Адвокат медленно пошел вдоль улицы, остановился у телефонной будки возле бензоколонки и позвонил Полу Дрейку.
– Алло, Пол, что слышно?
– Мир сходит с ума! – прокричал Пол Дрейк в ответ. – Новости отвратительные!
– Стреляй!
– В самолете сгорел не Дарвин Керби.
– А точнее?
– Мои ребята вышли на миссис Керби. Она живет в Денвере, штат Колорадо. Связались с дантистом Дарвина Керби. Заполучили у врача его зубную карту. Правда, шестилетней давности. Но совершенно ясно, что к трупу она не имеет ни малейшего отношения.
– Черт возьми! – выругался Мейсон.
– Таким образом, – продолжал Дрейк, – придется начинать все сначала. Дантист доктора Малдена допускает, что труп может принадлежать Малдену, ежели тот подлечивал зубы еще и на стороне.
– У тебя есть адрес миссис Керби? – спросил Мейсон.
– Отель "Бронстоун" в Денвере.
– Живет под своим именем?
– Да.
– Полиция до нее добралась?
– Не знаю. Я очень спешил. Думаю, у них тоже спешка.
– А как поживает прокуратура? – спросил Мейсон.
– Окружной прокурор рвет на себе волосы, обвиняет тебя в нарушении профессиональной этики, укрывательстве беглой преступницы и...
– Никакая она не преступница. Ее освободили из-под стражи. Судья Тэлфорд своим личным распоряжением освободил.
– Я с тобой согласен, а вот Гамильтон Бергер нет. Иначе как "хитрым трюком" он твои действия и не называет.
– Может, и хитрый трюк, но не преступление. Между тем и другим большая разница, Пол.
– Успокойся, Перри. Бергер вот-вот сотрет эту разницу. Он лично взялся за дело. Он вновь предъявил миссис Малден обвинение в убийстве первой степени, выписал ордер...
– Рвется выступить перед Большим Жюри? – усмехнулся Мейсон.
– Совершенно верно. Хочет добавить ей в придачу ко всему еще и побег. Так что, если ты ее прячешь, сам угодишь в преступники.
– Ну и Бог с ним, – отозвался Мейсон. – Теперь о деле. Делла отправилась в Сакраменто и будет поддерживать связь с тобой.
– Ты надежно скрыл миссис Малден, Перри?
– Как советуют адвокаты, – рассмеялся Мейсон, – я воздержусь от ответа на это вопрос, на основании того, что ответ на него может послужить против моих интересов.
– Ты прав, Перри, еще как может, – проворчал Дрейк и положил трубку.
12
Перри Мейсон вошел в денверский отель "Бронстоун", подошел к стойке регистрации и попросил соединить его по телефону с миссис Керби. Трубку она сняла незамедлительно, словно только и дожидалась этого звонка. По денверскому времени было десять тридцать вечера.
– Здравствуйте, миссис Керби. Боюсь, что вы меня не знаете, и мне неловко тревожить вас в столь позднее время, но у меня дело чрезвычайной важности.
– Представьтесь, пожалуйста.
– Я Перри Мейсон, адвокат.
– Где вы находитесь в данный момент, мистер Мейсон?
– В вестибюле отеля.
– Вам нетрудно подняться ко мне?
– А вам нетрудно принять меня?
– Конечно, нет.
– Благодарю, – сказал Мейсон. – Я поднимаюсь.
Миссис Керби ждала Мейсона у открытой двери и, пока он проходил длинный коридор, внимательно изучала нежданного гостя.
– Добрый вечер, мистер Мейсон, – приветствовала она его. – Полагаю, ваш визит связан с делами моего супруга?
Мейсон кивнул.
– Проходите, пожалуйста.
Прекрасно обставленная полуосвещенная гостиная предрасполагала к отдыху и к задушевной беседе.
– Присаживайтесь, мистер Мейсон.
Она закрыла дверь и вновь посмотрела на гостя.
На вид ей было лет тридцать с небольшим. У нее были тонкие губы, решительный подбородок, острый носик и зеленые глаза. Она говорила хорошо поставленным голосом, сопровождая речь отрепетированными жестами.
– Вы адвокат, мистер Мейсон? – спросила она. – Значит, мистер Редфилд расстался с моим мужем? Это для меня новость.
– Нет, – покачал головой Мейсон. – Я из Калифорнии.
– Ах вот как! – только и сказала она, после чего замолчала, ожидая продолжения.
– Меня интересует местонахождение вашего мужа, – пояснил Мейсон.
– Вы не один такой, – улыбнулась она.
– Возможно, вы поможете мне его найти?
Она задумчиво всматривалась в его лицо.
– А зачем он вам нужен? – спросила она наконец.
– Вам известно что-нибудь о приятеле вашего мужа, докторе Саммерфилде Малдене?
– Никогда не слышала.
– Доктор Малден – закадычный друг вашего мужа, хотя, возможно, встречались они нечасто.
