Всего за 170 руб. Купить полную версию
Дядя Кузьма искренне всхлипнул. Катя внимательно в него вгляделась, и говорит:
– Я как раз по поводу Мартына к вам пришла поговорить.
– По поводу Мартына? – удивился Кузьма. – Чего тебе о нем разговаривать? Ты, ведь Марии внучка?
– Да. Меня зовут Катерина.
– Ну и чего тебе нужно, Катерина?
– Я к вам по делу.
– По какому делу?
– Собачьему.
– Какому?
– По делу о вашей собаке. Я, видите ли, сыщик. Хочу помочь вам отыскать Мартына.
– Кто ты?
– Сыщик! – подтвердили Ерема и Данилка. – Она в городе сыщиком работает. Преступления раскрывает. Самые сложные.
Кузьма посмотрел на девочку с интересом.
– Говоришь, сыщик? – прищурил он глаза. – С чего это ты мне помочь хочешь?
– Я собак очень люблю. И мой брат тоже! Он биолог и эколог. Мы вместе с ним обязательно Мартына отыщем. Только нам надо осмотреть место похищения.
– Похищения? – удивился Кузьма.
– Ну да, у вас же собаку похитители?
– Украли.
– Это одно и то же. Так как?
Дядя Кузьма недоверчиво покачал головой, но все же подошел к воротам и отворил их.
– Проходите, – недоверчивым голосом пробурчал он.
В саду дядя Кузьма провел ребят к своему шалашу, возле которого уютно горел костерок, на котором в черном котелке что-то булькало и вкусно пахло. Кажется, варилась пшенная каша. Сторож помешал кашу ложкой, затем внимательно поглядел на Катю и хмыкнул:
– Сыщик, говоришь?
– Ага.
– Кашу будешь, сыщик?
– Нет, спасибо, – вежливо отказалась Катя, – мы уже все.
– Что все?
– Покушали.
– Что покушали, это хорошо. Значит, вас кормить не придется. – Сторож достал из шалаша алюминиевую миску, наложил в нее с горкой каши и поставил ее остывать. – И что ты будешь делать, сыщик?
– Первым делом мне надо осмотреть место преступления, – деловито пояснила Катя. – А потом опросить вас.
Дядя Кузьма даже крякнул:
– Во как?
– Именно! Расследование – дело серьезное. С кондачка это дело не возьмешь, – Катя была совершенно серьезна. – Так, значит начинаем. Вопрос первый. Где вы в последний раз видели своего пса?
Кажется, дядя Кузьма начал ей верить. Особенно, когда услышал последнюю фразу. Он как-то сгорбился, сразу стал ростом ниже и засуетился перед девочкой, словно перед ним был большой начальник:
– Щас, щас, все покажу, все расскажу. Значится так, вот он мой шалаш, а за ним Мартын на проволоке возле конуры. Здесь я его последний раз и видел.
Вспыхнула вспышка мобильного телефона, затем еще раз. Это Катя начала фотографировать место, которое ей показывали. Увидев это, сторож проникся к ней еще большим уважением. Видимо он был плохо знаком с современной цифровой техникой.
– Это как это? – спросил он Данилку и Ерему.
– А вот так это! – гордые за своего предводителя ответили мальчики.
Кузьма покачал головой, а затем рот его открылся от удивления, когда он увидел, как Катя опустилась на коленки и смело полезла в будку Мартына. Она копошилась там не меньше пяти минут. Фотографировала, несколько раз громко чихнула, и все время бормотала что-то себе под нос про отсутствие лупы. Затем она вылезла и выпрямилась. От девочки попахивало псиной, и в волосах было полно сухой травы. В руке она держала какую-то бумажку.
– Колбасой собаку кормите? – строго спросила она дядю Кузьму. – Сырокопченой?
– Да ты что? – замахал на нее руками сторож. – Да ни в жизнь! Что я сумасшедший? С него и каши станется. Колбасу я сам только по праздникам вижу.
– А это что? – Катя сунула ему под нос найденную ею бумажку. То была яркая и липкая обертка с центра колбасной палки.
– Не мое! – отрезал сторож.
Катя подозрительно посмотрела на близнецов, те даже отступили и хором заверили:
– Не наше!
– Да, то, что в городе некоторые собак колбасой кормят, это не мудрено, – девочка покачала головой. – Это мне знакомо. Там собакам даже шоколад дают.
– Шоколад! – ахнул дядя Кузьма.
– Сама видела. Но чтобы в деревне сырокопченой колбасой сторожевого пса кормили, это уже чересчур. Какой напрашивается вывод?
– Вывод один! – уверенно ответил сторож. – Кто-то Мартына прикармливал.
– Ответ верный. Но сразу же возникает следующий вопрос, – Катя подняла вверх указательный палец. – Кто?
– Известно кто! Мальчишки!
– Почему вы так решили? – спросила Катя. – Какие у вас доказательства?
– А кто же еще? Кто в сад лазает? Разве не мальчишки? – сторож кинул гневный взгляд в сторону Данилки и Еремы, так что те опять отступили. На всякий случай. – Разве не так?
– Так-то так, да вот только какое сегодня число?
– Пятое июля, – немного подумав, ответил сторож. – Ну, да, потому вчера было четвертое.
