Тимофеев Сергей Николаевич - Как стать оруженосцем стр 11.

   ...Королевская телега скрылась за поворотом, но наши путешественники, понимающе переглянувшись, не последовали за ней, а свернули в сторону, на другую дорогу, не столь пробитую, но и не заброшенную. Некоторое время они шли молча, потом сэр Ланселот не выдержал и как-то запинаясь спросил:

   - А ты обратил внимание, какое платье было на короле?..

   И выжидающе замолчал.

   Владимир хотел было объяснить рыцарю, что к чему, но потом, то ли из озорства, то ли еще по какой причине (например, слегка щелкнуть сэра Ланселота по носу, уж больно иногда тот заносился), ответил:

   - Ничего необычного, мантия вот только, как мне показалось, пообтерлась. Или нет?

   - Мне тоже так показалось, - поспешно сказал сэр Ланселот. - Я еще даже удивился: говорит - платье новое, а ежели приглядеться, так какое-то вроде как ношенное...

   После чего, не возобновляя разговора, продолжал шагать с недоуменным видом, время от времени неощутимо для самого себя пожимая плечами. Владимир начал было уже сожалеть о розыгрыше и подыскивать подходящий способ развеять его сомнения, когда впереди показалась группа рыцарей. Сэр Ланселот тут же остановился и принял воинственный вид.

   Рыцарей было человек двадцать. Однако, если судить по их внешнему, весьма плачевному, виду ратной опасности они не представляли. Кони их пошатывались, да и сами они, - по мере приближения это становилось все более очевидным, - еле-еле держались в седлах. Никто из них не держал в руках копья или другого оружия, щиты были перекинуты за спину; лишь у первого, - по всей видимости, предводителя отряда, - имелось нечто вроде пики со штандартом, на котором была изображена корова.

   - Провалиться мне на этом самом месте, - воскликнул сэр Ланселот, когда они приблизись настолько, что помимо изображения на штандарте стало возможным разглядеть худые до полной изможденности лица, - если это не мой старинный знакомый, доблестный рыцарь, испанский кабальеро дон Педро Гомец, по прозванью Лев Кастильи... Эге-гей! - приветственно рявкнул он, так что отряд дружно пошатнулся и едва не упал полным составом. - Рад видеть тебя, дружище!..

   - Судя по голосу, это, должно быть, славный рыцарь сэр Ланселот? - слабо донеслось в ответ, хотя от всадников наших путешественников отделяло каких-нибудь два десятка шагов.

   - Ты не ошибся, Лев Кастильи! Сколько же мы не виделись?.. Однако, что с тобой приключилось? Я гляжу на тебя, и не узнаю. Куда подевалась твоя благородная осанка, где пышущий здоровьем и силой вид? Какой злой колдун тебя околдовал?

   - Увы, мой друг!.. И сила, и здоровье, и осанка - все это осталось у стен замка Памбы, будь он неоднократно взят приступом и стерт с лица земли...

   Дон Педро, приблизившись совсем вплотную, поднял руку, подавая отряду сигнал приостановить движение. Все остановились и странным образом сбились в кучку. "Чтобы ветром не унесло", - почему-то подумалось Владимиру.

   - Замка Памбы?.. - несколько удивленно осведомился сэр Ланселот. - Так ты что же... опять?..

   - А что делать? Традиция - она на то и существует, чтобы ей следовать. Что отцами да дедами завещано...

   Дон Педро тяжело вздохнул.

   - Да будет тебе известно, - начал он, - что десять лет и полгода тому назад я, следуя традиции, собрал верных мне рыцарей и осадил замок Памбу, которым все еще владеют злокозненные мавры. Девять тысяч рыцарей привлек я под свои знамена, и все же, нас оказалось слишком мало, чтобы окружить замок целиком. Местность там, понимаешь, неподходящая для осады, - пояснил он. - Поэтому мы стали лагерем и взяли в кольцо только половину...

   - Так это что же, у осажденных осталась возможность подвозить провиант? - удивился сэр Ланселот.

