Содержание:
ЧАСТЬ I. МЫ, АНТИЕВРОПЕЙЦЫ 1
ЧАСТЬ II. УСЛОВИЯ ДЛЯ ИМПЕРИИ 4
ЧАСТЬ III. ОШИБКА ДЕМОКРАТИИ 7
ЧАСТЬ IV. КОРНИ EВРОПЕЙСКОГО НЕДУГА 15
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 29
Александр Дугин. Послесловие к "IMPERIALISMO PAGANO" 29
Примечания 33
ЧАСТЬ I. МЫ, АНТИЕВРОПЕЙЦЫ
УПАДОК ЕВРОПЫ
Современная "цивилизация" Запада нуждается в кардинальном перевороте, без которого она рано или поздно обречена на гибель.
Эта "цивилизация" извратила всякий разумный порядок вещей.
Она превратилась в царство количества, материи, денег, машин, в котором нет больше воздуха, свободы, света.
Запад забыл о смысле приказания и повиновения. Он забыл о смысле действия и размышления. Он забыл о смысле иерархии, могущества духа, человеческих богов. Он больше не знает природы. Природа для западных людей перестала быть живым телом из символов, богов и ритуалов - блистающим Космосом, в котором, как "царство в царстве", свободно движется человек: она стала мутной, роковой поверхностью, и ее тайны профанические науки стараются обойти с помощью своих ничтожных законов и ничтожных гипотез. Запад больше не ведает мудрости: он не знает благородного безмолвия тех, которые преодолели самих себя, не знает светлого покоя тех, "которые видят", не знает гордой "солнечной" реальности тех, в ком возродились идеи крови, жизни, могущества. На место мудрости вступила риторика "философии" и "культуры", мир профессоров, журналистов, спортсменов - схема, программа, лозунг. На ее место вступила сентиментальная, религиозная, гуманистическая скверна и плеяда возбужденных болтунов, которые опьяненно восхваляют "становление" и славословят "практику", потому что боятся молчания и раздумья. Запад больше не знает Государства.
Государство как ценность, как Империя, как синтез духовного и королевского, как путь к "сверхмиру", каким оно было во всех великих культурах древности - от Китая до Египта, от Ирана до Рима, до Священной Римской Империи Германских Наций - потонуло в мещанской убогости общества рабов и торговцев. Что такое война, война по своей собственной воле, как высшая ценность (будь то в победе или в поражении), как священный путь духовной реализации; почему доступ в небесную обитель Одина, Валхаллу, открыт героям, павшим на поле битвы; почему в Исламе "священная война" (джихад) есть синоним "божественного пути"; почему в арийской Индии воин всегда уподобляется аскету, и почему в классической древности он символизировал собой mors triumphalis (победу через смерть) - что означает такая война, не знают больше трусливые европейские "активисты". Они не знают больше воинов, они знают только солдат, и достаточно небольшой стычки, чтобы привести их в ужас и вызвать у них поток гуманистической, пацифистской и сентиментальной риторики. Европа потеряла свою простоту, она потеряла центр своей деятельности, она потеряла свою жизнь. Демократический недуг и семистский яд пропитали ее вплоть до самых корней, - они везде: в праве, в науке, в мышлении. Вождей - существ, которые выдвинулись не посредством насилия, не из корыстолюбия, не как ловкие угнетатели рабов, а в силу своих неоспоримых трансцендентных жизненных достоинств, - почти не осталось больше. Европа сейчас - это огромное шарлатанское месиво, сжимающееся и трясущееся от страха, о котором никто не смеет заявить открыто, с деньгами вместо крови, с машинами и фабриками вместо плоти и с газетами вместо мозгов - бесформенное тело, беспокойно бросающееся из стороны в сторону, движущееся под влиянием сомнительных и неизвестных сил, которые превращают в порошок любого, кто осмелится им противостоять или хотя бы попытается уклониться от их воздействия. Все это - плоды столь восхваляемой западной "цивилизации". Все это - прославленные результаты суеверной веры в "прогресс", которая противоречит римской королевской власти, противоречит дорической Элладе, противоречит всем остальным формам великой арийской традиции. И все плотнее смыкается кольцо вокруг тех немногих, которые способны к великому отвращению и великому возвышению.
НОВЫЙ СИМВОЛ
Возможно ли еще в этом сумрачном мире освобождение и обновление?
Есть ли у Европы силы, достаточные для осознания своей задачи, и есть ли у нее воля для ее решения?
