– Твои стрелы летят на триста шагов, они дробят камень! Если бы у нас было оружие Белых дьяволов, ни один из них не ушел бы живым из нашей деревни! – восторженно заявил Гуг, скидывая свою ношу у ног Мгала.
– Дробят мягкий песчаник, но кто знает, удастся ли им пробить металлический панцирь? К тому же сделать такой арбалет не под силу ни одному из известных мне племен, самострелы северных рудознатцев не идут с ним ни в какое сравнение, – отозвался Мгал. – Молодец Гиль, что сообразил подобрать его и утащил, как и тебя, в свое убежище. Зря только выкинул поразившую тебя стрелу – она послужила бы мне образцом, и моя работа была бы более совершенной.
– Она и так… – начал было Гиль, но Эмрик прервал его:
– Погоди. Мы позвали вас для того, чтобы сообщить о появлении людей на дороге. Посмотрите, это и есть один из отрядов Белых Братьев?
Пять дней шли они по следам шайки, разорившей деревню Гута и Гиля. Дважды еще встречались им дотла сожженные поселения чернокожих, и трижды теряли они следы преследуемых, смешавшиеся со свежими следами других отрядов, посланных Белым Братством на земли барра. Разбойничьи шайки возвращались с богатой добычей, держа путь к Меловым утесам. Очевидно, они намеревались идти на восток по Осевой дороге, чтобы облегчить и ускорить движение груженных награбленным добром телег и пленных. Будучи уверенным, что Развилки ни одному из отрядов Белого Братства не миновать, Гуг предложил бросить погоню и поспешить прямо к перекрестку дорог. Он рассчитывал, что им удастся опередить несколько разбойничьих отрядов и без особого труда отыскать среди них тот, который угнал в рабство его односельчан.
– Ну как, это они? – спросил Мгал, внимательно наблюдая за выражением лица Гуга, всматривавшегося вдаль.
– Нет. – Чернокожий разочарованно вздохнул. – Это возвращается южный караван.
– Караван с юга?..
– Кто бы это ни был, нам лучше спуститься с утеса и спрятаться. Дозорные их уже близко, – заметил Эмрик.
– Напротив, давайте выйдем навстречу. Быть может, караванщики согласятся взять вас с собой, с ними вы пересечете Угжанские болота, не подвергая жизнь напрасному риску. Мы же узнаем от них о передвижении отрядов Белых дьяволов.
Эмрик с сомнением взглянул на Гуга:
– Ты уверен, что южане не причинят нам вреда?
– Уверен. Они всегда хорошо относились к народу барра и, если верить слухам, не меньше нашего ненавидят Белых дьяволов, захвативших недавно два их города.
– Хорошо, спустимся и поговорим с ними, когда караван повернет к Скальному проходу, – решил Мгал.
2
– Этот арбалет действительно изготовлен мастерами Белого Братства. Вот клеймо. – Хог, начальник караванной охраны, указал на стилизованное изображение петуха, выжженное на прикладе, и протянул арбалет одному из обступивших его воинов.
– М-да-а-а… Рассказ ваш кажется мне странным. Более того, невероятным и подозрительным. – Старший караванщик оглядел из-под насупленных бровей Мгала и его спутников. – Два человека с севера мечтают увидеть Дивные города… Это забавно само по себе, давно уже я не слыхал ничего более неправдоподобного. Значит, ты утверждаешь, что пришел из-за Облачных гор?
Мгал кивнул. Крючконосый старик нравился ему все меньше и меньше. Ясно было, что он не верит ни одному их слову или по каким-то причинам делает вид, что не верит. И неверие его разделяют, похоже, все три десятка окруживших их воинов и караванщиков, разницу между которыми на первый взгляд усмотреть трудно: и те и другие вооружены короткими прямыми мечами, у многих, кроме того, имеются копья и луки. Нечего и думать прорваться сквозь их ряды. Убедить Старшего караванщика в своей правдивости тоже невозможно – все мыслимые доводы разбиваются о его несокрушимую подозрительность.
– Ну, допустим. Допустим даже, что твой светловолосый друг явился к нам из Солончаковых пустошей.