Заодно Старший караванщик велел и панцирные пластины прихватить. За них на базаре хорошую деньгу получить можно.
– А-а-а… – протянул Мгал понимающе. Подставил Эмрику плечо, обнял Гиля, и они медленно побрели прочь от трупа щитоносца, ставшего похожим на бесформенную каменную глыбу.
– Между прочим, знаете, откуда здесь появились глеги? – спросил Эмрик и, не дожидаясь ответа, продолжал: – Этих существ Владыки древних держав когда-то аж с архипелага Намба-Бота привозили! На материке-то они уж к тому времени окончательно вымерли. Приручали их, для битв готовили, а потом даже разводить начали. Щитоносцев и прочих всяких… Больших денег эти чудища стоили, а когда Землю Колдунов затопило, они на свободу вырвались и разбрелись кто куда. Многих людей пожрали.
Последние лучи солнца угасали, когда около болота вспыхнул погребальный костер и послышались удары топоров, вгрызавшихся в тело щитоносца. Костер горел всю ночь, освещая глега, и всю ночь, сменяя друг друга, кромсали тушу павшего исполина караванщики, криками и ударами металла о металл отгоняя от трупа ночных стервятников.
Глава третья
Предательство
1
Дождь лил не переставая, мутные потоки несли по узким улочкам грязь и песок. Ноги Мгала и его спутников по щиколотку увязали в бурой пенистой жиже, и людям казалось, что они снова очутились в Угжанских болотах.
Сквозь желтую пелену дождя едва виднелись высокие глиняные заборы, над которыми кое-где вздымались кроны плодовых деревьев да поблескивали глянцевые широкие листья молочных пальм. Изредка, оказавшись на возвышенности, путники могли видеть спрятавшиеся за дувалами глинобитные хижины с плоскими кровлями, окнами-щелями, защищавшими их обитателей от летнего зноя, и крохотными внутренними двориками. К хижинам лепились амбары и пристройки для скота. Бедно жили горожане, и, вопреки уверениям караванщиков, Уртак, во всяком случае увиденная часть его, произвел на Мгала удручающее впечатление. Оплывшая, полуразрушенная крепостная стена, узкие кривые улочки, захламленные арыки – все это свидетельствовало о том, что Уртак не принадлежал к числу Дивных городов, о которых северяне слагали сказки, но вполне соответствовало рассказам Менгера.
Миновав Красную долину, изрядно поредевший караван подошел к городу и остановился на Караванном поле, раскинувшемся вблизи крепостной стены. В ожидании ливня караванщики разбили походные шатры и лишь после этого, выставив на ночь усиленную охрану, ушли в город, к заждавшимся их семьям. Мгал, Эмрик и Гиль тоже намеревались взглянуть на Уртак, но Старший караванщик категорически запретил им уходить с Караванного поля до своего возвращения. Ночью пошел дождь, а наутро присланный стариком юноша передал его приглашение оставшимся у повозок воинам пожаловать в свой дом, дабы отметить благополучное завершение похода. Мгалу и его товарищам посланец сообщил, что они тоже будут на пиру желанными гостями и, кроме того, Старший караванщик хочет сделать им выгодное предложение. Состояло оно, как предполагал Мгал, в том, чтобы отправить их в качестве охраны с двумя дюжинами пустых повозок к Угжанским болотам. Кое-какие товары, зубы, когти и панцирные пластины, вырубленные из спины глега, не на чем было увезти, и Старший караванщик оставил Хога вместе с десятком воинов охранять их, пообещав прислать за ними повозки сразу по возвращении в Уртак. Стражники, пришедшие с посланцем, сменили воинов Хога, и те вызвались проводить Мгала и его спутников к дому Старшего караванщика на другом конце города.
Долго плутали путники в хитросплетениях узких улиц, пока не выбрались наконец на сравнительно сухую широкую дорогу.