Всего за 199 руб. Купить полную версию
Именно поэтому Василий Макарович сейчас очень хотел бы, чтобы Василиса взглянула на сегодняшнего посетителя и высказала о нем свое мнение.
Он в третий раз за последние полчаса набрал номер мобильного Василисы – и снова равнодушный механический голос сообщил ему, что абонент находится вне зоны действия сети.
– Да куда же она запропастилась… – пробормотал в сердцах Куликов. – Как надо, так ни за что ее не найдешь…
– Что вы говорите? – удивленно переспросил потенциальный клиент.
– Да нет, это я не вам, это я своим мыслям… – отмахнулся Василий Макарович. – Так все же, чего конкретно вы от меня хотите?
– Чтобы вы избавили меня от слежки, – ответил клиент с едва заметным раздражением.
– А кто за вами следит? – забеспокоился детектив. – Если милиция, то я пас, я с милицией не конфликтую!
– Нет-нет! – горячо возразил посетитель. – Не беспокойтесь, никакой милиции! За мной следят люди, нанятые моей бывшей женой.
Он вскочил, подбежал к окну и, осторожно отведя занавеску, выглянул на улицу.
– Вот, и сейчас они здесь! – проговорил с чувством глубокой безысходности.
Василий Макарович встал, подошел к окну и взглянул через плечо нервного клиента.
На противоположной стороне улицы стояла большая темно-зеленая машина. В ней определенно кто-то сидел.
– Значит, бывшая жена… – протянул Василий Макарович, вернувшись на место и побарабанив пальцами по столу. – Знакомая история…
Открывая детективное агентство, он надеялся, что придется заниматься серьезными расследованиями. На деле же к нему обращались в основном обманутые мужья и жены (или считающие себя обманутыми) и поручали проследить за своей второй половиной. Попадались и другие дела, столь же малоинтересные, – например, проследить за вороватым сотрудником коммерческой фирмы и поймать его за руку.
Иногда, конечно, случалось и что-то поинтереснее, но чрезвычайно редко.
– Значит, бывшая жена… – повторил частный детектив. – А чего ей от вас нужно, ежели она уже бывшая?
– Вы не представляете, до чего она вредная и ревнивая! – воскликнул клиент, перегнувшись через стол и доверительно понизив голос. – Она хочет помешать моему счастью…
– Счастью? – переспросил Куликов.
У него за годы работы в милиции выработалась привычка повторять фразы собеседников – это давало запас времени, чтобы собраться с мыслями и обдумать ответ.
– Ну да! – воскликнул клиент. – Дело в том, что я встретил женщину своей мечты… Она красавица, человек замечательной души и огромного таланта. Конкретно – Диана поет.
– Моя покойная супруга тоже иногда пела, – проговорил Василий Макарович, и взгляд его затуманился от воспоминаний, – особенно когда готовила. Причем если варила борщ, то пела что-нибудь украинское, например «Рушник», если готовила пельмени, то непременно «Славное море, священный Байкал», а если, к примеру, макароны – так даже «Вернись в Сорренто» вытягивала…
– Вы меня не поняли, – холодно перебил его клиент. – Диана поет профессионально. Она оперная певица, сопрано. В частности, сегодня в театре «Петербург – Опера» на утреннем спектакле она исполняет партию Розины. И я непременно хочу встретить ее, послушать ее пение, подарить ей цветы. А моя бывшая наняла людей, чтобы помешать мне. Так вот, сможете ли вы помочь мне от них отделаться?
– А что? – оживился Василий Макарович. – Театр я уважаю… опять же любовь… Ну ладно, давайте заключать контракт! Позвольте взглянуть на ваш паспорт!
На этих словах клиент засмущался:
– Паспорт? А это обязательно?
– Конечно! – строго проговорил Куликов. – Я же должен знать, с кем имею дело. А вдруг вы не тот, за кого себя выдаете?
– Вы понимаете, у меня паспорт в прописке, я получу его только через три дня, а Диана поет сегодня, и если я ее не увижу, если не выражу ей свое восхищение, не поднесу букет цветов… моя жизнь будет разрушена! Мое счастье в ваших руках! – Мужчина сложил ладони в молитвенном жесте и с надеждой взглянул на детектива.