Не следует предаваться иллюзиям: только при осознании возможно действие.
Надо отметить угрожающую реальность процесса духовного распада, уходящего корнями в недра Предистории, высшей точкой которого является как раз то, что современные люди прославляют как свою высшую культурную ценность и который затронул все области мысли и действия. Компромисса не существует. Приспособление невозможно. Нам необходимо могущество нового Средневековья. Нам необходим радикальный, глубокий переворот - восстание варварской чистоты как во внутреннем, так и во внешнем. Философия, "культура", повседневная политика - ничего из этого. Не следует поворачиваться на другой бок на этом смертоносном ложе. Надо, наконец, проснуться и встать на ноги. Повсюду еще остались те, которые помнят о древнем благородстве, те, которые осознают всю серьезность невыносимой болезни и понимают, что все отдельно взятые области культуры слишком тесны для противодействия.
Пока еще не стало слишком поздно, надо призвать этих разрозненных людей к осознанию основной линии - вне всех ограничений и частных интересов, сдерживающих сегодня их силы.
Должно свершиться неумолимое действие, требующее развертывания всех их чистейших сил. Оно должно быть всепобеждающим, готовым уничтожить грязную корку риторики, сентиментализма, морализма и религиозного лицемерия, которой покрыто и гуманизировано на Западе все. Тот, кто проникает в храм - пусть он будет даже варваром - обязан изгнать оттуда всех осквернителей, сделавших в "цивилизованной" Европе из "духа", из добра и зла, из науки и божественности монополию и спекулирующих этим всю свою жизнь, тогда как на самом деле, они не знают ничего, кроме материи и того, что на эту материю наложили людские страхи и суеверия.
Всему этому надо сказать - хватит! - и при этом некоторые люди снова будут готовы к этому долгому пути, к долгому риску, к долгому созерцанию и к долгому молчанию; при этом снова повеет ветер далекого - ветер древней нордической традиции - и спящие Запада проснутся.
Анти-философия, анти-гуманизм, анти-литература, анти-"религия" - таковы предпосылки.
Хватит! - надо сказать эстетизму и идеализму, хватит! - душевной жажде, создавшей семистского бога для молитв и упований, хватит! - "потребности", которая держит нищих людей в оковах общества, чтобы, связав их взаимной зависимостью, дать им то, что не достает каждому.
Надо всем этим должно возвыситься с чистыми силами. И тогда появится задача, намного превосходящая "политику" и социальные предрассудки, делающая незначительными все трагические позы горя и внешние эмоции; задача, поставленная таким образом, что материальная сила, увлекающая за собой всех людей, все вещи, не сможет более иметь какой-либо вес.
В тишине, в строгой дисциплине самообладания и самоопределения мы должны с холодным настойчивым усердием создать из единиц элиту, возрождающую солнечную мудрость: то мужество (virtus), о котором не следует говорить вслух, и которое исходит из глубин души и сознания, доказывается не в спорах и книгах, а в творческом действии.
Мы должны снова проснуться для обновленного, одухотворенного, терпкого переживания мира, но не отвлеченного и философского, а вибрирующего в нашей крови: для переживания мира как могущества, для переживания мира как ритуала жертвоприношения. Такое переживание мира создаст крепкую, жестокую, активную форму, существо чистой силы; такое переживание мира откроет то чувство свободы и величия, то космическое дыхание, даже самого слабого дуновения которого еще не знали "мертвые" Европы.
Вместо профанической, демократической и материалистической науки, относительной и условной, являющейся рабой непонятых законов и явлений, глухой к глубинной реальности человека, мы должны - в этой элите - воскресить священную, внутреннюю, тайную, творческую науку духовной реализации и "самооблагораживания"; науку, которая способна управлять невидимой силой, повелевающей нашими существами и соединяющейся с тайными корнями рас и вещей; и при этом она воссоздаст, но не как миф, а как самую позитивную реальность, людей как существ, принадлежащих не к "жизни", а к "более чем жизни", способных к трансцендентному действию.
И тогда появятся вожди, род вождей. Невидимые вожди, которые не говорят лишних слов и не стремятся показываться на публике, но чьи действия не знают преград, вожди, могущие все. И тогда опять возникнет центр на Западе - на Западе, лишенном центра.
Это глубокое заблуждение считать, что обновление возможно без восстановления иерархии, т. е. без установления в низших формах, связанных с землей и с материей, с человеком и с человеческим, высшего закона, высшего права, высшего порядка, которые могут быть оправданы только живой реальностью вождя.