   - По-твоему я совершенно не смыслю в военном деле? - возмущенно встопорщил пышные усы, до того свисавшие мочалом, дон Педро. - Месяц мы стояли с одной стороны замка, а затем, пользуясь темнотой ночи, сворачивали лагерь, скрытно перемещались и окружали другую половину. Таким образом, замок оказывался окруженным со всех сторон.

   - Это другое дело, - одобрительно заметил сэр Ланселот. - А по завершении окружения, как я понимаю, вы сразу пустили в ход штурмовые машины и пошли на приступ?

   - Это еще зачем? - настал черед удивиться Льву Кастильи. - Разве так сейчас воюют? Как только мы обустроились, - то сразу же принесли обет: во все время осады питаться только хлебом, запивая его молоком.

   - Так вот почему у тебя на знамени изображена корова, - догадался сэр Ланселот.

   - Ну да, - просто ответил дон Педро. - Видишь ли, когда Памбу осаждал мой отец, он дал обет не стричь волос, усов и бороды, пока осада не увенчается успехом. Рыцари, естественно, последовали его примеру. Десять лет, как того требовала традиция, стояли они под стенами, обросли до безобразия, но замка так и не взяли. Злые мавры тогда торжествовали. Еще бы! Попробовал бы кто-нибудь надеть доспехи в том состоянии, до которого довела отца и его войска их неуступчивость... Поэтому я избрал иной обет, не менее суровый, но такой, чтобы он не мешал облачаться в латы.

   "Зато создал другую проблему, как бы из них не выпасть или не проскочить насквозь", - отметил про себя Владимир.

   - Так вот. Произнеся обет, мы выслали парламентеров в замок и предложили им вывесить белый флаг и сдать замок на наших условиях, - продолжал тем временем дон Педро. - При этом самым решительным образом было заявлено, что, в случае отказа, осада будет продолжаться, причем никаких поблажек себе в отношении принятого обета мы не дадим ни при каких условиях. Так что пусть решают, причем, желательно, поскорее, пока стоит хорошая погода и есть возможность заняться другими насущными делами.

   - Вы поступили как подобает порядочным рыцарям, нисколько не умалив собственной чести, - голосом, в котором слышались нотки зависти, произнес сэр Ланселот. - И что же мавры?

   - А ты разве когда-нибудь слышал о том, чтобы мавры обладали хотя бы благоразумием? Не взирая на предложенные им почетные условия безоговорочной капитуляции, они заявили, что, просто так взять и сдаться они не могут - поскольку в этом случае мы получаем замок и его разграбление, а они что?..

   - Да, мавры всегда были корыстолюбивы, - заметил сэр Ланселот.

   - ... во-вторых, у них имеется достаточно продовольствия, чтобы выдержать длительную осаду, и, пока они его не съедят подчистую, разговоры о сдаче как-то не совсем приличны, - над ними просто будут смеяться, а в-третьих, заявили, что латы у нас, как на подбор, времен Карла Великого, что в таких уже давно никто не осаждает, и что в следующий раз, когда мы пришлем парламентеров, было бы неплохо нам их поменять. Мы предложили поменять латы на замок, но они не согласились. На чем и разошлись.

   - Латы на замок? - нахмурился сэр Ланселот.

   - Поскольку покинуть свою цитадель они должны были без оружия, то доспехи все равно остались бы у нас. На их коварство мы собирались ответить военной хитростью, что вполне допустимо и даже приветствуется. Слушай дальше. На военном совете было заслушано мнение обороняющейся стороны, и некоторые из нас, признаться, дали слабину: предложили обойтись без разграбления, только чтобы побыстрее. Но большинство, надо отдать ему справедливость, быстро поставило их на место, доказав как два плюс два пять, что война, собственно, и заключается в разграблении, что иначе, собственно, нечего было и затевать осаду, а кроме того, потребовали привести хотя бы один пример из славной истории рыцарства, когда б без этого обходились. А чтобы окончательно поставить на место, напомнили о старых латах, поставленных в претензию. Единодушие было достигнуто, и мы приступили к правильной осаде. Самым сложным оказалось снабжение армии организовать. Сам посуди, сколько голов скота нужно, чтобы всех молоком в достаточной мере оделить...

   Дон Педро тяжело вздохнул. Рыцари покачнулись.