Великий Га-ав требует разбить и предать огню мерзкие капища лжебога Нуррта!
Хранитель складов согласно кивнул.
— Я целиком поддерживаю уважаемого Дже-у-Мара. Положение действительно стало невыносимым. Нужно использовать заветы Великого, совершить предначертанное.
Рамрод вдруг почувствовал неодолимое желание почесать ногу за ухом. Видимо, несмотря на прогресс, жители города все-таки не слишком далеко ушли от своих предков. Для собаки это было бы естественным. Но для командора-воителя… Да еще за столом Совета… Как на этот счет высказывается местный этикет? Но память Лот-а-Рата молчала, видимо, это знание было на стертом участке. Страшным усилием воли, содрогнувшись, аж зубы заскрипели, Рамрод подавил желание и хрипло сказал:
— Боевые псы готовы исполнить волю Великого хоть сию минуту. Мы загрызем их, но… — он замялся. — За последнее время, откровенно говоря, наша хоругвь понесла ощутимые потери. Мы не колеблемся, нет. Но нам будет очень трудно, и мне хотелось бы рассчитывать на помощь главного слухача.
И тот час у него в мозгу вспыхнул розовый свет, скрипучий голос Херринга посоветовал:
— Прослушай его, обязательно прослушай.
Гар-и-Гор встал и важно начал:
— Мои глаза и уши доносят мне, что положение у котов еще хуже, чем у нас. Сиамская гвардия бессмертных правящего падишаха доблестными псами растерзана настолько, что совещательный диван рассматривает вопрос о ее расформировании. Еще немного подождать — и их можно будет брать голыми руками.
— Правильно, — пискнул хранитель складов. — Самое главное — выждать благоприятный момент.
А в это время в голове у Рамрода звучало:
— Дураки… Суньтесь только… Вас там всех прикончат… Скорее бы свернул себе шею проклятый Дже-у-Мар… С оборотнем как-нибудь разберемся, не останется никого на моем пути… Я ведь так хорошо все устроил… Почему же он ожил… Чудес не бывает, вздор. Это все проклятый жрец подстроил, это выгодно только ему! Значит его и надо убрать первым. А потом падишах назначит меня наместником, и я буду править один. Один!.. Без этого дурацкого Совета. Падишах умнее, он не собирается никого истреблять, как этот выживший из ума бесноватый старый болван… Чучело…
— Слышал? — проскрипел Херринг.
— Слышал.
— Тогда делай выводы.
— Постараюсь.
Размышления Рамрода прервал вопросом Дже-у-Мар:
— Что скажет командор-воитель?
Рамрод пожевал губами и задумчиво произнес:
— Я предпочел бы сам посмотреть на все, прежде чем принять окончательное решение. Предмет вопроса слишком серьезен, чтобы действовать так скоропалительно.
— Правильно, надо подождать! — крикнул Гар-и-Гор.
— Если они так слабы, как ты говоришь, то ждать как раз не следует. Если же твои глаза и уши ошиблись, то нужна осторожность. Нет, мы не будем откладывать наш удар надолго, но еще раз все тщательно взвесим.
— Я присоединяюсь к мнению командора-воителя, — высказался хранитель складов. — Не будем ждать. Вперед!
— Мерзавец… — заметалось в мозгу Рамрода. — Пронюхал что-то… Или просто совпадение?.. Не верю… Проверить все лично, самому проверить… А, какая разница… Нет, надо принять меры… Берегись…
Верховный жрец подвел итог:
— Я тоже предлагаю возложить ответственность решения на благородного Рот-а-Рата. Он воин, ему виднее. И я с ним согласен, медлить мы не будем! Готовьтесь!
— Я сделаю это завтра же, — пообещал Рамрод.
В положении командора-воителя были и свои плюсы. Например, не нужно бить ноги, разгуливая по городу. К высокому крыльцу храма Га-ава, где обитали члены Совета, был подан паланкин. Носильщиками были четверо угрюмых туповатых на вид слуг с висячими, как у спаниелей ушами.