– Ну, я прямо не знаю… – задумался Куликов. – Такой порядок, что без паспорта нельзя…
Клиент неуловимым движением запустил руку во внутренний карман своего пиджака, и на столе перед Василием Макаровичем появились несколько крупных купюр.
– Ну, может быть, вы все же сделаете для меня исключение? – проговорил он умоляющим голосом. – Вы не подумайте, это только аванс!
– Исключение? – повторил детектив. – Ну да… любовь… судьба… аванс… Ладно, так и быть! Заполним контракт с ваших слов. Но потом вы мне все же занесете паспорт.
– Непременно занесу! – обрадовался клиент.
Куликов положил перед собой стандартный бланк договора и вооружился ручкой.
– Ваше имя, отчество, фамилия?
– Козловский Иван Семенович, – проговорил тот с едва заметным смущением.
– Что-то мне ваше имя знакомо, – пробормотал Василий Макарович, записывая данные. – Вы в городском управлении внутренних дел не служили?
– Не довелось, – ответил клиент странным голосом.
– И в прокуратуре?
– Упаси боже!
– Ну, может, однофамилец… Вот здесь распишитесь, пожалуйста. – Куликов придвинул бланк клиенту.
Покончив с формальностями и убрав аванс в верхний ящик стола, Василий Макарович снова взглянул на клиента.
– Ну что, Иван Семенович, приступим к работе?
– Да, и поскорее, пожалуйста! – Клиент взволнованно потер руки. – Через два часа начинается спектакль!
– Вы когда сюда приехали, «хвоста» за собой не заметили?
– «Хвоста»? – Клиент машинально оглянулся через плечо. – Это в каком смысле?
– В смысле слежки, – пояснил детектив. – Впрочем, о чем я вас спрашиваю… вы же не профессионал, вы и открытое наблюдение не заметили бы. Будем исходить из того, что «хвост» был.
– Ну да, вот же машина их стоит…
Куликов поднялся и вместе с клиентом покинул квартиру.
На лестничной площадке он остановился, перегнулся через перила и заглянул в пролет.
– Здесь вроде никого, – проговорил вполголоса. – Идите за мной и молчите!
Крадучись, стараясь ступать бесшумно, Василий Макарович спустился до первого этажа и здесь позвонил в дверь, на которой красовалась табличка «Ремонт и изготовление ключей».
– Открыто! – донесся из-за двери хриплый голос.
Куликов толкнул дверь и оказался в полутемном помещении, заставленном какими-то ящиками и чемоданами. Посреди этого помещения сидел в инвалидном кресле чернобородый человек лет сорока. Это был Ахмет, инвалид с золотыми руками, который держал мастерскую по ремонту ключей, замков, мелкой бытовой техники и всего остального, что может ломаться.
– Здоров, Макарыч! – приветствовал он частного детектива. – Чего надо? Ключ, что ли, потерял?
– Да нет, Ахмет, разреши нам с человеком через твою кухню выйти. Там к гаражу ближе.
– Проходи, мне не жалко!
Ахмет откатился в сторону, и Василий Макарович, ведя за собой клиента, прошмыгнул через захламленную мастерскую, открыл неприметную дверь черного хода и вышел в подворотню. Выглянув наружу, он убедился, что поблизости нет никаких подозрительных лиц, и вывел перепуганного клиента во двор.
Дворы Васильевского острова – это отдельная страна, обширная и запутанная, как знаменитый критский лабиринт. Никто, кроме настоящих старожилов, не знает эту удивительную страну, зато тот, кто хорошо с ней знаком, может дворами пересечь весь остров, от Невы до реки Смоленки. Так что сейчас Куликов без проблем провел своего нового клиента дворами к гаражу, где стоял его видавший виды «жигуленок».
Здесь он еще раз попытался дозвониться до Василисы, но результат, как и прежде, был нулевым.
– Это что – ваша машина? – осведомился клиент, с недоверием оглядев потрепанное чудо российского автопрома.
– А вы не глядите, что она такая неказистая, – проговорил Василий Макарович, любовно поглаживая капот своего автомобиля. – На дороге моя ласточка любому «мерсу» сто очков вперед даст! Если, конечно, не заглохнет…
На этот раз «жигуленок» не подвел своего хозяина, и через полчаса Куликов уже доставил беспокойного клиента на Галерную улицу, где в старинном особняке барона фон Штакенштукера располагается театр «Петербург – Опера».