— А это господин Гербигер! — представил Кен библиотекаря и добавил с такой гордостью, словно демонстрировал редкий экземпляр малоизвестного животного: — Он у нас говорит по-русски. Скажите что-нибудь по-русски господину Ванагу! — скорее приказал, чем попросил он библиотекаря, из чего вытекало, что тому здесь приходится не сладко.
— Здравствуйте! — покорно изрек Гербигер и поклонился. — Мы все весьма рады приветствовать вас в стенах нашего общества.
В его робких голубых глазах я прочитал немую мольбу.
— Здравствуйте. Рад познакомиться с вами.
— Теперь дальше, — заторопил меня Кен, продолжая потирать руки. — Следующий отдел — редакционно-издательский. Там мы познакомим вас с нашими издательскими планами и вручим памятный подарок.
Памятным подарком оказался брелок с эмблемой общества, к которому Кен тут же собственноручно прикрепил мои ключи от квартиры.
— Нам будет приятно сознавать, что он всегда с вами.
Кроме брелока, мне вручили еще кучу всяких красочных брошюр и проспектов. Часть этого добра помог нести Вальтер. Другую же кипу, несмотря на все мои протесты, взял Кен, который проводил нас до самой машины:
— Нет, нет, господин Ванаг, позвольте, разве можно затруднять гостя!
Мы отъехали, чудом не задев переднее крыло втиснувшегося все-таки рядом с нами «мерседеса».
Кен улыбался, кивал вслед головой и радостно потирал руки.
— Он что, тоже ученый? — спросил я Вальтера.
— Кто?.. Кен? — Он от души расхохотался. — Какой там ученый! Обычный делец, если не хуже. Про него ходят всякие слухи.
— Почему же, в таком случае, нельзя было обойтись без него?
— Ну, во-первых, он работник общества, а «Восток — Запад» — это стоящая марка. Во-вторых, Кен деловой человек, толковый организатор — наша библиотека уже не раз прибегала к его услугам, и, скажу тебе, небезуспешно. В-третьих, нам, в конце концов, важна сама лекция. Это главное. А слухи есть слухи, в нынешнее бурное время от них не уберегся бы даже святой. Хотя Кен, конечно, далеко не святой, — добавил он со смешком.
У площади Шварценберга, где в виде строгой полукруглой колоннады установлен памятник нашим воинам, павшим в боях за освобождение Вены, Вальтер свернул с Ринга вправо, в сторону, противоположную своей библиотеке.
Я оглянулся с удивлением:
— Куда мы едем?
— Обеденное время. Вообще-то говоря, я рассчитывал на обед в «Востоке — Западе», но они что-то пожадничали. Ничего, тут поблизости есть одна приличная забегаловка. Дешево и вкусно. Сегодня ты мой гость, разумеется, — счел нужным уточнить Вальтер, и я почему-то сразу вспомнил о его запиской книжечке, которая так возмущала Ингу.
За обедом на вольном воздухе, в маленьком тенистом дворике, зажатом со всех сторон серокаменными громадами, Вальтер рассказал мне о своем сюрпризе. В отделе печати у него есть знакомый чиновник, очень ему обязанный. Какие-то у него возникли осложнения по службе, ему грозило увольнение. Но Вальтер, используя личные связи в высоких сферах, сумел все уладить. Однако оставил чиновника у себя на крючке, и тот время от времени оказывает ему всяческие услуги.
— Так, по мелочам! — Вальтер мерно разжевывал свое мясное филе. — Устроить бесплатный номер в гостинице, организовать поездку по линии отдела печати — у них там куча средств на представительство. Словом, вы с Ингой пройдете по высокому классу.
— Но ведь я не журналист и в периодической печати выступаю довольно редко.
— Зато у тебя десятки научных публикаций и книг… Итак, ты едешь в Зальцбург и Инсбрук, да еще в качестве гостя отдела печати. Доволен?
Свозить меня на своей машине в старинный Зальцбург Вальтер обещал еще в прошлый раз. Однако помешала его сильная занятость на работе. Тем не менее в письмах он снова обещал непременно провезти меня по Австрии.