- Вон! - поддержал его король-ябеда. Только, конечно, шёпотом: ябеды никогда не говорят громко.
И оба короля стали бороться за то, чтобы изгнать из города Королей всех некоронованных особ.
С одними королями они беседовали, намекая на общие королевские чувства, других запугивали, но в конце концов им удалось убедить всех.
На улицах запестрели объявления:
СЕГОДНЯ СОСТОИТСЯ
ОБЩЕЕ СОБРАНИЕ КОРОЛЕЙ
И ПРИНЦЕВ КОРОЛЕВСКОЙ КРОВИ.
ЯВКА ВСЕХ КОРОЛЕЙ ОБЯЗАТЕЛЬНА
Короли собрались в зале гостиницы. Они шумели, возмущались, но, услышав, о чём будет разговор, смолкали. Отношения королей и некоролей волновали всех.
Триста Тридцать Третий говорил без передышки целых пять часов. Он так всех утомил, что собрание единогласно проголосовало за его предложение: "Простолюдинам не место в городе Королей!"
Все жители некоролевского происхождения вынуждены были покинуть город. Даже продавцу шляпного магазина не дали продать ни одного экземпляра его последней новинки - короны с пропеллером для небольших воздушных перелётов. Кожаным ремнём корона крепко-накрепко застегивалась под подбородком, и можно было летать под сводами дворца, поглядывая сверху вниз на придворных. На эту модель короли даже заранее записывались в очередь, а теперь не могли её приобрести.
Зато город стал воистину королевским. Триста Тридцать Третий кричал вслед уезжающим:
- Подданные прогнали нас. А мы прогоняем вас. Долг платежом красен! - А потом добавил, вспомнив, что именно бывшие подданные кричали ему вслед: - Попробуйте обойдитесь без нас. Ха-ха!
4. К чему это привело
Короли остались одни. Некому было чесать пятки, зажигать ночники, взбивать подушки.
Гордо расхаживали они по улицам. Теперь вокруг были только короли - в шляпе ли, в кепке или короне.
Прошёл день, второй, третий...
Город постепенно начал преображаться.
В коридорах гостиницы мелькали небритые физиономии в коронах. Украдкой короли вытирали носы рукавами.
Одну за другой вскрывали они консервные банки, закупленные напоследок в магазине, хотя консервированное мясо не подходило для их нежных желудков.
Всеобщее уныние охватило город. Король-музыкант играл на своём балконе печальные мелодии и вздыхал, вспоминая минувшие дни.
Короли пользовались грязными носовыми платками, ходили в нечищеных ботинках, в пиджаках с оторванными пуговицами, так как пришить пуговицы было некому. Короли ничего не умели делать. Они только протирали короны на ночь. Вот короны и продолжали блестеть.
А поскольку короны на их головах блестели, то короли крепились и никому не жаловались на трудности.
И даже пытались найти выход из положения. Раз некому их брить, то в моду сразу вошли бороды.
Но, к сожалению, ни оторванные пуговицы, ни грязные носки в моду войти не могут. Поэтому короли потихоньку вздыхали. Даже в домино они играли уже без прежнего азарта, а скорее для того, чтобы как-то провести время и уйти спать.
Постепенно короли начинали понимать цену некоторым вещам, которых раньше вовсе не замечали.
- Ваше королевское величество, - говорил один король другому, - не хотите ли поменять вот этот прекрасный бриллиант на два носовых платка. Чистых. Ну хотя бы на один...
- Ишь чего захотел, - отмахивался второй король. - У меня самого этих бриллиантов полный чемодан, а чистых платков только три. А нельзя ли порезать на платки новую ночную рубашку? Из неё может получиться не меньше десяти.
Третий король тащил на городскую площадь, которая теперь служила местом обмена, портрет своей тётушки в золотой раме.
- Портрет вдовствующей королевы! За одну майку!
Короли собирались кучками, раскладывали на земле свои сокровища: меч, украшенный сапфирами, огромное золотое блюдо, книгу в роскошной золотой оправе с изумрудами.