
Хам, конечно, был этот черт из сказки, но однако же для излечения уныния молодого человека понадобились такие «дикие» методы. А если предположить, что – то, что мы называем злом, приходит к человеку, когда ему требуется сильная встряска?
Михаил Свечников, эзотерик и переводчик книг Алисы Бейли, сказал когда-то, что «людям, которые живут наименее осознанно, приходится переживать наиболее грубые вещи», тогда «сон сознания» слетает с них, и они становятся более живыми, более «интенсивно вибрирующими».
Зло – неорганизованные, «дикие» силы
Сильные воздействия, температурные скачки, высокое давление и значительные механические деформации пробуждают отклик сознания, спящего в атоме (Анни Безант, «Исследование Сознания»).
Аналогичный процесс происходит и при эволюции человека. Иногда для пробуждения сознания в нем – природе приходится прибегать к интенсивным методам. Айванхов говорит, что «порою человек испытывает жар: это его нагревают для обработки, как это делается с металлом. А иногда на человека сыплются удары. Это его подвергают ковке. Потом его поливают “холодной водой”. Так происходит закалка».
Но человек терпеть не может ни жара, ни ударов и ни «холодной воды». Он отрицает и ненавидит все, что ему не нравится. То, что человеку мешает или вредит, он воспринимает враждебным, воспринимает как зло. Оно и является таковым по отношению к нему до тех пор, пока он не сможет это зло подчинить, использовать или трансформировать. Простым примером этого являются дикие звери, которые первоначально вредили человеку, пока он их не приручил. Когда же он их одомашнил, они стали приносить ему пользу.
Точно так же жар или холод, суровые природные условия и даже… патологические черты характера.
Итак, мы видим, что прирученное зло работает на человека, и тогда оно уже «НЕ является злом». Но существует также «зло дикое», те силы, которые человек пока еще не может освоить, обуздать, хотя и пытается. Например, человек не может предотвратить стихийные бедствия, но он борется с ними – старается предсказывать, организует оповещение и эвакуацию. Хорошим примером сотрудничества людей Земли является международная помощь при стихийных бедствиях.
Но «дикое зло» – не только в стихиях, оно пока является и частью человеческой природы. Это – эгоизм, жестокость, ненависть, амбиции, властолюбие и своеволие, предрассудки и национализм – как отдельных людей, так и целых государств.