– Ну и скажите мне тогда, чего мальчишкам надо в вашем саду пятого июля, когда все еще зеленое и неспелое?
– А ведь верно, – дядя Кузьма почесал затылок. – Мальчишки в сад начинают лазать не раньше двадцатого июля, когда вишня наливается. А сейчас-то у меня сезон спокойный. Тихий сезон. Мы с Мартыном все больше спим и скучаем. Ждем, когда все поспеет и самое веселье начнется. А может эта бумажка того, прошлогодняя?
– Бумажка совершенно свежая, – возразила девочка и сунула ее сторожу под нос. – Она даже пахнет колбасой. Вот понюхайте!
Дядя Кузьма понюхал и согласился:
– Точно, свежая! И пахнет как вкусно. Да, Катерина батьковна, голова у тебя, как посмотрю, светлая.
– Мы же говорили! – радостно подтвердили Данилка и Ерема.
– Ну и что дальше будешь делать?
– Дальше надо сад осмотреть. Вернее забор весь от начала до конца. Только вот поздно уже. Темно. Вряд ли мы чего увидим. Фонарика к тому же нет. Такие дела лучше при дневном свете делать. Придется завтра прийти. Продолжим поиски.
– Завтра, так завтра, – согласился дядя Кузьма.
– Но прежде чем уйти, я задам вам еще несколько вопросов.
– Ишь, ты, какая!
– Да, я такая!
– Тогда задавай, раз такая.
– Кого вы выдели за последнее время возле сада?
– Да мимо сада полдеревни каждый день ходит! Здесь же дорога к ферме проходит.
– Так уж и полдеревни?
– Ну, не полдеревни, так все доярки с фермы мимо идут, это точно.
– Вот видите, в своих ответах надо быть точным с самого начала. А то полдеревни! А на самом деле только доярки?
– Еще Федька бидоны с молоком возит. Два раза в день.
– На тракторе? – уточнила Катя.
– Точно. К ферме ведь дорога такая, что только на тракторе и проедешь.
– Значит, вы видели доярок и тракториста? Кого еще?
Дядя Кузьма задумался:
– Кого еще? Да вроде, получается никого. Ну, еще пастух Колька утром коров из деревни гонит. Вот вроде бы и все.
– Больше никого не было? Может какие-нибудь посторонние, не из деревни? Дачники, например.
– Дачники здесь не ходят! – с уверенностью возразил сторож. – Чего им здесь ходить? Отсюда ни в лес, ни на реку не попадешь. Здесь только коровьи лепешки собирать, а не грибы и ягоды. Нет, дачники здесь не ходят.
– Может, кто еще? – продолжала настаивать Катя. – Милиционер, например, или журналист.
– Журналист? – сторож оживился. – Журналист был. Точно. Вот, как ты сказала, я и вспомнил. Был журналист. С фотоаппаратом, с трубкой, все как полагается.
– С трубкой! – воскликнула Катя, и глаза у нее азартно сверкнули. – С этого момента поподробнее, господин сторож.
Сторож подпрыгнул:
– Какой я тебе господин? Ты чего это ругаешься?
– Да это я так, – девочка махнула рукой, – не обращайте внимания. Обычное обращение сыщика к свидетелю.
– А, ну тогда ладно. Давай, валяй дальше. Ты, главное, мне пса найди.
– Найдем. Но вернемся к нашим баранам.
– К каким еще баранам? – опять вздрогнул сторож. – Баранов здесь нет. Овец тоже.
– Это образное выражение. Я хотела сказать к журналисту. Опишите мне его. Как он выглядел? Во что одет? Манера поведения, особые приметы. Может он горбатый или хромой?
Дядя Кузьма задумался:
– Ты прямо, как милиционерша настоящая. Такие вопросы задаешь, просто голова от них трещит. Не горбатый он и не хромой. Обыкновенный. Как выглядит? Обыкновенно. Рубашка белая, штаны тоже белые. Ботинки на толстой подошве. На груди фотоаппарат. На носу очки. Все, как положено. И это, трубку в зубах он держит, но не курит.
Катя что-то стала нажимать на мобильном телефоне, затем сунула его под нос сторожу. На маленьком дисплее высветился снимок, который она успела сделать у реки. На снимке был тот самый подозрительный дядька с автобуса. Правда снят он был издалека, и лица разглядеть было невозможно.
– Это он? – спросила Катя.
Сторож прищурился и долго всматривался в маленький экран.
– Он.
– Вы уверенны?
– Уверен. Вот, как ты мне его показала, так я его сразу и узнал. Он это. Журналист.
– Вы с ним разговаривали?
– Разговаривал.
– О чем?
– О погоде.
– О погоде? – удивилась Катя.
– О погоде, – настаивал дядя Кузьма.
– А кто из вас первым начал говорить о погоде?
– Он. Кто же еще? Я у ворот стоял. А он мимо идет. Мартын, он рядом со мной был, на него залаял. Он всегда на прохожих лает. Это у него обязанность такая: лаять. Для того его и держат. Так вот. А этот, нисколько его не испугался. Подошел ко мне и вежливо говорит:
– Хорошая погода нынче, уважаемый, только шибко жарко.
– Так прямо и сказал?