– Честно говоря, за последние четыре года я практически ничего не слышала и о муже, – с ненавистью проговорила она.
– И все же оставались замужем? – удивился Мейсон.
– По необходимости.
– Я вас не понимаю, – заметил Мейсон, вызывая ее на откровенность.
– Вот уже четыре года мои контакты с мужем осуществляются при посредстве его адвоката, мистера Ораса Л.Редфилда. А мистер Редфилд знает все юридические уловки, какие только есть на свете. Перед вами, мистер Мейсон, жертва правового шантажа.
– Как это? Не понимаю.
– Муж мой – летчик запаса. Его призвали, потом демобилизовали, потом опять призвали.
– На пилотскую должность?
– На пилотскую или на административную... я толком не знаю. С тех пор как он покинул Денвер, расцеловав меня в аэропорту на прощание, я напрямую с ним ни разу не общалась.
– Вот так дела, – соболезнующе протянул Мейсон.
– Мы с ним заправляли сообща сетью ресторанов. После его исчезновения вся эта нагрузка легла на мои плечи. И я тащу дело в одиночку.
– И с немалой выгодой? – спросил Мейсон, озирая роскошную обстановку гостиной.
– С очень приличной выгодой. Однако и с осложнениями, которых я поначалу не предвидела.
– С какими, например?
– Вряд ли я вправе обременять вас своими проблемами.
– Разумеется, – поспешно заверил ее Мейсон. – Я заинтересовался ситуацией из чисто профессионального любопытства. Как она могла возникнуть?
– Нет смысла вдаваться в детали. Ситуация возникла – и существует до сих пор.
– Я сказал бы, что, с правовой точки зрения, втянуть вас в ситуацию, для вас неприемлемую, при сложившихся обстоятельствах невозможно. Но, не зная подробностей...
– Так или иначе, – с раздражением оборвала она, – муж поступил со мной хуже, чем с собакой. Он использует меня, и законы ему в этом помогают. А я-то всегда считала, что закон работает на справедливость.
– Существуют хитрости, позволяющие ловкачам обходить законы...
– Мне ли этого не знать! – воскликнула она.
– Очевидно, что и в вашем случае наблюдается нечто подобное, но все-таки... – Он нахмурился, кинул взгляд в пространство, с сомнением покачал головой и затем добавил: – Боюсь, в чем-то ваша оценка ситуации ошибочна.
– Ничего похожего! – вспыхнула она. – Я наняла лучшего из денверских адвокатов. Он пытался найти выход из положения, но, по его словам...
Она умолкла, как бы соображая, стоит ли ей продолжать.
– Конечно, я не денверский адвокат, – сказал Мейсон, – и с законодательством штата Колорадо не знаком. Я только... а впрочем, всякие вещи случаются...
– Ничего бы не случилось, если бы Пол Виннетт не поставил себе целью во что бы то ни стало выгородить моего мужа. Всю эту аферу они вдвоем и затеяли.
– Мистер Виннетт, видимо, приятель вашего мужа?
Она кивнула.
– И живет здесь?
– Виннетт? Нет, в Иллинойсе. Пол Нолин Виннетт, – с горечью произнесла она, тщательно подчеркивая каждое слово ядовитой иронией.
– Вот оно что, – ответил на всякий случай Мейсон.
– Мой муж ушел в армию, – продолжала она. – Я сдуру вообразила, что ушел из чувства патриотизма... Конечно, как у всех женатых людей, у нас бывали сложности... А тут еще у Дарвина не сложились отношения с моей семьей.
– Всякое случается, – подхватил Мейсон. – Валить вину целиком на мужчину было бы нечестно, но...
– В данном случае виноват во всем Дарвин. Он ведь познакомился с моей семьей еще до брака и без устали ею восторгался. А потом они с Виннеттом затеяли эту аферу.
– Исключительно как юрист, – сказал Мейсон, – я сгораю от любопытства.
– Кое-что я могу вам рассказать. Ничего из-за этого не произойдет. О подробностях мне говорить не следует, а в общих чертах – почему бы и нет. В конце концов все ведь утрясется. Выходит, по-вашему, я недооцениваю свои юридические права? Скорее, вы недооцениваете дьявольское хитроумие моего мужа и его адвоката.
Мейсон промолчал. Через секунду она заговорила снова:
– Лет пять тому назад муж объявил мне, что Виннетт готов вложить свои средства в ресторанный бизнес. У него, мол, в Денвере полно недвижимости, которую можно использовать под рестораны.
В глазах Мейсона зажегся огонек интереса.
– Дарвин восхитился этой возможностью. И вскоре сказал, что его адвокат подготовит договор. Мне тогда и в голову не приходило, что у меня тоже может быть адвокат. Я еще отождествляла его интересы со своими.
Мейсон кивнул.
– И вот мы подписали этот договор. Как я сейчас понимаю, весьма диковинный. Больше похожий на заговор. Заговор, в котором муж участвовал сознательно.
– В чем же суть договора? – спросил Мейсон.