Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Поначалу младшая млела от отцовской любви. Тем не менее вскоре она поняла, что король безумен и одержим жаждой власти. Она обречена до конца своих дней жить со старым тираном, о котором нужно постоянно заботиться. Однако девушка не покинет его, и неважно, что с каждым днем здоровье его ухудшается.
Останется ли она из-за любви к нему, сравнимой с любовью мяса к соли?
Или потому, что он пообещал ей королевство?
Ей трудно понять, в чем разница.
17
Осенью после поездки в Европу я затеяла благотворительный проект. Каждый день я отдаю что-то свое.
Я отправила Миррен старую куклу Барби с очень длинными волосами, из-за которой мы часто ругались в детстве. Джонни получил полосатый шарф, который я любила носить. Ему нравится все полосатое.
Для пожилых членов моей семьи мамочки, тетушек, дедушки коллекционирование красивых предметов цель жизни. У кого к смерти накопится больше, тот и выиграл.
Что выиграл? Хотелось бы мне знать.
Раньше я любила красивые вещи. Как мама, как все Синклеры. Но теперь не люблю.
Мамуля заполнила наш дом в Берлингтоне серебром и хрусталем, дорогими альбомами и кашемировыми одеялами. Толстые ковры украшают пол, картины местных художников, которых она постоянно скупает, стены. Ей нравится старинный фарфор, который красуется на видном месте в гостиной. Прекрасный «Сааб» сменился «БМВ».
Все эти символы хорошего вкуса и процветания бесполезны.
От красоты много пользы, спорит мама. Красивые вещи делают дом особенным, создают личную историю. И просто дарят удовольствие, Каденс. Ты когда-нибудь слышала об удовольствии?
Но мне кажется, она врет мне и себе о том, зачем ей эти предметы. Дело в том, что радость от новой покупки придает ей, хотя бы на мгновение, чувство власти. Думаю, это поднимает ее статус дом, полный красивых безделушек, дорогих картин от ее талантливых друзей и ложек от «Тиффани». Антиквариат внушает людям мысль, что пусть мама, окончив престижный Брин-Мор, всего лишь разводит собак, но у нее есть власть потому что есть деньги.
Отдаю: свою подушку. Я ношу ее с собой, пока бегаю по городу.
У двери в библиотеку, прислонившись к стене, стоит девушка. У ее ног бумажный стаканчик для мелочи. Она немногим старше меня.
Хочешь подушку? спрашиваю я. Наволочку я постирала.
Она берет ее и садится сверху.
В эту ночь мне было неудобно спать, но это к лучшему.
Отдаю: «Короля Лира» в мягкой обложке, которую я читала, оставшись на второй год, нашла под кроватью.
Пожертвовала в публичную библиотеку.
Мне не нужно его перечитывать.
Отдаю: фотографию бабули Типпер с вечеринки Сельскохозяйственного института, в вечернем платье и с поросенком на руках.
На пути домой я останавливаюсь у «Гудвила».
Привет, Каденс, машет мне Патти из-за стола. Ты просто так заехала?
Это моя бабушка.
Она была великолепна, посмотрела на фотографию Патти. Уверена, что не хочешь забрать фото? Можешь пожертвовать только рамку.
Уверена.
Бабушка мертва. Ее фотография ничего не изменит.
Ты снова заходила в «Гудвил»? спрашивает мама, когда я возвращаюсь домой. Она нарезает персики специальным ножом для фруктов.
Бабушка мертва. Ее фотография ничего не изменит.
Ты снова заходила в «Гудвил»? спрашивает мама, когда я возвращаюсь домой. Она нарезает персики специальным ножом для фруктов.
Да.
От чего избавилась на этот раз?
От старой фотографии бабушки.
С поросенком? Ее губы дергаются. Ох, Кади.
Она была моя, я имела право ее отдать.
Мамочка вздыхает:
Если отдашь одну из собак, я устрою тебе сладкую жизнь.
Я присаживаюсь на рядом с собаками. Бош, Грендель и Поппи встречают меня тихим тявканьем. Они наши семейные собаки, великолепные и воспитанные. Чистокровные золотистые ретриверы. Поппи родила потомство для маминого бизнеса, но щенки и остальные собаки живут с маминым партнером на ферме за Берлингтоном.
Я бы никогда не смогла, говорю я.
Шепчу в пушистые собачьи уши, как я их люблю.
18
Если погуглить «травма мозга», большинство сайтов подтвердят, что одно из последствий выборочная амнезия. Когда мозг травмирован, пациенты редко теряют память. Они не могут вспомнить лишь, как получили травму.
Но я не хочу, чтобы люди знали о моем изъяне. Несмотря на все консультации, сканирования и таблетки.
Не хочу быть инвалидом в их глазах. Не хочу пить еще больше таблеток. Не хочу докторов и обеспокоенных учителей. Клянусь Богом, докторов с меня достаточно.
Вот что я помню из лета, когда произошел несчастный случай:
Как влюбилась в Гата, стоя у кухонной двери в Рэд Гейт.
Его розу для Ракель и мой вечер с бутылкой вина, когда я не находила себе места от гнева.
Напускное нормальное поведение. Приготовление мороженого. Игру в теннис.
Зефирный десерт и ярость Гата, когда мы велели ему заткнуться.
Плавание под луной.
Поцелуй с Гатом на чердаке.
Историю про «Крекер Джек» и помощь дедушке, когда он спускался по лестнице.
Качели, подвал, Периметр. Мы с Гатом лежим в обнимку.
Он видит, как я истекаю кровью. Задает вопросы. Перевязывает мои раны.
Остальное я не очень помню.
Я вижу руку Миррен, облупившийся золотой лак на ногтях, как она держит канистру с бензином для моторной лодки.